Кэтрин Беллами - Игры профессионалов

— По-моему, ты его недолюбливаешь.

— Да я его терпеть не могу! Никакой он не потомок апачей, все это только пустой треп для публики. Он просто выходец из низов общества. Как и я, впрочем! Надеюсь, ты больше не питаешь на его счет иллюзий? — Она покосилась на Мелиссу. — Пора образумиться, милочка!

Мелисса улыбнулась и пожала плечами. Эйс все еще был симпатичен ей, хотя Ник тоже не выходил из головы. Она даже позвонила Джессике и узнала его адрес и номер телефона. Однако воспользоваться информацией так и не осмелилась. Но с приближением дня отъезда из Уимблдона она все сильнее ощущала потребность увидеться с ним. В субботу вечером Мелисса не выдержала, тщательно оделась, сделала макияж и потихоньку выскользнула из дома.

После трудной недели учений Ник сидел в комнате отдыха для офицеров. Он смотрел телевизионную программу новостей, когда дежурный сообщил, что у главной проходной его ожидает дама. Визита Мелиссы в гарнизон Ник совершенно не ожидал, поэтому вышел к главным воротам слегка взвинченным. Увидев ее шикарный БМВ с открытым верхом и наряд, в котором она пожаловала в военный городок, Ник остолбенел. У него возникло желание хорошенько встряхнуть эту напомаженную куклу в коротком розовом платье без рукавов, излишне откровенно обнажающем соблазнительные загорелые формы и длинные ноги. Мелисса молча встряхнула черной блестящей шевелюрой, захлопала наивными огромными глазами и улыбнулась во весь рот.

— Ты совсем спятила? — хмуро спросил Ник. — Кто тебя надоумил приехать в казарму в вечернем платье? Немедленно опусти верх автомобиля! Смотри, сколько зевак ты собрала!

Улыбка исчезла с лица Мелиссы, озорные искорки в ее синих глазах погасли. Ник тотчас же понял, что погорячился.

— Но меня ведь сюда пропустили, — возразила она, умолчав о пьяном солдате, пытавшемся забраться в машину, когда она остановилась, чтобы спросить у него дорогу к главным воротам. Мелиссе пришлось резко подать назад, чтобы отвязаться от него. При этом она разбила о дерево стекло стоп-сигнала.

— Завтра я уезжаю, вот и решила попрощаться, — продолжала Мелисса. — Прости… Я тогда убежала из квартиры, но, если бы не Шейла, ничего такого и не случилось бы.

Ник улыбнулся, заметив, что щеки девушки стали розовее платья, и обнял ее, с наслаждением вдыхая запах роскошных волос. Проходивший мимо солдат громко свистнул, но тотчас же испуганно извинился, узнав Ника, и поспешил прочь.

— Здесь нам не дадут поговорить спокойно, — проворчал Ник. — Поехали в отель!

Он уселся рядом с Мелиссой и, объяснив ей дорогу, стал с восхищением наблюдать, как она управляет автомобилем. Но взгляд Ника невольно соскальзывал с руля на ее обнаженные бедра и колени. Ник поймал себя на мысли, что созерцание женщины, переключающей рычаг коробки передач, очень эротичное занятие.

— Вот чертовщина! — внезапно воскликнул он, вспомнив, что у него с собой нет презервативов. — Нужно по дороге заскочить в дежурную аптеку!

— Зачем? — удивленно вскинула брови Мелисса. — Я принимаю таблетки… Так посоветовала мне Кэти. Цикл нужно регулировать во избежание неожиданностей. Ведь из-за этого я и проиграла в Бекнеме ответственную встречу!

— Ясно, — кивнул Ник. — Но в понятие безопасного секса входит не только предотвращение беременности.

Он всегда пользовался презервативами и не доверял клятвам девиц о том, что они «чистые». Мудрый старый баронет вдолбил им с Роури эту заповедь, когда они были еще подростками. Он, естественно, опасался шантажа со стороны какой-нибудь юной авантюристки. Но сейчас мысль даже о самом тончайшем изделии из резины претила Нику. Между ним и Мелиссой не должно быть никаких барьеров.

— Ты слишком доверчива, — все же сказал он.

— Просто я тебе верю, — улыбнулась она в ответ.

Ник погладил ее по щеке, но тотчас же отдернул руку, боясь, что не дотерпит до гостиницы и овладеет ею прямо в машине. Боже, сделай так, чтобы в «Красном льве» был свободный номер!

Его мольба была услышана — номер для них нашелся. Ник повесил на ручку двери табличку «Не беспокоить!», заперся изнутри и выдернул из розетки телефонный шнур. Они с Мелиссой взглянули друг на друга и крепко обнялись.

Его страсть мгновенно передалась ей, они словно бы вновь очутились в лондонской квартире. Одежда тотчас оказалась на полу, они упали на кровать, и Ник начал пылко целовать ее, лаская пальцами загорелую кожу и подбираясь все ближе и ближе к влажному и горячему лону. Нащупав его, он не стал торопить естественный ход событий, помня о том, что имеет дело с девственницей. Ник нежно и осторожно доводил Мелиссу до готовности принять его, прислушиваясь к ее вздохам и стонам.

— Расслабься, милая, — сказал он, почувствовав, как напряглась она в решающий момент, видимо вспомнив рассказы подруг о боли, обычно сопутствующей первому половому акту.

Медленно и аккуратно вошел он в жаркое и тесное углубление и едва удержался от резкого продолжения волшебного путешествия. Нарушить прелесть этого мгновения было бы преступлением. Но инстинкт подталкивал их обоих к действию, и постепенно движения его становились все более настойчивыми и уверенными, а учащенное дыхание и легкие стоны Мелиссы подсказывали, что она близка к обретению полного блаженства.

Мелисса даже не предполагала, что секс может приносить такое удовольствие. Чем глубже входил в нее Ник, тем ярче и слаще ощущала она их близость и тем сильнее хотелось ей полностью слиться с ним, стать его частью. Она обвила его ногами и руками, как виноградная лоза обвивает крепкую подпорку, и словно бы взмывала вместе с ним в чудесную высь. Наконец мир взорвался на множество ослепительных осколков, крик вырвался из ее груди, и тело содрогнулось в экстазе. Когда Мелисса успокоилась и открыла глаза, она увидела улыбающееся лицо Ника. В его взгляде светилась нежность.

— Всегда бывает так восхитительно? — с дрожью в голосе спросила она. — Для меня это откровение.

— Нет, милая, — уверенно ответил он. — Такое наслаждение ты можешь испытать только со мной. Другой все только испортит. Ты не жалеешь, что отдалась мне, а не Эйсу? — спросил он, поцеловав ее в губы.

Мелисса резко вскочила и, спустив ноги с кровати, сказала, глядя ему в глаза:

— Портрет Эйса висит в спальнях почти всех молодых теннисисток. — Она перевела дух и продолжала: — Своего мужчину я выбрала в четырнадцать лет, когда он сказал, войдя однажды в наш дом, что я непременно вырасту красавицей. Это был Эйс.

— А что ты думаешь об этом сейчас? — спросил Ник.

— Я считаю, что это девичьи грезы. Знаешь, я не ревновала Эйса к его многочисленным подружкам, так как внушила себе, что все они для него ничего не значат, и сама не придавала значения его романам. С тобой же все иначе… Когда Шейла ворвалась в твою квартиру, как к себе домой, мне показалось, что она на тебя имеет какие-то права.