Кейт Уолкер - Влюбленный мститель

У нее еще есть время. Дернув парадную дверь, она услышала громкие восклицания наверху:

— Что?.. Мерседес? Мерседес, где ты?

Она с шумом захлопнула за собой дверь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Джейк приехал домой после долгого, выведшего его из равновесия дня. На коврике у двери лежало письмо.

Он настолько устал, что наступил прямо на конверт кремового цвета, смял его и только потом, услышав шуршание бумаги, посмотрел вниз и понял, что сделал.

— О, проклятье!

Только этого не хватало. У него и так ужасное настроение. Единственное его желание — большая порция спиртного и горячий душ, и неважно, в какой последовательности. Подняв конверт, он внимательно рассмотрел его, перевернул и увидел адрес, незнакомое почтовое клеймо и выругался снова, на этот раз громче.

Это было письмо из Испании, и он жаждал получить его сейчас меньше всего. Письмо вынудило его вспомнить о Мерседес — отпрыске проклятой, надменной, манипулирующей людьми семьи Алколар.

Единственным исключением был, бесспорно, Рамон — кузен, который и посылал ему письма. Но сейчас у него нет желания читать письмо даже от кузена. Джейка ждал горячий душ, он хотел смыть воспоминания о прошлом дне.

— Извини, приятель… может быть, позже.

Бросив конверт на стол в коридоре, он устремился в ванную комнату, рывком ослабив узел галстука.

Не помогло.

Джейк стоял под очень горячими струями воды, которые барабанили ему по голове и плечам достаточно долго, но раздражение и оскорбление, которое вынудили его вернуться домой в такой ярости, не прошли. В любом случае, у него было время подумать.

Это началось не сегодня, а в тот момент, когда он, как идиот, позволил Мерседес Алколар вскружить ему голову.

Резко выключив душ, он вышел из ванной в спальню, и тут же воспоминания поглотили его, вынудив заскрежетать зубами.

Он почти видел ее и мог поклясться, что в воздухе витает аромат ее духов. Подушка также хранила ее запах. Со сном можно распрощаться.

— Будь она проклята! Если бы только я мог добраться до нее…

Он подумал, что окончательно сходит с ума, когда вернулся в спальню после поспешного и раздражающе трудного поиска презервативов, которые нигде не мог найти.

Когда он уходил из комнаты, Мерседес лежала на кровати, ее длинные волосы разметались по подушке, стройные руки и ноги лежали на синем пуховом одеяле. Она казалась необузданной растрепанная, со спущенным с плеч платьем, обнажившим ее грудь, высоко поднятой короткой юбкой. Сладкие губы вспухли от его поцелуев, лицо пылало, и глаза… глаза были наполнены страстью.

Он и представить себе не мог, что она не дождется его. Он думал, что она так же жаждет его, как он ее, и ее тоже переполняет желание.

Не в силах найти то, за чем спустился вниз, он еще больше расстроился. Рывком открывал ящики, быстро обшаривая их, оставляя вещи в беспорядке. Наконец, заметив маленький пакетик, схватил его с облегчением.

Он не думал, что отсутствовал долго. За несколько секунд поднявшись по лестнице, открыл дверь и сразу понял — что-то произошло.

В комнате было тихо, спокойно и… пусто.

Джейк застыл на пороге, как вкопанный, уставившись на пустую кровать, не веря своим глазам.

— Что?..

Слова потрясения и неверия срывались с его губ.

— Мерседес? Мерседес, где ты?

Звук закрываемой двери внизу заставил его вздрогнуть. Но даже тогда он не связал это с ее исчезновением. Как законченный дурак, слепой идиот, он думал, что она все еще здесь. Он даже проверил ванную комнату, ожидая найти ее там.

— Мерседес, какого дьявола?..

Но ванная комната оказалась пустой, и только тогда он вспомнил звук закрывающейся двери внизу и связал это с внезапно наступившей тишиной.

Он подумал, что ее легко догнать, поймать, потребовать объяснения, но, бросившись вслед, так и не смог ее найти. Она исчезла в ночи, как современная Золушка, даже не оставив туфельки.

Но она забыла нечто более интимное, вспомнил Джейк, застегивая молнию на старых джинсах. Он взглянул на кусочек бледно-голубого шелка, все еще лежащего на комоде из ореха.

Трусики, которые были на Мерседес вчера вечером, забытые ею в спешке. Он безжалостно улыбнулся, надевая черную футболку и заправляя ее в джинсы. Однажды он снова встретится с Мерседес Алколар, и тогда эта женская вещичка будет его главным оружием мести, которую он придумал для нее.

Месть.

Это слово отпечаталось в его мозгу, когда Джейк спустился вниз, страстно желая выпить. Вообще-то он никогда не считал себя мстительным и вчера, найдя кусок шелка на ворсистом темно-синем ковре, не думал об отмщении.

— Ты еще больший дурак, — пробормотал он, наливая изрядную порцию виски себе в стакан, если думал, что она расстроилась! Ха!

Тогда он уже собирался звонить Антонии, но звонок так и не состоялся из-за нежелательного визита.

Вначале, когда Джейк услышал, как в дверном замке поворачивается ключ, он подумал, что вернулась Мерседес, и только через секунду сообразил, что у нее нет ключа. Тем не менее ключ был у Карен Мейтленд — бывшей подружки, с которой он расстался неделю назад.

Карен, несмотря на его заявление о разрыве, все еще не сдавалась. Он забрал у нее ключ, но она, должно быть, успела сделать дубликат. И вот она входит в его дом, будто между ними все как и раньше.

— Джейк! — провозгласила она, как только открыла дверь. — Дорогой… я вернулась. Мне так необходима твоя любовь. Ты скучал по мне, дружок?

Джейк скривился, сделав большой глоток спиртного, и, откинувшись в кресле, задумчиво уставился на незажженный камин. Карен всегда была назойлива, и когда он решил положить конец их отношениям, у которых не было будущего, то приготовился к сценам со слезами, всхлипываниями, протестами и, если честно, удивился, когда этого не произошло. Прошлой ночью он был вынужден признать, что ошибался, и терпеливо сносил шторм, который ожидал ранее. Джейк уже не хотел выглядеть хорошим парнем и даже не пытался успокоить Карен.

Мысли и чувства его были заняты одной женщиной, и было нелегко сносить наглые требования и истерику другой.

Он расправился с ней быстро, коротко сказав, что между ними все закончилось, и потребовал вернуть ключ, что привело к новому потоку слез.

К тому времени, когда он выставил Карен за дверь, он мог думать только о телефонном звонке Антонии.

— Мерседес дома? — спросил он, не дожидаясь ответа, как только на другом конце подняли трубку.

— Она… кто говорит? — В голосе звучало подозрение.

— Джейк Тавернер.

Он мог слышать, как на другом конце линии переговариваются шепотом — трубку прикрыли рукой.

— Скажите Мерседес, что я хочу поговорить с ней! — рявкнул он, теряя здравый смысл при одной мысли, что она может находиться там, а не рядом.