Kim Pritekel - Исход

— И откуда у них деньги на машину в таком возрасте?

Хейли хихикнула.

Мы сели в машину. Хейли завела мотор и направила своего железного коня в сторону дома. По дороге мы проезжали улицу, также известную как ‘Переулок Жира’. Все заведения быстрого питания, которые только есть на свете, были расположены здесь.

— Ты случайно есть не хочешь?

Я повернулась к Хейли, которая смотрела на вывеску ‘Райская пицца у Карлоса’.

— Не откажусь.

Когда Хейли с визгом шин ловко припарковала машину возле забегаловки, я схватилась за ручку двери. Автомобиль замер, и я, широко раскрыв глаза, уставилась на водителя.

— Что?

— Где ты этому научилась?

Она усмехнулась и, поставив машину на ручник, выключила двигатель.

‘Райская пицца’ было местом, где часто околачивались школьники. Я проходила мимо каждый день по пути домой и каждый день видела одни и те же машины со школьной автостоянки возле входа. Я даже чуть не попала под них пару раз.

Это было так странно — идти вместе с Хейли, зная, что мы столкнемся там с другими школьниками. Я даже не заметила, что иду на пару шагов позади Хейли, пока не налетела на нее. Подняв на нее взгляд, я смущенно улыбнулась.

— Знаешь, ты не мой раб. Можешь идти рядом со мной.

Я ничего не ответила, но ускорила шаг, и на сей раз Хейли была вынуждена догонять.

Мы нашли свободный столик около окна, сели и сразу взялись за меню.

— Как ты смотришь на пиццу? Мы могли бы взять одну на двоих.

Я опустила взгляд в меню и покосилась на Хейли — из-за папки было видно только ее темные брови и лоб.

— Конечно. Что ты любишь?

Внезапно эти ярко-синие глаза с живостью заглянули в мои.

— Мясо. Много мяса.

Я усмехнулась и кивнула, откладывая меню.

— Хорошо. Заказывай.

Когда подошла официантка, Хейли заказала среднюю пиццу с мясом, колбасой и канадским беконом. На запивку я взяла как обычно ‘Доктор Пеппер’, а Хейли — Колу. Вскоре мы уже потягивали напитки, и она посмотрела на меня.

— Почему ты не пользуешься своим именем?

Я ошеломленно посмотрела на нее.

— Моим именем? Конечно, я им пользуюсь.

— Нет, я хочу сказать, Андреа. Твоя мама тебя так называла, и, ты знаешь, матери виднее.

Я покачала головой.

— Не в моем случае. Я ненавижу это имя.

— Почему?

Хейли взяла салфетку и выплюнула в нее жвачку. Я пожала плечами, глядя на нее.

— Оно такое девчачье.

Хейли улыбнулась, положив скомканную салфетку на край стола.

— Ну, ты — девочка, Энди.

— А, — я взболтала свой напиток. — Андреа — это не похоже на меня.

Мне действительно не нравилась эта беседа — обо мне и моем выборе имени. Черт, просто я так это понимаю, и почему я должна оправдываться?

— А что насчет Хейли? Откуда это взялось?

— Мой отец — астроном.

— А. Комета?

Она застонала и отвела глаза, кивая.

— Да. Она очаровала отца. Мои родители решили назвать меня и моего брата в честь их выбора карьер. Я этого не понимаю.

— И как зовут твоего брата?

— Холден Данте Корриган.

Я удивленно подняла брови.

— Ничего себе. Дай догадаюсь. Парень — теологический циник?

Хейли кивнула.

— Скорее — боль в заднице, но твое определение тоже недалеко от истины.

— Сколько ему лет?

— Пятнадцать. Он только перешел в старшие классы в этом году.

— О, и мой брат тоже. — Я усмехнулась.

— Кстати, как зовут твоего брата?

— Крис Литтман.

— Никогда не слышала.

— Ваш заказ, леди, — официантка поставила между нами блюдо с пиццей, положив перед каждой из нас тарелку и приборы, — наслаждайтесь.

Запах еды заставил нас обеих сглотнуть слюну. Забыв о разговоре, мы накинулись на горячую пряную пиццу.

Я закончила с третьим куском, когда Хейли уже накладывала себе четвертый.

— Ничего себе, а еще говорят, что это у меня здоровый аппетит.

Единственным ответом был смешок.

Должна признать, это в самом деле было поразительно. Не представляю, куда девается вся эта еда в ее стройном, хорошо сложенном теле. Видимо она, как и я, отдает много сил спорту. Участвовать в группах поддержки футболистов не так легко, как может показаться со стороны.

Наконец, она выпрямилась, удовлетворенно вытерев рот салфеткой.

— Хорошая была пицца, — с улыбкой протянула она, похлопывая себя по животу.

— Да уж, я вижу. Было вкусно?

Она усмехнулась и кивнула, отодвинув тарелку.

— Так, Энди.

— Да, Хейли?

— Каково это — быть тобой?

— Прости? — я чуть не подавилась содовой. Какой странный вопрос.

— Ну, я хочу сказать, ты отличаешься от большинства людей, с которыми мы ходим в школу, ты просто, ну, уникальна.

— О, так ты хочешь знать, что такое — быть школьным изгоем?

Она склонила голову набок, глядя на меня.

— Знаешь, я думаю, ты могла бы стать очень популярной, если бы захотела. Ты — умная девочка, и я думаю, что ты делаешь это нарочно. Но почему?

— Ладно. Ты меня поймала, — я поставила стакан на стол и откинулась на спинку сиденья, — если коротко и ясно — то я считаю, что большинство людей, с которыми мы ходим в школу — идиоты.

— Н-да, ты довольно прямолинейна.

— К чему лгать? — Я пожала плечами, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Большинство из тех, кого я знаю, несерьезно относятся к своему образованию. Они ходят в школу только потому, что должны. Им совсем неинтересно самосовершенствование, и они жестоки.

Мгновение Хейли смотрела на меня, переваривая мои слова. Она задумчиво покусывала трубочку.

— Что значит — жестоки? — ее слова были невнятными из-за соломинки.

— Ну, разве ты сама не видишь, как они обращаются друг с другом? Говорят ужасные вещи, отпускают глупые шутки, собираются в стаи. Меня это просто бесит. Еще один год в этом аду, который называется школой, и я смогу уехать в колледж и действительно начать жить.

— Ничего себе, — Хейли отложила трубочку и наклонилась вперед, — я и не думала, что ты так решительно настроена.

Я пожала плечами.

— Вообще-то не очень, и ты сама спросила.

— Но-но, не нужно закрываться от меня, Энди. Просто было любопытно. Наверное, у тебя есть веские причины для такого мнения и, безусловно, ты имеешь на них право.

Я отвела взгляд, чувствуя себя плохо из-за того, что знала — большинство из тех, о ком я только что столь нелицеприятно отозвалась, были друзьями Хейли. Это было неправильно, но я не представляла, как выкрутиться из этой ситуации, не выставив себя при этом полной идиоткой, так что я просто промолчала. Я глотнула содовой, думая о том, что мне следует сделать или сказать теперь.