Сандра Браун - Женские фантазии

Неужели позорной истории со спасением котенка недостаточно? Мэган и Мэтт, видно, решили ее доконать, устраивая безобразную сцену перед посторонним человеком.

— Подождите ссориться. Я хочу вам кое-что показать, — миролюбиво предложил Тед Рэндольф. — У меня в гараже.

Он улыбнулся Элизабет, не забыв спросить у нее:

— Вы не против? Уверяю вас, детям это очень понравится.

— Щенки? — с замиранием сердца спросила Мэган, охрипнув от волнения. — Они уже родились?

— Да. Вчера ночью. Четверо.

— Мама, мама! Можно мы пойдем посмотрим?

Элизабет оказалась в безвыходном положении. Даже самая строгая мать не сможет лишить детей удовольствия взглянуть на новорожденных щенков, но она не хотела сдаваться без боя.

— Я разрешу вам посмотреть на них только после того, как уберете лестницу.

Мэтт без звука подхватил стремянку и понесся к гаражу. Мэган, к удивлению Элизабет, отправилась вместе с ним, чтобы открыть брату дверь.

— Вы на меня не сердитесь? — спросил у Элизабет Тед.

— Конечно нет. Дети рассказывали мне, что ваша собака ждет щенков.

До этого момента Элизабет как-то не замечала, насколько он высок. Она едва доставала ему до подбородка.

— Единственное, что меня беспокоит, — добавила Элизабет, — как бы они не потревожили собачье семейство.

— Пенни — самая добродушная мать на свете, к тому же ваших детей она обожает.

Элизабет невольно сжала кулаки. Она всегда так делала, когда нервничала.

— Они не очень вам досаждают? Похоже, дети не вылезают с вашего двора. Я говорила им, что так нельзя, но…

— Не волнуйтесь, они мне не мешают. Скажу больше: мне нравится наблюдать за их играми.

У Элизабет сразу возникло множество вопросов к загадочному мистеру Рэндольфу, вопросов, задавать которые она считала неприличным. Есть ли у него собственные дети? Если нет, то почему? Если да, то где они? Живут с его бывшей женой? И был ли он женат? А может, он, как и она, овдовел?

Однако она не успела ни о чем спросить, потому что Мэтт и Мэган уже летели назад с горящими от возбуждения глазами.

— Я оставила Малышку дома, чтобы она случайно не поцарапала щенков, — сообщила Мэган.

— Тогда пойдем.

Тед пошел первым, за ним Мэган и Мэтт. Все трое направились к гаражу, построенному в дальнем углу его двора. Все дома в их районе были довольно старыми, застройка велась в середине тридцатых годов. Последнее время среди молодых семей появилась мода покупать такие дома и перестраивать их на современный лад. Так же когда-то поступили Элизабет и Джон Берк. Дома были достаточно добротными, а дворы просторными. Деревья разрослись, и дети могли играть в прятки, скрываясь за толстыми стволами тенистых платанов.

— Осторожнее со щенками! — крикнула им вслед Элизабет. — И не задерживайтесь.

— А вы не пойдете? — Тед остановился на полпути и обернулся к ней.

— Я… А что, меня тоже приглашают? — неуверенно спросила Элизабет.

— Конечно, пойдемте. Кто может удержаться от искушения взглянуть на новорожденных сеттеров?

«И какая женщина устоит против твоих голубых глаз?» — добавила мысленно Элизабет.

Он протянул ей руку, но она не приняла ее. И все же пошла следом, пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы.

«Дурацкая ситуация», — думала Элизабет, глядя себе под ноги. Она так и не обулась, а шла в чулках. На траву легла вечерняя роса, ногам было холодно и мокро. На прошлой неделе ударили первые заморозки и начали опадать листья. Она чуть не поскользнулась, наступив на прелый лист. Солнце уходило за горизонт. Соседние дома и сады тонули в глубоких лиловых сумерках. Элизабет чувствовала себя обязанной поддержать разговор, но не могла найти тему, интересовавшую их обоих: ведь она так мало знала о новом соседе. Элизабет решила действовать наугад:

— Мне нравится цвет, в который вы покрасили фасад дома.

— Спасибо. Честно говоря, мне пришлось долго с этим возиться.

— Да, дом у вас довольно большой.

— И я терпеть не могу красить.

— Тогда вам повезло, что его хорошо отремонтировали перед продажей.

Сколько же времени он здесь живет? Месяцев шесть, если не больше. Элизабет так и не смогла вспомнить, когда Рэндольф появился у них в районе.

— Иначе я не стал бы покупать.

Они подошли к гаражу. Тед открыл дверь черного хода и отступил, пропуская ее вперед. Элизабет застенчиво протиснулась мимо него. Подол юбки задел его ноги. На ум пришло сравнение с волной, набегающей на берег и чуть лениво, как бы нехотя, откатывающейся назад.

В гараже было темно оттого, что главные ворота, выходящие на дорогу, были закрыты. Над ложем из соломы горела единственная электрическая лампочка. Тед постарался, устроив своей собаке, ирландскому сеттеру, и ее детенышам удобную постель. Запах был странный, но не сказать, чтобы неприятный: смесь чего-то кисловатого, чуть затхлого и отдающего плесенью с мускусным ароматом. Неожиданно Элизабет вспомнила свои фантазии.

Несмотря на запрет трогать щенков, Мэган и Мэтт тут же полезли на укрывавшее солому старое одеяло за маленькими кутятами. Элизабет испугалась, что от избытка чувств дети могут чересчур сильно стиснуть какого-нибудь малыша и погубить. В тревоге она напомнила им об осторожности.

— Все будет в порядке, — сказал Тед, успокаивая ее.

— Можно мы подержим одного, мама? Ну пожалуйста… — принялась упрашивать Мэган.

— Не знаю, — неуверенно ответила Элизабет.

Собака выглядела довольно добродушной, но кто знает, как она поведет себя, если решит, что щенков надо защищать?

— Не думаю, что Пенни будет возражать, — сказал Тед. — Но только если вы будете очень осторожны.

Дети бережно взяли по щенку. Новорожденные кутята ползали по их ладоням, Мэган и Мэтт охали и ахали, а Элизабет неожиданно для себя обнаружила, что ей и самой очень хочется потискать щеночка. Тед был прав: кто откажет себе в удовольствии полюбоваться трогательным созданием?

— Какие миленькие, правда? — прошептала Элизабет, опускаясь на колени, чтобы получше рассмотреть тех малышей, что остались рядом с матерью.

Пенни, сука ирландского сеттера, купалась в лучах славы. Согретая вниманием окружающих, она милостиво позволяла чужакам ласкать своих щенков и восхищаться ими.

— Хотите подержать одного?

Элизабет взглянула на Теда. Их разделяло импровизированное ложе, на котором покоилось собачье семейство. Тед опустился на колено, склонившись над Пенни. Одна рука его была согнута в локте, лампочка, свисавшая с потолка, освещала только половину лица, другая скрывалась в тени. Свет падал на его волосы, и они казались не седыми, а серебристыми. Лицо его уже не было по-мальчишески гладким, возле глаз и губ залегли морщинки. Тед действительно был хорош собой. Он казался честным, уверенным в себе человеком, с развитым чувством справедливости и собственного достоинства. Трудно было представить его зачинщиком драки, но он не производил и впечатления слабака, способного безропотно сносить оскорбления.