Развод под новый год - Юлия Ильская

твердо. — Екатерина, я сам предлагаю. Более того, мне будет проще подтвердить юристу все, что касается финансов Вячеслава. Его зарплату, премии, повышение. Это важно для раздела имущества, поверьте.

— Хорошо, — соглашаюсь я после паузы. — Когда можем встретиться?

— Сегодня вечером в шесть устроит? Я позвоню Ирине, она освободится.

— Сегодня... — повторяю я. Так быстро. Но чем быстрее, тем лучше, наверное. — Да, хорошо. Буду в шесть.

— Отлично. Тогда до встречи, Екатерина.

К шести вечера я уже стою у входа в кафе. Волнуюсь так, что руки трясутся. Поправляю волосы, проверяю, не размазалась ли помада. Накрасилась сегодня чуть ярче, надела стильные широкие джинсы, свитер бежевый, сапоги на каблуке. Хочется выглядеть по-человечески, а не как затравленная мышь.

Захожу внутрь. Кафе правда тихое, уютное, столики в мягких креслах, приглушенный свет. Оглядываюсь, ищу глазами Островского.

Вижу его у окна. Он сидит за столиком с женщиной лет пятидесяти, строгий костюм, короткая стрижка, умные глаза за очками. Это, наверное, юрист.

Островский замечает меня, встает, машет рукой. Я иду к их столику, чувствую, как сердце колотится.

— Екатерина, здравствуйте, — говорит он, подает руку. Я пожимаю ее, его ладонь теплая, крепкая. — Присаживайтесь, пожалуйста. Это Ирина Сергеевна Короткова, я вам о ней рассказывал.

Женщина встает, протягивает руку.

— Очень приятно, — говорит она. Голос уверенный, но не резкий. — Садитесь, Екатерина. Максим мне вкратце рассказал вашу ситуацию. Давайте обсудим детали.

Сажусь в кресло напротив них. Официант подходит, спрашивает, что буду заказывать. Прошу чай с лимоном, руки мерзнут, хочется согреться.

— Екатерина, — начинает Ирина Сергеевна, — расскажите мне, пожалуйста, как обстоят дела. Сколько вы в браке? Есть дети? Какое имущество?

Рассказываю. Двадцать лет брака. Двое детей, взрослые, живут отдельно. Квартира в совместной собственности, ипотека выплачена. Машина на имя мужа. Я работаю, он работает, бюджет общий. Кредит на меня оформлен.

— И вы узнали об измене? — уточняет она.

— Да, — киваю я. — Нашла переписку в телефоне. Три месяца он встречается с другой женщиной. Дарит ей дорогие подарки, водит по ресторанам. А мне говорит, что денег нет.

Ирина Сергеевна кивает, записывает что-то в блокнот.

— Доказательства есть? Переписка, фотографии?

— Есть, — отвечаю. — Я сфотографировала на свой телефон.

— Отлично. Это важно. — Она смотрит на меня внимательно. — Скажите, вы уверены, что хотите развода? Попытки сохранить брак не будет?

— Нет, — говорю я твердо. — Не будет. Я хочу развестись. Быстро и чисто.

Она кивает.

— Понимаю. Тогда вот что. Мы подадим заявление в суд. При наличии доказательств измены и того факта, что он тратил семейные деньги на любовницу, суд может учесть это при разделе имущества. Вы можете претендовать на большую долю. А также на раздел кредита.

Островский наклоняется вперед.

— Ирина, я могу предоставить справки с работы, — говорит он. — Подтвердить, что Вячеслав получал хорошую зарплату, премии. Что никаких финансовых проблем у него не было.

— Максим, это очень поможет. Спасибо. - кивает она.

Он поворачивается ко мне.

— Екатерина, если вам нужны какие-то документы, справки — обращайтесь. Я сделаю все, что в моих силах.

Смотрю на него и чувствую, как внутри что-то теплеет. Этот человек почти незнакомый, а помогает мне больше, чем кто-либо.

— Спасибо, — говорю тихо. — Правда, спасибо вам. Не знаю, что бы я без вас делала.

Он улыбается и я вдруг замечаю, какие у него глаза — серые, спокойные, добрые. И как красиво он улыбается, уголки губ приподнимаются, и морщинки у глаз появляются.

Отвожу взгляд. Что за глупости лезут в голову. Я тут разводом занимаюсь, а не...

— Все в порядке, — отвечает он. — Я понимаю, каково вам сейчас.

Ирина Сергеевна продолжает задавать вопросы, я отвечаю. Она объясняет, какие документы собрать, когда подавать заявление, сколько времени займет процесс. Я слушаю, киваю, записываю в блокнот.

Разговор длится больше часа. Когда мы заканчиваем, уже темнеет за окном. Ирина Сергеевна собирает свои бумаги, встает.

— Екатерина, я подготовлю документы в течение нескольких дней, — говорит она. — Позвоню вам, назначим встречу. А пока соберите все, что я сказала.

— Хорошо, — киваю я. — Спасибо вам большое.

Она пожимает мне руку, прощается с Островским и уходит.

Мы остаемся вдвоем. Сидим молча несколько секунд. Я не знаю, что сказать, как поблагодарить его правильно.

— Как вы? — спрашивает он тихо. — Держитесь?

— Стараюсь, — отвечаю честно. — Тяжело, конечно. Но теперь хоть понимаю, что делать дальше. Я… я еще ему не сказала, что знаю…Хочу наказать его как следует.

Он кивает.

— Это главное. Когда есть план, легче. Только будьте осторожны!

Мы разговариваем еще немного. Потом я смотрю на часы.

— Вам нужно ехать? — спрашивает Максим. — Или может, еще чаю закажем? Поговорим просто, отвлечетесь.

Думаю секунду. Мне не хочется домой. Не хочется видеть лицемерную рожу мужа.

— Давайте еще чаю, — соглашаюсь я.

Он улыбается, машет официанту.

Сидим, пьем чай, разговариваем. Он рассказывает про свой развод, про то, как тяжело было первое время. Я рассказываю про себя, про детей.

И вдруг замечаю, что улыбаюсь. Впервые за неделю улыбаюсь не через силу, а искренне. Потому что с ним как-то удивительно легко.

Наши взгляды встречаются. Секунду смотрим друг другу в глаза. И я чувствую что-то странное, какое-то тепло внутри, легкое головокружение.

Быстро отвожу глаза. Что это было? Нет, я просто устала, нервы на пределе, вот и мерещится всякое.

— Мне правда пора, — говорю я, вставая. — Поздно уже.

— Я отвезу вас.

Говорит так, что я понимаю, это не предложение, это факт. Соглашаюсь. Он подвозит меня к дому. Мы прощаемся и я поднимаюсь в пустую квартиру. В голове крутятся мысли про развод, про юриста, про доказательства. И почему-то про серые глаза Максима Островского.

Глава 9

Глава 10

Катя

На следующий день иду в ломбард. Тот, что на углу нашей улицы, в подвальном помещении. Раньше проходила мимо, даже не замечала. Теперь захожу внутрь.

Мужчина за стойкой смотрит на меня безразлично. Достаю из сумки золотое колье, кладу на прилавок.

— Сколько дадите?

Он берет колье, осматривает внимательно, проверяет пробу.

— Золото, камни натуральные, — бормочет он. — Ничего себе! Да это же