Исход - Кайли Кент

ты думаешь, что я позволю какому-то сопляку подойти к ней достаточно близко, чтобы дотронуться до нее?

― Ты не знал, когда я… ― Черт. Я захлопываю рот.

Я хотел сказать ― когда я трахал девчонку в раздевалке в той же школе. Но я не могу сказать это, когда рядом со мной сидит Кэтрин. То есть она знает, что я не был святым до встречи с ней, но я не собираюсь тыкать ей в лицо этим фактом. Она также прекрасно знает, что я собирался сказать. Я смотрю на нее и вижу, что она кусает губу, стараясь не улыбаться.

― Когда ты что? ― спрашивает Алия.

― Не твое дело. Просто уйди из группы поддержки. Ты даже не любишь чирлидинг, ― говорю я ей.

― Не люблю. Но это хорошо выглядит в моих заявлениях в колледжи. ― Она пожимает плечами.

― Одна твоя фамилия поможет тебе поступить в любой гребаный колледж, ― напоминаю я ей.

― Язык, ― ворчит папа.

Остаток ужина проходит примерно так же. Я пытаюсь уговорить Алию бросить чирлидинг, а сестра отказывается слушать доводы разума. Мне нужно выбраться из дома после всей этой чепухи, и я говорю отцу, что собираюсь показать Кэтрин достопримечательности.

Мы колесим по городу минут десять, прежде чем оказываемся в Замке. Это домашняя арена «Ванкуверских рыцарей», хоккейной команды, которой владеет мой отец. Той самой команды, в которую я надеюсь попасть. Можно было бы подумать, что у меня не будет с этим проблем, учитывая, кем является мой отец, но это не так. Мой отец, может, и имеет право решать, с кем подписывать контракт, но он точно не возьмет того, кто не будет выигрывать матчи.

Кэтрин заканчивает завязывать шнурки и смотрит на меня.

― Ты уверен, что нам можно здесь находиться?

― Это место принадлежит нам, детка. Все в порядке. ― Я протягиваю ей руку.

― Все-таки… это арена «Рыцарей», Грей. Она огромная, ― говорит она.

Мы вместе выходим на лёд, и она отпускает мою руку, устремляясь на середину катка, где делает несколько вращений.

― Знаешь, именно здесь все и произойдет. Здесь мы будем держать этот Кубок, ― говорю я ей.

― Ты будешь держать этот Кубок. Я буду на трибуне. Возможно, беременная или с охапкой твоих уже рожденных детей. ― Она улыбается.

Я замираю. Раньше мы не обсуждали этот вопрос.

― Ты хочешь родить мне детей, Кэтрин? ― спрашиваю я.

― Я не хочу никаких детей, если они будут не от тебя, Грей. Я хочу девочку с твоими зелеными глазами. Мы назовем ее Грейси, и я уверена, что она будет папиной дочкой.

― Грейси. Мне нравится. А когда у нас родится сын, как мы его назовем?

― Хм, может быть, Джейкоб, в честь твоего отца. ― Кэтрин кивает, как будто это уже решенный вопрос.

― Это мне тоже нравится. Может, теперь мы потренируемся в том, что поможет тебе залететь? ― спрашиваю я.

― Прямо сейчас ― нет. Потому что я не собираюсь тратить свою единственную в жизни возможность покататься на этом катке, ― говорит она. ― Ну же. Потанцуй со мной. ― Кэтрин протягивает руки, жестом приглашая меня присоединиться к ней.

Танцевать на льду с этой девушкой ― одно из моих любимых развлечений. Я бы никогда никому в этом не признался, но я предпочел бы кружиться с Кэтрин всем другим занятиям на свете.

Глава четвертая

Почему я нервничаю? Я с Грейсоном уже два года. И вот я здесь, сижу на его кровати в комнате, в которой он вырос, и жду, когда он выйдет из душа. Я делала это уже миллион раз. Я практически живу у Грея. Он постоянно говорит мне, что не может уснуть без меня, и, учитывая, что его квартира и матрас намного лучше, чем моя тесная комната в общежитии, именно там мы и проводим каждую ночь.

Грей выходит из ванной. Из дверного проема за ним вырывается пар. Мои глаза бегают вверх и вниз по его телу. Очарованные. В полном восторге от того, что этот мужчина, этот прекрасный бог в мужском обличии оказался моим.

― Видишь то, что тебе нравится? ― спрашивает Грей, держа в руке свой член и медленно поглаживая его.

Я киваю головой.

― То, что мне очень нравится. То, что я хочу прямо сейчас, ― говорю я ему.

Грей подходит к кровати. Мои глаза сосредоточены на его члене и руке, которая его сжимает. От его вида у меня текут слюнки, а похоть в его глазах воспламеняет мое тело. Никто не оказывает на меня такого воздействия, как этот парень. Один взгляд, одна улыбка ― и я превращаюсь в трепещущую расплавленную лужицу.

― Ложись на кровать, ― приказывает он.

Я поднимаюсь и делаю то, что мне велено. Я не знаю, что он собирается сделать. Но точно знаю, что, что бы это ни было, меня ждет очень приятное времяпрепровождение.

― Ты чертовски совершенна, ― говорит Грей, наклоняясь над кроватью. Он берет меня за руки, поднимая их над головой, а затем тянет по матрасу, пока моя шея не перегибается через край. ― Открой рот. ― Его голос теперь звучит хрипло.

Я вздрагиваю, облизывая губы, прежде чем подчиниться.

― Шире, ― говорит он, поглаживая свой член и проводя кончиком по моей нижней губе.

И я делаю это, страстно желая взять его в рот. Мой язык высовывается и облизывает головку его члена, собирая выступившую сперму.

― Так идеально, ― говорит Грей, наклоняясь надо мной. Он упирается головкой мне в губы. ― Отсоси мне, Кэтрин. Я хочу почувствовать заднюю стенку твоего горла. Возьми меня целиком.

Я смыкаю губы вокруг него и сосу, пока он скользит по моему горлу. Под таким углом он входит гораздо глубже. Я стону и сжимаю руки на задней стороне его бедер, удерживая его на месте. Я не хочу прекращать это в ближайшее время. Грей продолжает вводить и выводить свой член из моего горла, пока я лижу и сосу его. Он набирает скорость, и я удваиваю усилия, втягивая щеки.

― Черт! Да… В твоем рту так хорошо, детка. ― Ноги Грея начинают дрожать. Он близок к тому, чтобы кончить. Я чувствую это. ― Ты примешь все, Кэтрин. Ты проглотишь каждую каплю, ― ворчит он, его движения становятся