Любовь Демона - Тала Тоцка

вас десять минут, — говорю холодно, усаживаясь в кресло перед зеркалом.

— Но я не успею... — растерянно хлопает глазами блонда.

— А вы постарайтесь уложиться, — отвечаю, откидываясь на спинку кресла и стучу по часам на руке. — Время пошло.

Она хватается за фен, нервно дергая шнур, но меня это мало впечатляет. Пусть попсихует, нехер меня перед сотрудниками тупым кобелем выставлять.

Но справляется блонда вовремя и на десять баллов. Попрошу секретаршу выдать ей чаевые. И тут же вспоминаю, что моя секретарша теперь — Ангелина.

Ну не пиздец?

Еще решит, что я на блонду запал. Встаю с кресла, поправляю воротник рубашки, галстук.

— Ты помнишь этого дядю, Миланка? — слышу как кто-то сюсюкает за спиной. — Его зовут Демьян. Дядя Демьян, а это наша Миланка.

Оборачиваюсь. Девушку помню, это сотрудница Астафьева, Елена. То есть, уже моя. Она держит за руку девчонку, которая с интересом меня разглядывает.

Какая же она маленькая! Ну настоящий клоп.

Елена подводит девчонку ко мне.

— Демьян Андреевич, вы ее возьмите за ручку, и поговорите с ней. Только потише, чтобы она вас не боялась, — негромко говорит сотрудница.

Я это и сам понимаю, не тупой.

Присаживаюсь на корточки, протягиваю руку.

— Привет, — слежу, чтобы голос звучал помягче. Не так, как я обычно говорю.

Получается, конечно, хуевенько, но я уже говорил, что клоп мне попался милый и не истеричный.

Она вообще игрушечной кажется, я боюсь ей что-то сломать. Кажусь себе медведем на фоне такого маленького ребенка.

— Пойдешь ко мне на ручки?

Девчонка внимательно смотрит несколько минут, наклонив голову. Мне даже кажется, это получается у нее слишком по-взрослому.

Малышка встряхивает кудряшками и топает ко мне. Обнимает маленькими ладошками за шею, и меня на миг охватывает незнакомое чувство.

Не знаю, как передать. В груди ворочается что-то тяжелое, неповоротливое. Между ребрами тепло разливается, хочется улыбаться просто так, без повода. По-дурацки...

Странное состояние такое, абсолютно мне несвойственное. Размягченное, как пластилин, который долго в руках разминаешь. Но занятное, по крайней мере мне зашло.

И все кто в студии тоже улыбаются. Прямо так все сахарно-ванильно...

— Есть контакт! — довольно потирает руки фотограф. — Я честно переживал, как девочка себя вести будет. А она такая молодчинка!

— У нас с ней полное взаимопонимание, — заявляю с самодовольной миной. — Правда, Милана?

Не уверен, что клоп в курсе, что такое взаимопонимание, но она важно кивает, и все вокруг снова расплываются в улыбках.

Раньше бы меня это выбесило, а сейчас я сияю как блядь тазик начищенный. Ловлю себя на том, что если бы это была моя дочка, я бы наверное что-то похожее испытывал.

И с некоторым беспокойством понимаю, что мне сука это нравится. Нравится себя так чувствовать.

Может и правда пусть эта дура Ритка мне дочку родит? Она меня будет за шею обнимать, а я ее так любить буду, как никого не любил...

— Давайте начинать, Демьян Андреевич, — прерывает мои размышления нетерпеливый голос фотографа, — пока ребенок не капризничает.

— Она не будет капризничать, — говорю, осторожно прижимая к себе девочку, и иду на указанную локацию.

***

Мы с клопом добросовестно отпахали больше часа. Милана только раз захныкала, но над ней сразу все закудахтали, напихали полные карманы конфет, и она успокоилась.

А меня ее хныкание вообще не бесило. Мне даже жалко стало, она же не капризничает. Просто слишком маленький ребенок, девочка устала. Если я заебался, то что о ней говорить? А ее же переодевали как куклу несколько раз.

— Думаю, материала у нас достаточно, — с довольным видом заявляет фотограф, — можем закругляться.

— Иди ко мне, моя хорошая! — Елена забирает у меня девочку, и у меня снова возникает это странное желание ее не отдавать.

Но видно я клопу уже приелся, она тянет руки к девушке и кладет голову ей на плечо. Что-то ее матери не видно, я же ее помню, она Миланку со сцены забирала.

Впрочем, это уже меня не касается. Выхожу из студии и в дверях сталкиваюсь с Ангелиной. Она запыхавшаяся, раскрасневшаяся. Бежала, что ли?

Да нет, вон водитель возле офисной машины стоит. Но меня не должно волновать, куда бежит Ангелина. Рабочий день закончен, у них там в офисе пьянка. Провожают Астафьева на пенсию.

Хочет выслужиться, показать свою незаменимость? Если я решу ее уволить, ее ничего не спасет. Но я еще не решил. Может и оставлю.

— Поехали, — командую водителю, усаживаясь в автомобиль. Он заводит двигатель и плавно выезжает со двора студии.

Но меня не оставляет чувство, что мне смотрят вслед.

 

Глава 5

Ангелина

— Лина, у тебя что-то случилось? — спрашивает мама и кладет руку мне на локоть.

Мы с Миланкой еще вчера приехали к родителям. Утром нажарили сырников, все вместе позавтракали, и Григорий ушел с ними гулять на площадку.

Я старалась делать вид, будто ничего не происходит, но мама слишком хорошо меня знает. Да и смысл от нее скрывать?

— Случилось, мама, — накрываю ее ладонь своей. — Демьян вернулся.

Она на минуту замолкает, отворачиваясь. Хочет спрятать эмоции. Но я слишком хорошо ее знаю. Мысленно она уже наградила Каренина самыми разными эпитетами, не исключая обсценную лексику. Но внешне меня щадит, считает, что я до сих пор по нему сохну.

Я ей благодарна. Каким бы он ни был, у меня от этого мужчины дочь. И я слишком ее люблю, чтобы испытывать к Каренину ненависть. Просто...

Просто было бы намного лучше, если бы мы продолжали существовать в параллельных мирах.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает мама, справившись с собой.

— Демьян теперь наш новый генеральный, — говорю как есть. — Астафьев болен, ему нужна операция. В любом случае он не скоро вернется к руководству компанией, поэтому и продал контрольный пакет Каренину.

— Он специально, — хмурится мама, отпуская мой локоть. — Я так и знала, что он не оставит тебя в покое!

«Он» — это конечно же Демьян, а не Астафьев.

— Я так не думаю, — возражаю мягко, — он когда меня увидел, был в полном шоке. Как и я.

— Господи, он теперь узнает про Миланку!

Достаю телефон и показываю ей снимки с корпоратива, растиражированные пиарщиками компании.

— Что это? Ты ему сказала? — в глазах мамы вспыхивает неподдельная тревога.

— Нет, — качаю