Снежный ком любви - Наталия Анатольевна Доманчук

говорила, что Даша несчастлива с Артемом, что она его не любит. А сейчас опять повторяешь все ее поступки? Вот хочется тебе выйти замуж за мужика, который старше тебя на пятнадцать лет?

– Мама, я влюбилась! И его возраст тут совсем ни при чем.

– Как можно влюбиться за день? Откуда ты знаешь, какой он?

– Да, за день, конечно, трудно понять, но за ночь…

– Саша! Ужас! У меня до сих пор не укладывается в голове этот ваш… молодежный образ жизни. Хоть бы повстречалась с ним неделю-другую. Но как же можно вот так, в первый вечер – и сразу в постель? – Снежана искоса посмотрела на дочь.

– Ой, ну я так и знала. – Сашка опять уселась за стол. – Пойми, мам, ну нет уже таких правил. Да и кто их вообще, эти правила, устанавливает?

– Ты сама должна установить.

– Я не могу. Если мне этот мужчина понравился до чертиков, почему я должна терпеть неделю или две? Нет, мам, сейчас так уже никто не делает. Это ты у нас слишком правильная. У тебя все должно быть по правилам. А зачем? Если люди тянутся друг к другу, зачем себя удерживать? Ты, наверное, только с папой и спала. Да? – спросила Сашка.

– Сейчас же прекрати! – накинулась на нее Снежана. – Не забывай, что хоть у нас и дружеские отношения, но я все-таки твоя мама, и такие вопросы задавать… хоть немного постыдилась бы!

– Да ладно. Думаешь, я не знаю, что вы встречаетесь?

Снежана удивленно посмотрела на нее.

– Да-да. Я все знаю. И заметь, я тебя не осуждаю. Хотя у него семья, тупая жена и две отмороженные дочки…

– Саша! – громко крикнула Снежана.

Но Сашка спокойно смотрела на мать и крутила в руке бокал с вином.

– Кто тебе сказал? Он? – шепотом спросила Снежана.

– Нет, конечно. Сама догадалась. Да и конспираторы вы так себе. Не один раз его вещи попадались мне на глаза в твоем шкафу.

– Потому что я столько раз просила тебя не лезть в мой шкаф и не надевать мои вещи! – Снежана опять повысила голос на дочь.

Она очень расстроилась, присела на стул, ее плечи вздрогнули, а из глаз полились слезы. Дочка подбежала к ней:

– Мам, ну чего ты. Я же тебя не осуждаю. Тебе нужен мужчина. Да, может, не такой, как Альбертик, но нужен. Я же понимаю.

– Ничего ты не понимаешь. Я сплю с ним не потому, что мне нужен мужчина…

– А потому, что ты любишь его, – закончила за маму дочь, – это как дважды два понятно. Перестань. Когда ты плачешь, мне самой хочется плакать. Не надо, пожалуйста.

Снежана вытерла слезы и кивнула.

Сашка прижалась к маме.

– С тобой очень хорошо, но мне надо собираться. Если ты не возражаешь, мы утром зайдем, попьем чаю. Завтра же суббота. И заодно познакомитесь.

– С кем? С твоим… этим? – заволновалась Снежана.

– Вадим его зовут, – шепнула Сашка и побежала в комнату одеваться.

Снежана пошла за ней.

– А не рановато ли нам знакомиться?

– Если не хочешь, так и скажи.

– Нет, я не против, – вздохнула Снежана.

– Тогда я посмотрю по обстоятельствам.

Когда дочка ушла, Снежана вытащила альбом с фотографиями и стала его рассматривать.

Вот здесь Сашке годик. В день выписки умерла баба Глаша, и у роддома ее встречала только Лера.

Снежана улыбнулась, вспомнив про подругу, и решила ей позвонить.

– Лера, привет!

– Привет, – отозвалась подруга, – что у тебя нового? Сашка вернулась?

– Да, встретила мужчину, в которого влюбилась с первого взгляда, и собралась за него замуж, – отрапортовала Снежана.

– А этот мужчина хоть в курсе ее желаний?

– Не знаю еще. Завтра собирается нас познакомить, вот и спрошу у него. Ладно, ты как? Генка приехал?

– Да, уже поужинал и жаждет моего общения.

– Ну тогда не буду тебя задерживать.

– Не будь, не будь, – засмеялась подруга. – Завтра встретимся?

– Да, я заскочу к тебе после обеда.

– Буду ждать, ну все, пока, – прошептала Валерия и спешно бросила трубку.

* * *

Снежана перевернула пару листов альбома и посмотрела на фотографию, где дочери исполнилось пять лет.

«Как хорошо, когда детки маленькие», – подумала она, и слезы неожиданно подступили к ее глазам, – она снова разрыдалась.

Как жалко, что они вырастают, влюбляются и уходят из дома. Как бы ей сейчас хотелось, чтобы Сашка ни в кого не влюблялась, никуда не уходила и чтобы она оставалась маленькой девочкой. Как тяжело видеть в ней женщину. Ведь еще совсем чуть-чуть – и она, как бабочка, упорхнет из дома. И с чем останется Снежана? Будет жить одна? До самой старости?

С такими мыслями она пролежала до утра. Под утро заснула, но через некоторое время ее разбудил настойчивый звонок в дверь.

Даже самые сильные метели начинаются с одной снежинки

Конец 1993 года выдался невероятно сложным. Баба Глаша поскользнулась у подъезда, упала и сломала шейку бедра. Больничный на работе ей не дали, а сократили задним числом. В зарплате, которую не выплачивали полгода, тоже отказали, объявив, что их швейная фабрика практически обанкротилась и в ближайшее время будет закрыта.

Баба Люба, бабушка Валерии, подралась со своей дочкой Людой и ушла из дома. Все ждали, что Люба вернется, ведь такое случалось не в первый раз, но спустя пару дней Лера забеспокоилась и начала ее искать. Искала месяц и нашла в морге. Похоронили тихо, помянули, а через неделю тетя Люда устроила на кухне пожар: решила сварить кашу, разожгла костер из старых книг и, пока горел огонь, громко пела «Интернационал».

Валерии не без помощи пожарных удалось потушить костер, но тетю Люду за эту выходку поместили в психбольницу.

Валерия осталась одна и помогала Снежане, на которой были и уборка, и готовка, и школа, и присмотр за бабушкой.

Баба Глаша вела себя отвратительно, впрочем, как всегда. Старания Снежаны не ценила, сама ничем не помогала, зато прогнозы от нее, как обычно, сыпались самые ужасные:

– Не ходи в такую погоду в школу, а то упадешь, голову разобьешь и замерзнешь в сугробе. А за мной некому будет присмотреть.

Или:

– Опять пшенка? У меня будет заворот кишок, и я ночью умру.

Снежана уже и не слушала ее, и без того тошно было.

Перед самым Новым годом к ним забежала Лера и сказала:

– Все, хватит, надо работу искать, а не сидеть и ждать, пока окочуримся с голоду. Я все придумала. Завтра утром идем на дело! – и показала пальцем на Снежану.

Утром, ровно в семь, девочка была готова идти с Лерой куда угодно. Соседка зашла за ней и, пока Снежана обувалась, выслушала оханья и аханья бабы Глаши:

– Куда ты ее забираешь? Я чувствую, что сегодня умру, у меня сердце всю ночь билось как сумасшедшее!

– Главное, что билось. Все, пока, баб Глаша, вот ваша утка, вот кувшин с водой, вот отварное яйцо и кусок хлеба. – Она указала пальцем на каждый из предметов. – Вернемся часов в пять-шесть,