Ботаник - Рамона Грей

зарегистрируешься в приложении для знакомств, гарантирую, быстро найдешь женщину, которая научит тебя трахаться.

Я печально покачал головой.

— Не могу. Даже просто мысль признаться им в том, что я… Я не могу, Роб.

— Можешь. Поначалу будет трудно, и, возможно, возникнет неловкость, но помни о своей конечной цели.

В словах Роба был определенный смысл, но причина не только в моей робости или в психологической травме от первого сексуального опыта с Лори. Я не хотел трахаться ни с кем, кроме Айрис. Меня не интересовала ни одна женщина, кроме Айрис, с тех пор как я впервые увидел ее в Садах с дедушкой.

Переспать с другой женщиной казалось невозможным, а переспать с Айрис, когда я, по словам Лори, ужасно трахаюсь, вообще нереально.

Я скорее умру стариком со зверским и болезненным вывихом запястья от мастурбации, чем признаюсь Айрис, что отвратительно занимаюсь сексом.

Я отхлебнул почти половину своего теплого пива, морщась от его мерзкого вкуса.

— Спасибо за совет, но в любом случае я не могу просить какую-то женщину учить меня трахаться.

— Можешь, — Роб был неумолим, — ты просто твердишь, что не можешь, потому что боишься…

— Хватит, — прорычал я с неподдельным гневом в голосе. — Я не хочу больше говорить об этом, и если ты продолжишь поднимать эту тему, уйду.

Роб ничего не ответил, и я почувствовал себя виноватым.

— Черт. Прости меня, приятель. Я не должен был выходить из себя.

Роб сжал мое плечо.

— Все в порядке. Не стоило мне так на тебя наседать.

— Это не оправдание моего дерьмового поведения, но сегодня днем я узнал, что мы не получили грант на реализацию общественных инициатив.

Роб приостановился с пивом на полпути ко рту.

— То есть «Сады» закроют?

Я кивнул, ковыряя этикетку на бутылке пива.

— Мы подали заявку на правительственный грант, но там куча бюрократических проволочек, которые нужно преодолеть. Только через полгода станет известно, дадут ли нам грант, и даже если дадут, все равно, если не случится чуда и мы не соберем достаточно частных пожертвований, у нас закончатся деньги и мы закроемся через пару месяцев.

— Вот черт, — выругался Роб. — Мне жаль, приятель.

— Мне тоже. — Я допил свое пиво. — Извини, я сегодня совсем расклеился.

— Эй, я все понимаю, просто дерьмовый день, — заверил Роб. Он допил свое пиво и помахал бармену, чтобы оплатить наш счет. — Почему бы тебе не зайти ненадолго к нам домой? Сара сказала, что готовит свой знаменитый морковный торт. Ты заслуживаешь кусочек-другой.

Я вспомнил полдюжины печений, съеденных за последние двадцать четыре часа, и покачал головой.

— Спасибо, но я, пожалуй, пойду домой.

Айрис

— Оливия? Где ты? — Я закрыла дверь в пансион моей лучшей подруги.

— На кухне! — Прокричала Оливия.

Прихрамывая, я доковыляла до кухни, опустилась на стул у острова и положила на гладкую гранитную поверхность коробку, которую держала в руках.

— Привет, красавица. Почему ты хромаешь? — Оливия стояла у стойки с тарелкой булочек. У меня сразу же потекли слюнки.

— Потянула связку в паху, — призналась я.

— Как?

— Я расскажу тебе всю историю, если позволишь украсть одну из этих аппетитных булочек, — хитро улыбаясь предложила я.

Она засмеялась и протянула мне булочку на блюдце, прежде чем налить стакан воды.

— Что в коробке?

— Это для тебя, — сообщила я радостно.

— О, правда?

В кухню вошел высокий темноволосый мужчина, держа на спине сына Оливии Лютера.

— Лив, мы уходим. Ты уверена, что не хочешь пойти с нами?

— Привет, Айрис! — Лютер помахал мне рукой. — Бен сегодня ведет меня на выставку пауков в музее. Хочешь пойти с нами?

Я вздрогнула.

— Спасибо, малыш, но нет. Пауки отвратительны. Привет, Бен.

— Привет, Айрис. — Бен улыбнулся мне, когда Лютер соскользнул с его спины и приземлился на пол.

— Нет, они классные, — возразил Лютер. — Ты знала, что пауки существовали еще до динозавров?

— Нет, честно говоря, — призналась я.

— Так и есть, — важно заявил Лютер. — Правда, Бен?

— Да, — подтвердил Бен, обнимая Оливию и целуя ее в губы. — Последний шанс посетить выставку пауков вместе с нами, дорогая.

— Заманчиво, конечно, — протянула Оливия, — но я хочу закончить укладывать плитку в душе.

Бен нахмурился.

— Я могу помочь тебе с этим завтра.

— Завтра мы устанавливаем унитаз и ванну в другой ванной комнате, — напомнила Оливия с усмешкой.

— Бен, пойдем уже. Я хочу попасть на выставку до того, как мне исполнится девяносто. — Лютер потянул Бена за руку.

Бен рассмеялся.

— Через минуту, Лютер.

— Сегодня пятница, — обратилась я к Лютеру, — Ты прогуливаешь школу, парень?

— Нет. У нас день профессионального развития, учителя заняты своими делами, — радостно ответил Лютер.

— А мне нравится твоя юбка, — похвалила я. — В стиле ретро восьмидесятых.

Лютер ухмыльнулся и покрутился на месте, так что ткань запорхала вокруг его костлявых коленей.

— Спасибо. Я нашел ее в магазине, и продавщица сказала, что юбка достаточно старая, похоже, и правда из восьмидесятых.

— Мы вернемся около пяти, — сообщил Бен Оливии. — Я куплю нам что-нибудь на ужин по дороге домой.

— Спасибо, дорогой, — поблагодарила Оливия.

Я с неподдельной радостью и легкой завистью наблюдала, как Бен снова поцеловал Оливию, а затем взял Лютера за руку и вышел из кухни. Я улыбнулась своей лучшей подруге.

— Значит, у вас с Беном все хорошо?

— Невероятно хорошо, — поделилась Оливия. — Он вернулся в город всего полторы недели назад, но уже чувствует себя как дома, понимаешь? И Лютер на седьмом небе от счастья, что Бен с нами.

— Это потрясающе. Бен уже нашел себе жилье? — поинтересовалась я, откусывая от булочки. — Боже, как же вкусно.

— Он живет с нами, — призналась Оливия. — Я знаю, это странно, что Бен уже переехал к нам, но…

— Эй, я не осуждаю, — заверила я подругу. — Ведь очевидно, что вы двое без ума друг от друга.

— Как все прошло с Лукой, когда ты попросила его помочь тебе с садом? Ты ведь обращалась к нему во вторник вечером, верно? — спросила Оливия.

— Сначала открой свой подарок, — велела ей, — пока я доедаю эту потрясающую булочку.

Оливия открыла коробку с мягкой улыбкой на лице и раздвинула папиросную бумагу. Она осторожно взяла розовую вазу с вихрями и поставила ее на остров.

— Боже мой! Айрис, это ты сделала?

Я проглотила булочку и ответила:

— Да. Только вчера вечером закончила. Я подумала, что она будет отлично смотреться в одной из новых комнат на третьем этаже.

— Мне очень нравится. — Оливия наклонилась через остров и поцеловала меня в щеку. — Спасибо. Ты уже так мастерски выдуваешь стекло. Это твое увлечение может стать чем-то большим, чем просто хобби. Ты ведь знаешь об этом,