И одной любви достаточно (СИ) - Иван Цветков

а также с приятными чертами лица, женщина оказалась весьма привлекательной, в моём вкусе, так сказать. Однако то, что она оказалась симпатичной, вовсе не означало, что я сохраню свою голову на плечах. И вот в чём дело: меня всего завлекла мысль о дальнейшем, а не о настоящем. В дальнейшем меня ждало что угодно, но скорее всего либо оскорбления, либо тёплые слова благодарности. А что? Я помог её дочери! Но вот в настоящем…

— Ой, мама, привет, — быстро и громко выпалила Маша, оторвав от меня свою голову и наскоро отпрянув от меня, — познакомься, это Ваня, он мне очень сильно помог.

— Здрасьте, — сдавленно и тихо произнёс я.

— Здравствуй, меня зовут Наталья, и как ты уже понял, я мама Маши, — спокойно, с железной выдержкой произнесла женщина. Не в первый раз наблюдает подобную картину?

— Приятно познакомиться, — с неловкой натянутой улыбкой сказал я.

— Взаимно, — как будто парировала Наталья и создала неловкую паузу, во время которой я выстраивал свою короткую речь, целью произнесения которой было максимально деликатное и быстрое удаление с данного места. — Заходите на ужин, у меня сегодня плов. Не бог весть что, но всё же. Заодно расскажете, что случилось. Что скажете?

— Да я как-то не… Так-то мне домой надо, сготовить ещё ужин надо, — морозил я всё подряд, не отдавая себе отчёт в том, что своими словами подводил себя всё ближе и ближе к ужину у незнакомых людей.

— Ну вот, тем более! — чуть не воскликнули вместе мать с дочкой. — Готовить не придётся.

— Да я не…, — продолжал я лишь отнекиваться.

— Проходите, разувайтесь, ванная комната за первой дверью направо, — уже уходя вдоль коридора, вглубь квартиры говорила хранительница очага данного дома.

— Ну, чего стоишь? — подначивала Маша. — В подъезде холодно, отопления ещё не включили, так что не надо стужу запускать в дом.

С опущенной головой, издав глубокий вздох, я зашёл в квартиру. Сказать, что я был не в своей тарелке, ничего не сказать. Обычно, оказавшись в гостях, люди со всей внимательностью всё осматривают, чтобы понять, то ли им быть довольными, что уж у них-то лачужка получше, то ли начинать завидовать материальному положению хозяев. Мне же было всё равно. Может быть не дорос, а может быть потому, что сравнивать-то не с чем было. Съёмная квартира или родительская не могли подходить даже под саму идею сравнения. Сейчас я хотел остаться один, и уединение в уборной, пусть и всего на пару минут, было жизненно необходимо. Первое, и единственное, за что зацепился мой взгляд — два тюбика зубной пасти. Казалось бы, что тут такого, всего лишь обычная мятная паста и … «Дракоша» с клубникой. Да уж, вот не думал, что они ещё выпускаются. Может у Маши есть младшая сестра или братик? Ладно, на данный момент это вообще не важно. Наскоро помыв руки и умыв лицо, я занялся любимым делом звёзд, рекламирующих принадлежности для бритья: пялился на самого себя в зеркале.

— Что ты тут делаешь? Скажи, что у тебя аллергия на рис и вали отсюда.

— А в чём проблема?

— В чём? Да в том, что у тебя лицо красное и тебя слегка трясёт. Ты же на дух не переносишь чужих людей.

— Хех, чужих людей не люблю, но чужих люблю, а чужие любят людей.

Так, стоп. Хватит паясничать. Ничего сверхъестественного не произошло. Обычный ужин в довольно-таки милой семье. Ну, на первый взгляд. Я просто бесплатно поем домашнюю еду, немного поговорю и уйду. Всё. Ничего страшного, верно? Ладно, пора выходить, а то ещё подумают, что я решил вскрыть себе вены в их ванной. Или это только у меня такие мысли?

— У вас какое полотенце для рук, а какое для лица? — спросил я, выходя, и едва не врезался в Машу, которая стояла чуть ли не у самой двери. Хорошо, что внутренний диалог был самым, что ни на есть внутренним, а то словил бы сейчас на себе косые взгляды.

— Зелёное для лица, синее для рук, — выпалила Маша.

— Спасибо. А ты что тут стоишь? — поинтересовался я.

— Как что? Тебя жду, — как всегда быстро и с улыбкой на лице сказала девушка.

— Эм, а зачем? — совершенно потеряв связь с реальностью спросил я.

— Ахаха, ну ты смешной. Как зачем? Не тебе одному руки нужно мыть, — уже совсем заливаясь смехом трезвонила Маша.

— А, ну да, — смущённо ответил я, уже вытирая руки. — Прошу, уборная свободна.

— Ох, это так любезно с Вашей стороны, — всё смеясь говорила Маша. Она всегда такая? Если да… То это отлично. Нет, серьёзно. Я рад, что кто-то ещё способен находить и видеть пустяки, чтобы просто смеяться и радоваться жизни. Я же прошёл на типичную кухню, площадью квадратов этак семь.

— Присаживайтесь вот сюда пожалуйста, — сказала Наталья, указывая на один из двух стульев, однако я не успел смутиться. — Маша, принеси из своей комнаты кресло.

— Кресло? — спросил я, — Оно наверняка тяжёлое. Давайте помогу.

— Ох, не стоит, Маша и сама справиться. Это ведь обычное офисное кресло.

— Да мне не трудно, — сказал я и пошёл с кухни. Мне действительно было не трудно. Лучше уж что-то поделать, чем сидеть наедине с незнакомой женщиной на кухне.

— Ты что-то говорила, мам? — спросила девушка почему-то нервным голосом, только выйдя из ванной.

— Показывай свою комнату, — уже более живым голосом произнёс я.

— Зачем? — в упор не понимала девушка.

— Как зачем? Будешь показывать полку с достижениями. Твоя мама говорит, что есть чем гордиться, — иронично говорил я, решив пойти в наступление. В конце концов, не она одна может шутить.

— Что? Да я… Я поняла, — сказала она, сощурив глаза. — Разыгрываешь меня?

— Браво Холмс, Бэйкер-стрит и весь Лондон может Вами гордиться, — с нескрываемой улыбкой произнёс я. — Кресло надо принести, а я вот вызвался помочь.

— О как. Ну ладно, пойдём, — проговорила Маша, махнув рукой, едва не попав по моей. На убранство комнаты я специально не смотрел. В конце концов, это комната девушки, а я тут не пойми кто. Взяв обычное недорогое офисное кресло, я отнёс его на кухню. Всё прошло без происшествий. На редкость сегодняшнего вечера. За маленьким квадратным столом я устроился напротив Натальи и по левую руку от Маши. Разложив всем по добротной порции плова, Наталья села сама и начала разговор:

— Ну-с, рассказывайте. Что случилось?

— Знаете, я не самый лучший рассказчик, так что будет лучше, если Вам всё расскажет ваша дочь.

— Маш?

— А, да, конечно мамочка. День прошёл хорошо, в школе без изменений, в художественной школе работа над