Сросшиеся с ним - Кайли Кент

Ее ответ заставляет меня улыбнуться. Она злится, и я представляю себе ее лицо — представляю, как краснеет ее бледная кожа. Возможно, на самом деле все не так, но мысль о том, как она выглядит взбешенной, меня чертовски заводит. Решив пропустить ее сообщение мимо ушей и позволить ей думать, что она победила, я не отвечаю. Я знаю, что она будет в клубе через несколько часов, и мои планы на день только что прояснились. Возможно, мне просто придется зайти и немного помочь брату.

Как только я возвращаюсь домой, иду в душ. Мне нужно смыть с себя утренний стресс — не каждый день тебя арестовывают, особенно через несколько дней после того, как ты избавился от гребаного трупа. Я не так планировал провести свое утро.

Нет, я планировал позавтракать Райли, потом позавтракать с Райли, потом накормить Райли завтраком. Уверен, вы меня поняли; это должно было быть чертовски приятное утро. Я могу вспомнить ее вкус на своем языке — чертовски божественный. Никогда в жизни я так сильно не хотел съесть киску. Я мог бы провести всю жизнь, зарывшись головой между ее ног.

Младший тоже согласен с этим планом и сейчас напрягается при этой мысли. Взяв в руку немного геля для душа, я медленно поглаживаю свой член, скользя вверх и вниз, оказывая на него нужное давление и обводя рукой вокруг головки, прямо там, где расположен мой «Принц Альберт». Мне не требуется много времени, чтобы увеличить скорость. Мысли о вкусе Райли, ее запахе, стонах, ощущении ее мягкой бледной кожи под моими пальцами поглощают меня. Я громко стону. Черт. Не успеваю опомниться, как уже кончаю на чертову стену душа, выкрикивая ее имя.

Возвращаясь в спальню, я сразу же чувствую ее запах. Черт возьми, есть ли место, куда я могу пойти, чтобы ее не было в моей гребаной голове? Поскольку обожаю боль, я вдыхаю ее запах. Поднимаю с пола разорванное платье. Сфотографировав бирку и платье, я отправляю сообщение Элле.

Я: Элла, милая, сделай мне одолжение. Найди где-нибудь это платье и купи для меня два такого же размера, пожалуйста.

Поскольку ей восемнадцать и телефон приклеен к руке двадцать четыре часа в сутки, ответ приходит незамедлительно.

Элла: Почему ты хочешь купить платье, вернее два платья? Не думаю, что этот размер налезет даже на одну твою руку, Брэй.

Я: Потому что я испортил кое-чье платье и должен купить новое. Так что, пожалуйста, просто сделай то, что у тебя хорошо получается, и пройдись по магазинам. Мне нужны эти платья вчера. Пожалуйста?

Я добавил в конце «пожалуйста», чтобы убедить ее сделать это; это не та задача, которую я хочу решать сам. Где, черт возьми, они продаются?

Элла: Ладно, мне не нужно знать, как ты уничтожил платье. Просто чтобы ты знал, эта дорогая марка. Это будет недешево. И пока я буду тратить деньги с твоей карты, я добавлю кое-что для себя. Назовем это гонораром личного шопера.

Я: Я не собираюсь говорить тебе, как это произошло. И мне все равно, сколько оно стоит, просто найди и купи. Не перебарщивай с гонораром. Люблю тебя, сестренка. Ты лучшая!

В гостиной я замечаю на полу сверкающий предмет. Поднимаю его и улыбаюсь, рассматривая маленькую сумочку, которая была у Райли с собой вчера вечером. Похоже, она так торопилась уйти сегодня утром, что забыла ее.

Открыв ее, я вижу множество карточек, включая водительские права, на которых указан ее адрес. Я фотографирую их на свой телефон. Понимаю, что уже близок к преследованию, но мне на самом деле плевать. Она захочет вернуть эту сумочку, и ей придется прийти и забрать ее. А когда она это сделает, мне, возможно, придется привязать ее к своей кровати и показать, что она теряет, отказывая нам с младшим.

Глава третья

Райли

В последний раз взглянув на себя в зеркало, перед тем, как отправиться в «Слияние», где я с сегодняшнего дня работаю, я осталась довольна тем, что мне удалось сделать за такой короткий срок.

На мне черная юбка-карандаш, которая заканчивается чуть выше колен и имеет разрез до середины бедра. Я достала свою любимую белую прозрачную блузку. Высокая горловина обнимает шею, а рукава свободно спадают. Под нее я надела белый кроп-топ; на талии виден лишь намек на кожу между тем местом, где заканчивается кроп-топ и начинается юбка. Наряд дополнен парой черных туфель, которые добавляют еще немного роста к моему и без того высокому.

У меня нет времени что-то сделать с волосами, поэтому я решила собрать их в хвост — такой же, как обычно у Холли. Я довольна, что мне удается выглядеть профессиональной, крутой деловой стервой, что, признаться, мне и нужно, учитывая, что Зак — мой новый босс и новый парень моей лучшей подруги — видел во мне только пьяную, беззаботную тусовщицу Райли. Мне нужно доказать, что я еще и профессионал, который чертовски хорош в своем деле.

Взяв свою черную сумку Ted Baker Audrey, я начинаю искать клатч, в котором вчера вечером лежали все мои карты. И тут меня осеняет.

— Гребаный Брэй, — говорю я вслух пустой комнате. Я точно знаю, где я оставила этот клатч прошлой ночью — прямо на полу его гостиной, где он выпал из моих рук, потому что Брэй закинул меня на свое чертово плечо.

Я просто напишу ему позже и попрошу передать его Алиссе; тогда мне не придется встречаться с ним. Да, именно так я и поступлю.

Иду к своей машине и улыбаюсь, когда вижу ее: мой зверь, моя малышка, моя машина, единственная, на которой я не против ездить снова и снова. Поворачивая ключ зажигания, я слушаю, как ревет двигатель моего черного Mustang GT. Я не знаю, как он это сделал, но мой отец подарил машины и Холли, и мне в день окончания университета. Холли получила свою мечту — желтый VW bug, а я — эту машину.

Когда я подхожу к заднему входу в клуб, дверь открывается, и между мной и внутренним пространством клуба встает стена мускулов, одетых в черное. Мне приходится откинуть голову назад, чтобы встретиться с лицом стены. Я