Север&юг (СИ) - Татьяна Семакова

— Минус один, — сдавленно смеётся Генка, перехватывает его поудобнее и выходит, оставив меня вариться в соку собственных невысказанный мыслей.

Вплоть до одиннадцати, когда большая часть родственников приходит к выводу, что неплохо было бы и раскланяться, я пытаюсь пробраться к Генке, но буквально на каждом шагу меня перехватывает страдалец за страдальцем. Смиренно выслушиваю все их симптомы, тактично улыбаюсь и тихо скриплю зубами, пока в одночасье не понимаю, что Геннадий под шумок свалил. Что ж… упрекнуть мне его не в чем. Подхватываю рюкзачок, целую родителей и с чувством выполненного долга выхожу на улицу, жадно вдыхая прохладный воздух.

— Не на долго тебя хватило, — хохотнул Гена из-за кустов и просунул голову между ветвей.

— Ты чего там? — спросила заговорщицким шёпотом, подходя ближе.

— А то непонятно… — проворчал в ответ, высунул руку и рывком втащил меня в своё укрытие, заметив: — По моим скромным подсчётам, осталось ещё человек семь, среди которых моя маман. Я, конечно, её люблю, но с меня хватит.

— Понимаю! — отвечаю с чувством, задрав голову, но тут же хитро улыбаюсь: — А меня зачем ждёшь?

— Ну… дело есть, — отвечает туманно. — Пошли, прогуляемся.

Крадёмся под чужими окнами, огибаем дом и выходим на пустыре, двигаясь в направлении дороги.

— Заинтриговал! — говорю с нетерпением, то и дело косясь на него.

— Ты ж медик, да? — спрашивает с сомнением.

— Ну… в целом, да, — отвечаю вяло. — У тебя что болит?

— После водки? — фыркает Гена. — Здоров, как бык! — я тихо смеюсь, а он, напротив, становится серьёзнее: — Помнишь, про бои говорил?

— Само собой, — отвечаю, слабо хмурясь. Ох, не нравится мне этот заход…

— Короче, я почему перестал… всякое может случиться, да? Нужна экстренная помощь, а там такие правила — сам выкручивайся. Ну, я и подумал, что, если ты пойдёшь со мной? Для подстраховки.

— Я терапевт, Ген, — отвечаю, слабо поморщившись. — Без практики. Зашить, конечно, смогу, раны обработать, послушать, общий осмотр провести, но не больше.

— Да куда уж больше! — возмутился, вытаращив глаза. — На тот свет я не собираюсь! Так, подлатать, да подсказать, стоит ли в больничку идти. Я не дебил и прекрасно понимаю, что рентгеновским зрением ты не обладаешь. Но… родная. Значит, на обманешь. Значит, могу на тебя положиться.

— Ген, я не знаю, — сказала честно. — Стрёмно. А если чего упущу? Как я потом…

— Вся ответственность на мне! — заявил решительно. — Подумай. Тебе — процент от боя. И, поверь, деньги немалые!

— Да при чём тут деньги… — морщусь брезгливо. — Профи не нашёл?

— Такому, чтоб довериться — нет, — ответил кисло. — И, к слову, всякие там допинги и обезболивающие — запрещено. Во всяком случае, на месте. Сумку обшманают.

— Смахивает на инструктаж… — ворчу себе под нос.

— Я не принуждаю, — хмыкает Гена. — Я прошу.

Одно, блин, и то же! Родня же!

— Ну ты и гад… — тяну, качая головой.

— Да просто пожить охото, Май, в своё удовольствие, хоть немного. Так уж ли это плохо? Так уж ли предосудительно?

— Хера се, — фыркнула весело, не ожидав услышать от него подобного слова, — так ты готовился. Выходит, это не мать тебя сюда притащила, а ты её.

— Вовсе нет, — хмыкнул Гена, положив руку мне на плечо, — просто я подгадал момент, когда нужно завалиться в родную обитель. Так что?

— Мне прямо сейчас нужно дать ответ?

— Бой послезавтра, я уже подписался, — говорит тихо, — будешь ли ты там — решать тебе.

— Ну ты и… — начинаю возмущённо, а он притягивает меня поближе, вздыхая:

— Да знаю, Майк, знаю… Я — родня. Номерок запиши, обсудим завтра детали.

— Сам запиши, у меня телефон сдох, — ворчу недовольно, а Гена уже держит мобильный наготове.

Он посадил меня в такси, махнул рукой на прощание, а я всю дорогу таращилась на огни города, подгоняя водителя.

В квартире первым делом поставила телефон на зарядку, включила его и получила несколько сообщений о том, что до меня пытался дозвониться Брагин. Время позднее, я ответила ему всё так же в сообщении и он тут же перезвонил.

— Всё в порядке? — спросил с неприкрытым беспокойством.

— Телефон сел, а у папы, как выяснилось, юбилей, — отрапортовала коротко.

— Есть там что-нибудь на флешке, что следует проверить в ночи? — уточнил невзначай.

Я плюхнулась на кровать, уставившись на протокол обыска из квартиры Третьякова, и сказала со вздохом:

— Пожалуй.

— Буду через полчаса, — ответил быстро и отключился.

До меня ехать минут пять. На сборы — максимум две. Остальное время он заложил на объяснения с супругой, но я в него верила и спустилась через пятнадцать, тут же плюхнувшись на переднее сиденье припаркованной у подъезда «Хонды» с увесистой папкой в руках.

— Недурно, — хмыкнул Брагин, забирая из моих рук улики. Бегло просмотрел их и поморщился: — Если ты имела ввиду его квартиру, то ловить там нечего.

— И что же делать? — спросила кисло, а он плавно тронулся с места, ответив невозмутимо:

— Конечно же, ехать туда.

— Зачем? — полюбопытствовала, поёрзав на сиденье от волнения.

— Всегда есть «а вдруг», не так ли? — улыбнулся хитро. — К тому же, он пришёл в лабораторию с явным намерением втянуть меня в расследование, теперь я вижу это совершенно отчётливо. Не люблю разочаровывать людей, да и, вынужден признать, заинтриговать он всё-таки смог.

— Он пришёл целенаправленно? — спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал обыденно, но в душу закралась обида. — Не для сравнения ДНК?

— Скорее, чтобы оставить свою, — хмыкнул Брагин, — и вторую, явно указывающую на конкретное преступление. Красиво зашёл, красиво вышел, мне понравилось. Только вот та ДНК, что была на его флешке, принадлежит шимпанзе.

— Реально? — скривилась, а Брагин хохотнул:

— Я не сразу заметил, спешил. Дома уже. Похоже, он скачал её из интернета. По сути, парень просто ткнул пальцем в номер дела.

— Ясно, — улыбнулась и отвернулась к окну.

Так вот к чему был тот поцелуй, от которого я чуть не лишилась сознания. Он просто оставил на мне образец ДНК.

Я вышла из машины и зябко поёжилась. Вроде ещё не слишком холодно по ночам, но озноб пробирал до костей. Или просто ничего не грело. Дополнительно, изнутри. Вообще, присутствовало вполне отчётливое желание вернуться домой и завалиться спать, такая апатия накатила, что даже ногами шевелить было лень.

— А если не сможем войти? — спросила у Брагина вяло. — По домам?

— Для начала — поднимемся, — пожал плечами равнодушно и начал присматриваться к табличке над дверью ближайшего к нам подъезда. — Следующий, — сказал уверенно и бодрой походкой направился дальше, а я уныло побрела вслед за ним.

Возле подъезда нас ждал сюрприз. Я-то надеялась, что дверь закрыта,