Отец для двоих - Адалин Черно

— Лучше ко мне, — отвечаю смущенно.

— Как скажешь.

Динар заводит двигатель и уже через минуту мы мчимся по ночной столице ко мне домой. Всю дорогу я прислушиваюсь к себе, ищу сомнения и протесты, но их нет. Я хочу попробовать. В конце концов, я ведь смогу отказать, если пойму, что ничего не чувствую и не хочу продолжать. Если все получится, это будет шаг в другую жизнь.

Припарковав автомобиль у подъезда, Динар помогает мне выйти, берет за руку, переплетая наши пальцы. У самой двери прижимает меня к стене и целует. Страстно и дико. Звук открываемой двери нас отвлекает, улыбающаяся я тут же разворачиваюсь ко входу, чтобы пропустить выходящего и зайти в подъезд, но замираю, сталкиваясь взглядом с Макаром. Это он тот, кто отвлек меня от поцелуя с Динаром, он тот, кого я собиралась пропустить. Он тот, кто за секунду разрушает мое желание продолжать.

Глава 7

Оля

— Макар…

Мои губы решают пожить отдельной жизнью и бормочут растерянно его имя.

— Здравствуй, Оля.

Он отходит с прохода, смотрит то на меня, то на Динара, который стоит за моей спиной. Опускает взгляд на мою талию, где по-хозяйски лежит чужая рука. Динар и не думает меня отпускать. Обнимает крепко, жмет к себе, чувствует, видимо, что вечер закончился и продолжения не будет.

— Вы знакомы? — тихо шепчет мне на ухо.

Я киваю. Единственный едва светящий фонарь над нашими головами освещает недостаточно, поэтому Динар не может рассмотреть Макара. При свете дня он бы сразу понял, что мужчина напротив — отец Тимофея.

— Ты… что… здесь?

— К тебе приходил. Поговорить нужно? Я не вовремя?

Хочу отмахнуться и сказать, что все в порядке, но быстро себя одергиваю.

— Не вовремя, — киваю. — У тебя что-то срочное? Или можем встретиться на наделе?

— Срочное.

У меня ощущение, что я зажата в тиски. Сзади стоит Динар, спереди Макар. Оба ждут моего ответа. Молча буравят друг друга взглядами. Я стою, не зная, что делать. Сказать Макару, что разговор подождет и уйти с Динаром означает дать последнему шанс, а я совершенно не чувствую желание его давать. Оно было, когда мы гуляли, было, когда ехали домой и целовались у подъезда, но сейчас его нет. Улетучилось.

Согласиться поговорить с Макаром сейчас означает остаться с ним наедине: сесть к нему в машину или подняться ко мне в квартиру. Выбор один хуже другого. 

Пока я стою, не определившись с решением и словами — мужчины знакомятся. Динар первым протягивает руку, представляется, Макар отвечает. Они перебрасываются парой фраз, а затем Динар позволяет себе решить за меня.

— Давай завтра, ладно? У нас планы сегодня, сам понимаешь.

Макар кивает, но не уходит. Продолжает стоять. И на меня смотрит. Понимаю, что я должна или кивнуть или…

Я не киваю. Высвобождаюсь из объятий Динара и извиняюще улыбаюсь.

— Я поговорю, ладно? Не думаю, что это займет много времени.

Динару такой расклад явно не нравится. Он поджимает губы, но ничего сказать не решается. 

— Мы увидимся сегодня еще?

— Нет, — мотаю головой и добавляю. — Я потом все объясню, хорошо? Пожалуйста…

Не хочу, чтобы он начал расспрашивать о Тимофее при Макаре. Впрочем, если Измайлов меня все же нашел, значит, может уже знать о сыне.

— Ты уверена? Я могу пойти с тобой.

Сейчас настойчивость Динара меня даже раздражает. Что ему стоит просто согласиться, взять меня за руку и довести до двери квартиры? Я уже решила, что ни за что не сяду в машину к Макару. Она насквозь пропитана знакомыми запахами, а я не хочу предаваться воспоминаниям. И хочу иметь возможность уйти в любой момент.

— Можем подняться ко мне, — говорю Макару, а сама бросаю взгляд на часы. 

Уже начало десятого, мне скоро за Тимофеем. Нужно вызвать такси, доехать и собрать сына, а дом брата расположен довольно далеко. Можно было, конечно, остаться у них, но я не хочу навязываться своим присутствием, когда между нами со Стасом черная кошка пробежала. Он должен понять, что я выросла и он больше не может управлять мной.

Мысли о брате здорово отвлекают. Я не замечаю, как мы втроем поднимаемся по лестнице и останавливаемся у моей двери. Я быстро достаю ключи, проворачиваю их в замочной скважине и открываю дверь, пропуская Макара внутрь. Динар в это время притягивает меня к себе и целует. По-хозяйски, прямо в губы, совсем не стесняясь постороннего. Я отвечаю машинально, мысли путаются.

— Я зайду через пару часов, когда ты вернешься, — выдыхает мне в губы.

Отказать я не успеваю, просто киваю. Динар ждет, пока я зайду в квартиру и закрою дверь.

Я проворачиваю защелку и разворачиваюсь к Макару, соединяя руки за спиной и прижимаясь ими к двери. Дальше идти не хочется. Пусть говорит все здесь и уходит.

— О чем ты хотел поговорить? — спрашиваю. 

Взглядом фокусируюсь на открытой дверце шкафчика за его спиной. Присутствие Макара меня волнует, но не нервирует. То ли время пришло и отболело, то ли я в таком сильном шоке, что мне сложно дать оценку происходящему. 

— О сыне.

Всего одним словом Измайлов выбивает из меня дух. В груди печет, глаза наполняются слезами, а сердце барабанит о грудную клетку от страха. 

Узнал.

— И… что? Чего ты… х-х-хоче-че-шь…                                      

На последнем слове я заикаюсь. Понятия не имею, почему. Макар ведь не тиран и не насильник. Я никогда его не боялась, а сейчас не могу совладать со страхом. Наверное, все дело в том, что отца уже нет в живых, а с братом я разругалась. Да и Макар уже не нищий. Шесть лет прошло, кто знает,