Тот самый парень из порно книга 2 (СИ) - Хаан Ашира

В светлый красивый дом в Калифорнии, к мужчине мечты для тысяч женщин, который только что надел мне на палец кольцо с таким камнем, что в нашем ювелирном даже для понтов не выставляли.

Дэрил целовал меня еще долго, никак не желая останавливаться, зарывался пальцами в волосы и терся членом о бедро, намекая, что ему тоже очень понравился процесс помолвки, прямо не меньше, чем мне.

И наконец оторвавшись от моих губ, показал свою руку со строгим ободком на безымянном пальце, который я, вся в чувствах, умудрилась не заметить.

— А это мое.

— Будешь с ним сниматься? — я потерлась о него бедром, вдруг успокоившись в тесных объятиях. Как в тот день, когда он рычал на меня и заламывал руки, но когда все кончилось — целовал следы на коже и снова был прежним — нежным и моим.

— Я с ним уже снимался, дорогая. И буду сниматься впредь. Чтобы ты не сомневалась, кто мне важнее всех.

Я потрогала тонкую полоску из белого золота, выделяющуюся контрастом на загорелой коже.

— Тогда давай договоримся, — сказала я тихо. — Если я увижу тебя в кадре без него…

Я не договорила, проглотив комок в горле.

Он не ответил, прижав меня к себе и коснувшись губами лба.

Невеста порнозвезды. Его ключ

Оказывается, когда порнозвезды приходят домой с работы, они точно так же, как обычные слесари или менеджеры по продажам хотят спокойно поужинать перед телевизором. И чтобы кто-нибудь теплый и мягкий под боком что-то такое болтал неважное, на что можно отвечать: «Угу…»

Потом можно вместе загрузить посудомойку, протереть столы, обсудить, что купить и что завтра приготовить. Посмеяться вместе над какой-то шуткой, поболтать о ерунде.

Дэрил научил меня запускать роботов-пылесосов, я показала ему ролики из интернета, в которых на них катались котики.

Это было так уютно и… нормально, что на месте его фанатов я была бы сильно разочарована, например. Разве может человек, живущий жизнью мечты для миллионов мужчин смотреть викторину по телеку и подсказывать участникам правильные ответы? Нет, он должен был войти в дом и с порога получить глубокий минет, вместо ужина слизать с тела фигуристой мулатки взбитые сливки, заскусив клубничкой, спрятанной у нее между ног, а потом сидеть в кресле с бокалом виски, расслабленно наблюдая, как две красотки, рыженькая и черненькая, ублажают друг друга на медвежьей шкуре перед камином.

Вместо этого Дэрил ушел в сад чинить поливалку, которая отказывалась крутиться, а я решила впервые за весь день заняться чем-то полезным и разобрать хотя бы один чемодан.

Я все время отвлекалась, чтобы полюбоваться, как играет свет на камне в кольце и вспоминала почему-то, как мы с Валерой ходили выбирать обручальные кольца. Выбирать — это было громко сказано. Купили самые дешевые. Он обещал, что на пятилетнюю годовщину купит нам настоящие, красивые кольца. Но тогда деньги были нужнее мелким Дашке и Сеньке. Потом обещал, что на десять лет уж точно купит. Но Дашку надо было собирать в школу.

Не в кольцах счастье же. Дети — главное сокровище семьи.

И вроде ерунда, но мне было всегда чуточку неловко за мое дешевое колечко, когда кто-нибудь приходил в наш ювелирный выбирать обручальное кольцо. И конечно же, кидал взгляд на мою руку.

Последнее обещание Валеры было про серебряную свадьбу, но развод случился раньше.

— Лили! — услышала я зов Дэрила с улицы. Подошла к окну спальни — он махал мне рукой из бассейна, призывая спуститься вниз. Голубые отсветы плещущейся воды ложились призрачными бликами на траву, и сад, освещенный только ими и маленьким фонарем у двери выглядел сказочным королевством.

Короче, чемодану опять не повезло.

Во дворе играла тихая музыка — что-то легкое, без слов. Я погасила фонарь и подошла к подсвеченному изнутри бассейну, где ждал меня Дэрил.

— Иди ко мне, — негромко сказал он.

— У меня купальника нет.

Он засмеялся, взрыхлил руками воду, отплывая к дальнему краю. Плеск влился в переливы мелодии, дополнив и улучшив еще.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Зачем тебе здесь купальник?

Он сам был, разумеется, обнажен.

— Точно!

Под его взглядом было неловко и горячо скидывать платье и особенно стягивать белье, лишаясь остатков приличий. Как у него так получалось все еще пробуждать в сорокалетней матери двоих детей это девичье смущение: когда и хочется, и колется, и все кажется одновременно запретным и бесстыдным?

Под тем же обжигающим взглядом пошла к ступенькам, но Дэрил подплыл поближе и позвал:

— Прыгай.

— Я плохо плаваю, — качнула я головой. — А нырять вообще не умею.

— Прыгай, я поймаю тебя.

Заколебалась, но он протянул руки, и я просто ненадолго перестала думать. Одного бесконтрольного мгновения хватило, чтобы в шуме и плеске свалиться в его объятия и тут же быть захваченной жадным поцелуем.

Хорошо.

Было так хорошо.

— Моя Лили… — Дэрил чуть покачивался в воде, лаская влажными пальцами мои плечи, скользя ими по груди, наполовину погруженной в голубоватый свет, плещущийся в бассейне. — Расскажи. Расскажи, что ты чувствуешь? О чем думаешь?

Он был чуть-чуть иной в эти дни после прилета. Больше не набрасывался на меня так жадно, словно в последний раз. Не соблазнял каждым словом и жестом — то есть, соблазнял, но вот так, как сейчас, а не разжигая неугасимый пожар в крови. Теперь в нем был океан нежности и внимания.

Дэрил закинул мои руки себе на шею, заставил обвить его ногами и покачивал меня будто на волнах, то откидывая до самой воды, то прижимая к себе и погружаясь по плечи. Тихий плеск и его нежные поцелуи завораживали и успокаивали.

Наверное, вопрос был о том, как я перенесла его работу, но я почему-то решила спросить сама. Совсем о другом.

— Почему ты все-таки решил сделать мне предложение? Так стремительно, почти незнакомой женщине. И предложил не только сердце, но и кошелек — разве не странно? Не страшно? Почему ты так уверен?

— Я не уверен… — он снова тихо засмеялся, сверкнул белоснежной улыбкой. — Просто почувствовал, что не хочу с тобой расставаться. Ни в тот момент, ни… вообще. Мне было с тобой хорошо, интересно, спокойно. Это больше, чем я когда-либо смел желать. То, что мне не хватало.

Да, пока другие женятся из-за глубокого минета и большой груди, Дэрил все это имеет на работе и может себе позволить выбрать то, чего на работе-то и не хватает. Впору задавать следующий вопрос — сделал бы он мне предложение, если бы не работал в порно?

Колючие мурашки пробежали по телу, подняв дыбом крошечные волоски.

Выходит, желать, чтобы он сменил работу — не в моих интересах.

— Гораздо интереснее, почему ты все же сорвалась со мной… — Дэрил отвлек меня от тяжелых мыслей легким поцелуем. Теплая вода взвихрялась плотными струями между нашими телами, прохладный ночной воздух пах чем-то хвойным и теплыми камнями. — Ты слишком разумная для того, чтобы изменить всю жизнь даже ради любви.

— Наверное… — я провела ладонями по упругим твердым мышцам на его плечах, в который раз получая от этого острое физическое удовольствие. — На меня подействовали твои слова про Лилю, которая никого не удивила. Я уже почти смирилась с тем, что больше в моей жизни не будет ничего по-настоящему яркого. Откуда бы ему взяться, если я валяю игрушки из шерсти да выращиваю орхидеи. И не вижу ни одной возможности вырваться из этого болота. Стало обидно, что вот ты — смог, а я свои шансы променяла на главное, как я думала. На семью. Только и этот проект провалился. Неужели я та «Энни» из твоего рассказа, что до старости будет стоять за прилавком магазина?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Возможно, надо было сказать что-нибудь про любовь. Про нежность, которую я испытывала к нему — разливающуюся теплом по венам. Про острую ядовитую ревность, которая горит в груди, когда я думаю, что он вот так касается языком ямочки между ключицами совсем другой женщины. Про то, как мне радостно рядом с ним.