Игра в семью (СИ) - Каретникова Ксения

Мы с Леной переглянулись, не сговариваясь чокнулись и выпили. А Вадим закатил глаза.

— Пойдемте хоть на воздух выйдем, — предложил он.

— Не, через песню опять наша очередь, — замотала головой Лена.

— Хорошо, — не стал спорить Вадим. — Но сразу после нее позвольте пригласить вас на рандеву к бассейну.

— Купаться будем? — обрадовалась Ленуся.

Вадим опять закатил глаза.

— А что? Это идея, — кивнула я. — Слабо голышом?

Лена машинально и совсем не думая, кивнула мне в ответ.

— Леди, леди, ай-яй-яй. Завтра вам будет стыдно, — предупредил нас Вадик. Мы с Ленусей опять переглянулись, с прищуром посмотрели друг на друга и тотчас передумали. Какие-то остатки здравого смысла в нас еще оставались.

Когда мы спели еще одну песенку (я сейчас уже и не вспомню какую) Вадим все таки уговорил нас пойти на улицу. И даже заплатил за нас на выходе.

Мы с Леной, по-идиотски хихикая и совершенно не справляясь со своими ногами, повисли у Вадика на локтях. Он стойко и ответственно вывел нас на улицу, но там, почти у самого входа в наш корпус отеля, понимая что мы вряд ли сможем дальше уйти втроем, посадил наши пьяные тела на лавочку. И сам плюхнулся между нами. Лена громко зевнула и положила свою блондинистую голову Вадику на плечо.

— Ты в каком номере живешь? — спросил он у Лены.

— В сто пятом, — ответила она, уже из полудрема.

— Это хорошо. Это первый этаж, — тяжело вздыхая, констатировал Вадим. — Ты-то как? — обратился он ко мне.

— Пока тер-пимо, — ответила я, чувствуя как мои глазки уже с трудом различают предметы вокруг. Но сознание, на удивление, работало в нормальном режиме.

— Посидишь тут немного, пока я отведу эту леди в ее номер?

— Зачем по-си-дишь? Ты… от-ве-ди и там о-станься. А я са-ма… — сказала я и попробовала встать. Но ноги совсем меня не держали и я тут же припечаталась обратно к лавочке. Причем припечаталась очень больно. Потерла ушибленный копчик и сразу передумав, ответила Вадиму. — Все таки я… по-си-дишь тут.

Вадим хохотнул, поднялся и, взяв уже уснувшую Лену на руки, пошел к крыльцу отеля. А я, опустив голову к коленям, попыталась собраться с мыслями.

Но они, коварные, совершенно не хотели собираться. И даже наоборот — разбегались в моей голове, как тараканы от яркого света.

Вадим вернулся очень быстро. Подбежал ко мне и коснувшись моего плеча, тихо спросил:

— Ты уснула, что ли?

— Ага, щас, — ответила я, поднимая голову. — В близ-жайшие часа два я точно не усну… "Верто-леты", будь они не ладны, — Вадим фыркнул, а я уставившись ему в лицо, вдруг сказала. — У тебя гла-за такие красивые. Не-обычные.

— Ты тоже необычная. Особенно сейчас, — ответил он и помог мне приподняться. Я встала на ноги, но сделав неуверенный шаг, поняла что дойти до номера сама на вряд ли смогу. Тогда Вадик взял меня на руки точно так же, как и Лену.

Я обхватила его за шею и устроила свою голову на его груди. От Вадима вкусно пахло одеколоном, а находясь в его крепких объятиях, я чувствовала себя невесомой пушинкой — он с такой легкостью нес меня на руках…

У моей двери он поставил меня на ноги, открыл дверь и вновь взяв меня на руки, занес в номер и положил на кровать.

— А ты не такое чмо, как мне сначала по-казался, — сказала я, устраиваясь под одеялом на животе и пристраивая тяжелую голову на подушку.

— Ну спасибо, — произнес он с иронией.

— Ну по-пожалуйста, — ответила я. Вадик закрыл дверь, подошел к моей тумбочке и включил настольную лампу.

Свет ударил в глаза, я зажмурилась, а Вадим, заметив это, слегка убавил свет.

— Ты решил пере-ночевать у меня? — поинтересовалась я с усмешкой. Вадим ничего не ответил, подошел к минибару, достал из него бутылочку минеральной воды и поставил ее на мою тумбочку. — Ладно, — расстаев от его заботы, сказала я. — Так и быть — оставайся.

Вадик усмехнулся, присел рядом со мной и вдруг погладил меня по голове.

— О, это уже пред… пред-варительные ласки? — спросила я.

— Нарываешься. Вот возьму сейчас и начну. И ты отсюда никуда не денешься.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я улыбнулась:

— А начинай, — и широко зевнула.

— О нет уж, — с протестом в голосе серьезно сказал он. — Мне бревно не нужно. Я люблю, когда партнер тоже активно участвует в процессе.

— Выбирай: либо так, либо никак, — сказала я и, нначиная проваливаться в сон, закрыла глаза.

Вадим вновь погладил меня по голове, накрыл мою спину одеялом и сказал:

— У меня еще будет такая возможность. И ты потом сама попросишь меня повторить. И не один раз.

— Не дождешься, — сказала я с улыбкой и отключилась…

Проснулась я одна и, конечно же, с отвратительными ощущениями. А еще более отвратительно я себя почувствовала, когда вспомнила все, что произошло накануне. Из номера выходить было стыдно. Мне почему-то казалось, что мои вчерашние метания и выступления были замечены всеми… Хорошо, что в минибаре была еще одна бутылка с минеральной водой. Ей и той, что мне вчера достал Вадим, я и отпаивалась все утро… Но в конец мне поплохело, когда я все таки вышла из номера и узнала, что Вадим этим утром съехал из отеля… Оставшиеся два дня своего отдыха, я не заводила больше никаких знакомств и просто жарилась на солнышке.

Глава 3

… Сидеть за праздничным столом мне было ну очень не комфортно. В голове крутились мысли о Вадиме, и о нашей сегодняшней встречи. Очень я вам скажу неожиданной и удивительной встречи. Я-то уж и не чаяла…

Но больше всего меня удивляло, что он промолчал о том, что мы повстречались на отдыхе и даже свели там такое знакомство… Может сию информацию Вадим приготовил на сладенькое? Или что? То что он сегодня меня не узнал — чушь. Узнал… по глазам его видела и по наглой ухмылке.

Я елозила на стуле, нервно ковырялась в своей тарелке и изо всех сил старалась не смотреть напротив. А вот то, что кто-то напротив проникновенно на меня смотрит — я чувствовала. Чей-то взгляд настойчиво жег мне лоб. Пару раз я невольно терла его рукой, ощущая жар.

— Как отдохнула? — поинтересовалась у меня Лерочка, когда все сидящие за столом уже сказали теплые слова имениннику и пришло время для этакой "светской беседы".

— Не плохо, — нехотя ответила я, не отрываясь от созерцания своей тарелки.

— Нашла там себе кого-нибудь? — поинтересовалась любознательная тетка.

Меня аж передернуло, а с противоположной стороны стола кто-то тихо хмыкнул.

— Нет, — ответила я и запихнула в рот кусок колбасы.

— Ох, Кирочка, тебе уже давно пора найти себе жениха… — решила она начать старую песню но я ее тут же пресекла:

— Курортные романы редко заканчиваются чем-то серьезным.

— Бывают исключения, — фыркнула Леночка. — В любом случае, время уходит, я в твоем возрасте уже водила сына в сад.

— Лера, — вмешался в разговор Вовочка, — у каждого свой путь и свой выбор. Зачем ты навязываешь Кире свое?

— Я ей помочь хочу, — сморщила она свой остренький носик. — Кирочка, может тебя с кем познакомить?

— Спасибо, я как-нибудь сама, — ответила я с широкой улыбкой.

— Как знаешь, — тетка вроде бы расстроилась, но сделав глоток шампанского, вдруг вспомнила: — Кстати, Вадик, ты говорил, что тоже отдыхал в Крыму? И вроде бы вместе с Кирочкой в одно время.

— Да-а-а? — пропела я сипло и в конце даже закашлялась. Посмотрела в ожидании на Вадима. Он наинахальнище заулыбался мне в ответ. Что ж, вот оно, сейчас начнется.

— Я был в Херсонесе, — зачем-то соврал Вадим.

Я опять закашлялась и осушила разом полбокала вина. Значит Вадим решил о нашей встречи молчать. Странно… Почему? Почему он не сказал правду? Что-то задумал? Да что? Вот он… Слово даже нужного для него не подберу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Кирочка, а ты где именно была? — не унималась тетка.

И я, в отличии от Вадима, ответила честно:

— А я в Ялте.

— Интересно — а далеко этот Херсонес от Ялты? — спросила Лерочка и посмотрела на моего отца. Папуля считался у нас эрудитом. Много читает, многим интересуется и, соответственно, много знает. Но насколько далеко находятся друг от друга эти два Крымских города папа не ведал, и в ответ лишь пожал плечами. Лера с досадой фыркнула, а потом сказала: — Удивительно, как тесен мир… Люди отдыхают в одном месте, вполне могли бы где-то пересечься и просто не заметить этого.