Кристина Хегган - Не говори мне «никогда»

Заброшенность поначалу ранила его, но постепенно он привык спокойно сносить отсутствие внимания к себе, к постоянным хлопотам очередной предвыборной кампании, хаосу, воцарявшемуся в доме в преддверии важных званых приемов.

Нужда заставила его очень рано повзрослеть, и у него осталось стойкое неприятие семейной жизни. Уверенный, что в воспитании детей окажется не лучше, чем собственный отец, он исключил для себя вопросы женитьбы, привязанности, заполняя возникавшее временами одиночество ничего не значащими связями, чтобы развлечься и занять время.

Несмотря на то, что он старался выбирать женщин, чьи потребности были сродни его, временами какая-нибудь из них прилипала к нему, либо случайно, либо в надежде его изменить.

Подобные отношения он старался оборвать незамедлительно, правда, в душе оставался горький осадок. Его мало заботило мнение друзей, что он впустую растрачивает лучшие годы своей жизни. Он имел то, к чему стремился.

Или нет?

Смяв сигарету в маленькой пепельнице, которую держал в руках, он посмотрел на Лауру.

Она изменила все – его философию в отношении женщин, жизненные ориентиры и тщательно выстроенные планы. За какие-то четыре недели она перевернула все вверх дном, и он ничего не мог с этим поделать.

Мысль о том, что кто-то причинил ей боль, пытался убить, наполняла его жаждой мщения. Не быстрого и милосердного, но мучительно медленного, чтобы эта скотина молила о пощаде.

Стон то ли боли, то ли удовольствия сорвался с губ Лауры. Поставив пепельницу, Тед бросился к ней и нежно коснулся лица, предупреждая, чтобы она не ворочалась слишком резко.

Она открыла глаза и улыбнулась ему так, что от его изношенной защитной брони отвалился новый кусок.

– Почему не спишь? – промурлыкала она.

– Не могу заснуть.

– М-м-м. – Она не спеша потянулась, лениво, словно котенок. – Мне снился сон. По крайней мере казалось, что снится.

– Надеюсь, сон был хорошим?

– Самым лучшим. – Она обвила его шею руками. – Ты шептал мне замечательные слова.

Он засмеялся.

– Неужели?

Ее длинные, волнистые локоны соблазнительно рассыпались по подушке.

– Ты говорил, что я красивая и желанная.

– Это был не сон. Я так и сказал. – Он поцеловал ее в кончик носа. – Ты действительно красивая. И желанная.

– После этого ты говорил что-то еще.

– Что ты сводишь меня с ума?

– М-м-м. Нет, после этого.

Она не давала ему сорваться с крючка. Да и с чего бы? Разве ему не говорили, что женщины помешаны на слове «любовь»? Что они не устают слушать слова любви вновь и вновь?

Но и он произнес их не мимоходом, не в порыве страсти. О нет, он сказал твердо. И повторял в течение всей ночи. С большей страстностью, чем когда-либо в себе подозревал.

Что ж, придется научиться произносить их чаще. Она ведь будет настаивать. В этом он не сомневался.

– Мне кажется, я сказал, что люблю тебя. Ее глаза распахнулись шире.

– Ты говорил серьезно?

– А ты как думаешь?

– Судя по тону, да. Но опять же человек в пароксизме желания может наговорить всякого. – Она подняла бровь. – Может ведь?

– Только не этот человек.

Тихая улыбка осветила ее лицо, и она притянула его к себе.

– Скажи еще раз.

Он чуть не застонал, но произнес, почти касаясь ее губ:

– Я люблю тебя. Люблю тебя безумно. Люблю навсегда.

Глава 29

– Куда это ты собралась? – Подскочив на кровати, Тед уставился на Лауру, продевавшую тонкий кожаный ремень в петли своих серых брюк.

– Проснулся. – Она ласково улыбнулась. – Ты такой смешной, взъерошенный.

Он пригладил волосы рукой.

– Не увиливай. Куда собралась улизнуть?

– Вовсе не улизнуть. Я еду в «Сентинел». – Покрутившись перед зеркалом, она расправила воротник красной шелковой блузки на лацканах темно-синего пиджака. – Почему такой негодующий взгляд? Надеюсь, ты не мечтал, что я буду сидеть здесь день за днем и смотреть мыльные оперы, толстея от стряпни Ленокса?

– Что плохого в нескольких днях отдыха?

– Отдых – это роскошь, которую я не могу себе позволить. Видимо, ты забыл, что до истечения срока нашей договоренности с Лео и Джонни осталось всего два дня. Если к тому времени я не докажу, что Малкольм злонамеренно пытается выжить меня из бизнеса, и не узнаю его истинных мотивов, то все будет кончено.

– Твоя жизнь важнее, чем «Сентинел».

– Моя жизнь уже вне опасности.

– Ты уверена?

– Да, ведь я все еще жива. Поверь, если бы Енцо Скарпати хотел меня убить, он бы уже сделал это. – Тед попытался протестовать, но она остановила его поцелуем. – Вместо того, чтобы мешать, взял бы да и поехал со мной. Мне может понадобиться умный, симпатичный помощник в моем скучном расследовании.

Хмурое выражение тотчас исчезло с его лица. Когда она поцеловала его еще раз, он уже улыбался.

– Я знал, что рано или поздно ты возьмешь надо мной верх.

Человек десять тотчас бросились к Лауре, когда полтора часа спустя они с Тедом появились в отделе новостей. Заверив всех, что с ней все в порядке и состояние улучшается с каждым днем, мисс Спенсер попросила установить в ее кабинете второй компьютер.

За несколько минут она объяснила Теду, как получить доступ к базам данных «Нексус», с которыми работала газета.

– Что конкретно ты ищешь? – спросил он, когда на экране появилась газетная статья, датированная январем 1994 года.

– Доказательства того, что Енцо Скарпати лгал сержанту Сазерленду, утверждая, что раньше никогда не бывал в Остине.

Он развернулся в кресле и поднял на нее глаза.

– Я думал, ты пытаешься прищучить моего дядю.

– Именно – Поскольку он продолжал смотреть на нее, откровенно недоумевая, она пояснила: – Я долго думала, пока лежала в госпитале, и пришла к твердому убеждению, что убийство Джей Би, покушение на меня и то, что происходит сейчас с «Сентинел», – все эти события взаимосвязаны.

– Несколько дней назад ты вовсе не была в этом уверена. Что заставило тебя изменить свое мнение?

– Интуиция. И появление Карла Хансена.

Тед покачал головой:

– Ты ошибаешься, Лаура. Мой дядя не святой, но он бы и на пушечный выстрел не подпустил к себе человека типа Скарпати.

– Почему ты так считаешь?

– Потому что всю свою кампанию он построил на призывах к законности и порядку, обеспечению права людей жить без страха. Подозревать, что он может быть связан с преступниками, просто безумие.

– Я согласна, на первый взгляд подобный альянс неправдоподобен. Пресловутый босс мафии и политик голубых кровей. Но не следует сбрасывать со счетов тот факт, что Малкольм не только политик. Он сверх амбициозен и, по-моему, нечистоплотен. Только взгляни на суммы, собранные им за такой короткий срок! – Она продолжила, так как он хранил молчание: – На миллионы больше, чем действующий губернатор. Как ему это удалось?