Джорджия Боковен - Один в толпе

– Помнишь, когда мне было восемнадцать, мы провели полгода в Нашвилле? У меня тогда окончательно установился голос, и ты решил, что я готов к настоящей работе.

– Я тогда стучал во все двери, обивал все пороги, – сказал Фрэнк. – В каждую студию грамзаписи я ходил по меньшей мере дважды.

– Когда ты отправлялся по делам, я шел в университет и бродил по кампусу, болтал с ребятами, которых там встречал, и делал вид, что я один из них. А вечером я думал об этих студентах, пытался представить себе, что я такой же. Мне так этого хотелось!

Фрэнк подпер рукой подбородок и уставился в потолок.

– А я-то думал, что устроил вам с Рэнди замечательное детство. Вы жили той жизнью, про которую мечтали многие. Когда вы выходили на сцену, в зале не было ни одного человека, который в глубине души не мечтал бы поменяться с вами местами.

– Наверное, мне надо было самому это понять.

– Жаль только, что тебе не дали самому решить, когда тебе возвращаться. И не стоило оставлять Холли.

– С этим мы справимся, – убежденно сказал Коул.

– Еще бы не справиться! – ухмыльнулся Фрэнк. – Ну, раз уж мы коснулись этой темы, расскажи мне о моем внуке.

– Внучке, – поправил его Коул. – Рассказывать особенно нечего. Боюсь только, Холли здесь все начнет переделывать по-своему, а остановить ее нам будет не под силу.

– Я тут как раз... нет, это конечно, все так сразу не решится, но я думал... даже не думал, это, скорее...

– Пап, ты можешь выражаться яснее? Фрэнк отхлебнул кофе, откашлялся:

– Как бы ты отнесся к тому, что я собираюсь обеспечить эту маленькую девочку, которую вы с Холли ждете, бабушкой?

Коул радостно улыбнулся:

– Я бы сказал, что это было бы для нее лучшим подарком.

Попозже тем же утром, когда Коул плавал с Рэнди наперегонки, из дому вышла Джэнет и направилась к ним.

– Кто-нибудь хочет посмотреть сегодняшние газеты? – спросила она.

Коул подплыл к краю бассейна, вылез из воды.

– Ты, как я понимаю, уже знаешь, что в них?

– Все размышляют о том, что заставило тебя отправиться в Теннесси, но больше всего журналистов занимает таинственная беременная женщина. Должна предупредить, что то, что они не выудили из друзей и соседей Холли, они, не мудрствуя лукаво, досочинили.

Рэнди присоединился к ним.

– А что пишут про Коула?

– Что он был отвезен в неизвестное место, – ответила Джэнет.

– А как насчет того, почему я опять прячусь? – спросил Коул.

– Есть одна просто замечательная версия. В большинстве газет написано, что пластическая операция после аварии оказалась неудачной и ты превратился в жалкого урода. – Рэнди хотел было что-то сказать, но Джэнет его остановила: – Погоди! Есть и еще кое-что. Согласно неким неназванным источникам, Коул был близок к самоубийству, поэтому Фрэнк свел его с Холли, она забеременела, и у Коула снова появился смысл в жизни.

– А они рассказывают, как Фрэнк это сделал? – поинтересовался Рэнди.

Коул, побелев от злости, листал газеты.

– Надеюсь, Хорас догадается спрятать от Холли подальше всю эту чушь.

– Жду не дождусь, когда я выведу тебя на пресс-конференцию, – сказала Джэнет Коулу. – Наденем на тебя шляпу, чтобы прикрыть короткую стрижку, и никто не поверит, что ты попадал в аварию. – Она швырнула кипу газет на столик и стала в них что-то искать. – А вот это я хочу, чтобы ты посмотрел обязательно.

Она протянула Коулу одну из нашвиллских газет. В остальных изданиях были только расплывчатые снимки Коула и Холли, бегущих к лимузину, а здесь имелась ее фотография, сделанная несколько лет назад. Тогда волосы у нее были длиннее, лицо худее, но сходство было очевидным.

– Как ты думаешь, откуда она у них?

– Не знаю, – ответил Коул, продолжая разглядывать фотографию. То, что рано или поздно такой снимок опубликуют, было ясно с самого начала, но Коул надеялся, что это будет, когда Холли уже приедет к нему.

Рэнди подошел и заглянул Коулу через плечо.

– Мне нравится эта женщина. Похоже, она знает, чего хочет от жизни. – Он хихикнул и толкнул Коула в бок. – Что-то мне подсказывает, что мы отлично поладим.

У Коула было такое чувство, что надо немедленно действовать. Холли должна быть рядом с ним. Это главное!

– Ты можешь поскорее собрать пресс-конференцию? – спросил он Джэнет.

Она сразу поняла, что он напуган. Улыбка сползла с ее лица.

– Ты не хочешь ждать?

Он кивнул.

– Я сделаю все, что в моих силах.

На следующий день Джэнет вошла в гостиную. Коул как раз беседовал по телефону с Бадди. Он сделал ей знак рукой, давая понять, что через минуту освободится, и тут увидел выражение ее лица.

– Бадди, я тебе перезвоню.

– Не забудь сказать Холли, что свободная комната ее ждет.

– Обязательно. – Коул не сводил глаз с Джэнет. – Как только найду ее. – Он повесил трубку. – Что случилось? – спросил он.

– Ты еще не видел сегодняшний выпуск «Теннессийца»?.

– Нет.

– Ты слышал о человеке, которого зовут Трой Мартин?

Его словно током ударило. Он взял из рук Джэнет газету, взглянул на заголовок – «Отцовство Вебстера под сомнением» – и сразу понял, в чем дело. Трой Мартин не упустил возможности поделиться своими соображениями с прессой.

– Теперь понятно, почему она сегодня утром не подходила к телефону, – сказал Коул.

– Ты о Холли?

– Если она это видела... – Здравый смысл говорил о том, что это маловероятно. Если только Хорас не живет рядом с большим книжным магазином, в котором продаются газеты других штатов, вряд ли Холли читала сегодняшнего «Теннессийца».

– Она могла и не читать этой статьи, – тихо сказала Джэнет. – Насколько я понимаю, эту историю перепечатали почти все американские газеты. Надо было мне вчера, прежде чем выступать с заявлением, подойти к тебе, но я решила, что не стоит тебя будить.

– Я думал, Рэнди или Фрэнк тебе сообщили, что ребенок не мой.

– Они так не считают, Коул. – Она помолчала, словно собираясь с силами. – Как поступим?

В комнату вошел Фрэнк:

– Ты ему сказала? Джэнет кивнула:

– Мы пытаемся найти выход.

Коул встал и подошел к окну. Несколько секунд он смотрел на улицу, потом обернулся и сказал:

– Я хочу, чтобы вы выяснили, что нужно Трою Мартину – ребенок или внимание публики.

– А если ребенок? – спросила Джэнет.

– Тогда будем думать, – ответил Коул.

– А если внимание публики? – усмехнулся Фрэнк.

– Я из него сделаю самого несчастного парня на свете. Он использовал Холли, а потом бросил. И, черт подери, я не позволю ему использовать ребенка!

– Может, тебе стоит позвонить Холли, рассказать ей, что творится?

– Я все утро не могу до нее дозвониться.