Барбара Лайфсон - Ошибка Элис

— Как это может быть? — запротестовала она. — Я прекрасно помню, что рынок недвижимости лопнул по всей стране как раз в то время, когда мне исполнилось восемнадцать. Каждый раз, как я открывала газету, читала о банковско-финансовом кризисе, избытке производственно-административных площадей и неблагоприятной обстановке с недвижимостью.

Он усмехнулся, покачав головой.

— Ну, если ты так внимательно следила за этой проблемой, тебе следовало знать: то, что пишут в газетах, — всегда лишь наполовину правда. Действительно, на фондовом рынке в конце восьмидесятых годов наметились неблагоприятные тенденции. Но Алан провел несколько удачных операций с недвижимостью; кроме того, он одним из первых всерьез занялся планированием охраны окружающей среды. В результате «Хорн Констракшн» вышла из затруднительного положения с гораздо большим успехом, чем многие наши конкуренты. Мы здорово преуспели за последние два года. Элис, ради Бога, поверь мне! Я много занимался этими проблемами и точно знаю, что Алан никогда не нуждался в услугах твоего трастового фонда, чтобы спастись.

— Ты — президент его компании. Ты должен так говорить!

— Ладно, ты можешь не верить мне на слово. — Он поднял ее подбородок так, чтобы она посмотрела ему прямо в глаза. — В таком случае найми самого первоклассного аудитора (ты ведь можешь использовать свободные деньги из своего трастового фонда) и поручи ему проверить счета за последние несколько лет. Я предоставлю все бухгалтерские книги, и твои собственные ревизоры подтвердят, что «Хорн Индастриз»— доходное предприятие с солидным капиталом. Они также скажут тебе, что «Хорн Кристал» — самое малодоходное подразделение корпорации.

Если он надеялся, что его доводы заставят ее поверить в невиновность Алана, то напрасно. Ее плечи опустились, она вдруг показалась ему невыносимо усталой. Но ее уверенность в вине Алана осталась непоколебимой.

— Если все так, как ты говоришь, Тед, значит, существует еще какая-то причина, почему Алан вдруг решил, что хочет видеть меня мертвой. — Она с бесстрастным лицом отодвинулась от него. — Все, что я могу сказать тебе, — это то, что он по крайней мере трижды пытался убить меня.

Элис сказала это так спокойно и печально, что Тед понял: защищая Алана и приводя логические доводы, он ничего не добьется. Нужно просто выслушать ее объяснения — тем более что ему самому слишком многое в этой истории было непонятно.

— Расскажи мне все, что ты знаешь об этих покушениях на убийство, — попросил он.

— Ты думаешь, стоит? — спросила она. — Ты будешь слушать? Или ты просто надеешься доказать мне, что я законченная шизофреничка?

— Я обещаю выслушать тебя непредвзято.

Элис колебалась, не очень уверенная, что следует тратить время на то, чтобы убедить его. Затем заговорила — медленно, вымученно — так неприятно было ей об этом вспоминать.

— Впервые он пытался убить меня в ночь моего восемнадцатилетия, — сказала она, — когда поджег коттедж в Нью-Гэмпшире. Тогда, как ты знаешь, погиб Айк Гутман, а мне удалось спастись.

— А тебе известно, что Бен Дженкинс не только был арестован за поджог, но и добровольно признался в преступлении? — напомнил Тед.

Она насмешливо и печально улыбнулась ему.

— Это ты называешь «выслушать непредвзято», Тед?

Он судорожно вздохнул.

— Прости, но я не вижу…

— А я видела! — неожиданно закричала Элис. — В этом все и дело! Я видела Алана Хорна прямо рядом с коттеджем!

Он уставился на нее с приоткрытым от изумления ртом.

— Ты видела Алана в ночь, когда загорелся коттедж? Как? Я имею в виду — когда?

После мгновенного взрыва эмоций Элис опять поникла.

— Я увидела его сразу после того, как выбралась из огня, — устало произнесла она. — Я была в ванной, когда начался пожар, а Айк спал на софе в комнате. Как только я поняла, что коттедж в огне, то попыталась проникнуть в эту комнату, чтобы разбудить Айка и вывести его наружу. Мне удалось добраться до комнаты, но я не смогла разбудить Айка. Я думаю… Я думаю, что он умер, задохнувшись от дыма. Потом на него с потолка упала горящая балка.

Тед видел, как она нервно сжимает и разжимает пальцы. Он взял ее руки в свои и стал гладить, пытаясь успокоить ее, хотя прекрасно понимал, что есть такие мрачные воспоминания, от которых невозможно избавиться.

— Тогда ты и увидела Алана? — спросил он, желая отвлечь ее от ужасной смерти Айка Гутмана. — А он знает, что ты видела его? Ты думаешь, поэтому он и хочет убить тебя?

— Не думаю, что он знает. Мы находились далеко друг от друга.

— Но ты была достаточно близко, чтобы с уверенностью сказать, что это действительно был Алан?

— Да, достаточно! Для этого — достаточно близко! — в отчаянии произнесла она.

Несмотря на теплую летнюю ночь, ее руки были холодны как лед, словно она вновь переживала весь ужас той страшной ночи в Нью-Гэмпшире.

— Я не видела его, пока не выбралась из коттеджа. Я побежала от огня к деревьям, огораживающим наше имение с запада. На минуту я остановилась передохнуть под соснами, и что-то — возможно, шум заводимой машины — заставило меня в последний момент обернуться и взглянуть на коттедж. — Она внезапно остановилась, затем добавила: — Тогда я его и увидела.

— Он садился в машину?

— Нет, он уже был в ней. Он уезжал от огня в своем джипе. Медленно. Во всяком случае, так казалось. Жутко говорить об этом, но мне показалось, что он смеялся, склонившись к рулю!

Тед почувствовал огромное облегчение. Если это и было то доказательство, которое она носила против Алана все эти годы, оно было крайне неубедительно. Он прижал ее руки к своей груди.

— Элис, не пойми меня превратно, но я должен спросить тебя. Как ты можешь быть уверена, что за рулем джипа действительно был Алан? Было темно. Ты — в отчаянии. Бог свидетель, у тебя была причина для отчаяния!

— Не пытайся убедить меня, что я не видела, что происходит перед моими собственными глазами, — возразила Элис, вырывая у него свои руки. — У джипа был один из личных лицензионных номеров Алана. АБХ 4. При свете огня номер был ясно виден.

— Положим, это был джип Алана, но почему ты уверена, что за рулем сидел именно он?

— Я тысячу раз видела, как Алан водит джип, и тот водитель был похож на Алана! Это был мужчина его роста, в его клетчатой шапочке для гольфа и в шарфе с тем же рисунком. — Тед не произнес ни слова, но она поняла, что внутренне он не согласен с ней, и рассерженно тряхнула головой. — Если птица выглядит как утка, крякает как утка и плавает как она, почему кто-то должен считать ее курицей?!