Лавирль Спенсер - Сила любви

– Я думаю, что пока не стоит так волноваться. Такое случается сплошь и рядом – родители заявляют о пропаже детей, а те просто приходят домой позже обычного, вот и все.

Он слегка обнял ее и погладил по спине.

– Но он должен был бы позвонить. Он ведь знает, как я волнуюсь.

– Откуда он знает, если раньше такого не случалось?

– Потому что он знает меня, вот и все. Он бы…

Открылась входная дверь, и в дом вошел Джои, одетый в свою красную шерстяную куртку с белыми кожаными рукавами. Щеки его раскраснелись от прогулки на морозе.

Два чувства – злость и облегчение – боролись в ней. Она бросилась к сыну, обрушившись на него:

– Где ты был?!

Одной рукой он неторопливо расстегивал куртку.

– С ребятами.

– Ты знаешь, который час? – закричала она.

Он, понурив голову, открыл шкаф и повесил куртку, но, судя по всему, не разделял беспокойства матери по поводу своего столь позднего возвращения.

– Уже почти половина первого ночи!

– Я опоздал впервые в жизни. Тоже мне – проблема. Стоит ли из-за этого поднимать такой шум?

Ли едва сдержалась, чтобы не влепить ему затрещину.

– Я чуть с ума не сошла от волнения, вот в чем проблема! Пока ты беззаботно разгуливал со своей компанией, я терзалась сомнениями: жив ты или мертв. Обзванивала твоих приятелей, выяснила, что ты ушел из гостей в десять пятнадцать. Где ты был с тех пор?

– У Сэнди, – ответил он так тихо, что она едва расслышала.

– У Сэнди, – пренебрежительным тоном повторила она. И только потом увидела следы засосов на его шее. Все сразу стало ясно. Воцарилось неловкое молчание. И в этой внезапно наступившей тишине прозвучал голос Кристофера.

– Так значит, с тобой все в порядке, Джои? Да?

Джои пожал плечами, боязливо посмотрел на них обоих и беззвучно пробормотал что-то в ответ.

Ли стояла молча, чувствуя себя виноватой, – ведь этот вопрос должна была задать она, мать, а не Кристофер; но она так разозлилась на Джои, что едва сдержалась, чтобы не ударить его.

Обернувшись к Ли, Кристофер сказал:

– Я, пожалуй, позвоню в участок. – И прошел к телефону на кухню. Ли с Джои молчали, пока он набирал номер и говорил в трубку: – Да, Тони, это Крис Лаллек. С Джои Рестоном все выяснилось. Можешь передать патрулям, что он дома и с ним все в порядке.

Когда он повесил трубку, Джои посмотрел на него и изумлением и в то же время смущенно.

– Ты что, сообщила в полицию обо мне? – спросил он мать, и голос его дрогнул.

– Ты, кажется, забываешь, юноша, что иногда случается с детьми твоего возраста, когда они бродят по улицам поздно ночью.

– Но, право, мам… в полицию…

Она опять готова была вцепиться в него, когда вмешался Кристофер:

– Ну что ж, он дома, все в порядке, так что мне пора.

Он прошел мимо Ли и, когда поравнялся с Джои, мимоходом тронул его за плечо.

– Знаешь, она права. И ты ее ужасно напугал.

Джои раскрыл было рот, уставился в пол, но так ничего и не сказал.

Звук открываемой двери вывел Ли из оцепенения. Она подошла к Кристоферу – очень близко, почти вплотную – и сказала:

– Спасибо тебе, Кристофер, еще и еще раз.

Ей безумно захотелось обнять его, но рядом был Джои, и все, что она смогла себе позволить, это коснуться рукава его куртки.

– Даже не могу передать тебе, что я испытала, когда увидела тебя возле дома.

– В любое время к вашим услугам, – ответил он. – Увидимся.

И, прежде чем выйти, сказал:

– Доброй ночи, Джои.

Джои ответил:

– Да-а, спокойной ночи.

Кристофер вышел, и в прихожей воцарилась звенящая тишина. Джои решил, что самое безопасное сейчас улизнуть, а потому в кои-то веки не стал задерживаться у холодильника, а направился прямиком в свою комнату. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как его остановил строгий голос матери:

– Джои, зайди в гостиную.

Она прошла первой и села на диван. Он вошел в комнату вслед за ней – понурив голову, как это и заведено среди провинившихся подростков. Примостившись на краешке стула, справа от Ли, он уперся локтями в колени и чуть подался вперед, разглядывая ковер под ногами.

– Что ж, давай поговорим, – сказала Ли.

– Поговорим о чем? – подняв на нее взгляд, он тут же вновь вперил его в пол.

– О том, что ты делал у Сэнди.

– Ничего. Просто смотрели телевизор.

– И от этого у тебя такие засосы на шее?

Он явно не подозревал о таких уликах. Мгновенно вспыхнув, он машинально потянулся к воротнику рубашки.

– Родители Сэнди были дома?

После томительной паузы он виновато покачал головой, все еще не отрывая взгляда от пола.

– Где же они были?

– На какой-то рождественской вечеринке.

И вновь молчание… долгое-долгое, и, пока оно длилось, Ли чувствовала, как постепенно утихает дрожь, отступает злость. Она потянулась через подлокотник дивана к Джои, накрыла рукой обе его руки. Когда она заговорила, в голосе ее звучали умоляющие интонации.

– Не поступай больше так со мной, никогда.

Он часто заморгал, словно прогоняя слезы, застывшие в его опущенных глазах.

– Не буду.

– Я знаю, что кажусь тебе смешной и нелепой, но после гибели Грега, если я и бываю излишне нервной и докучаю тебе своей опекой – так уж тут ничего не поделаешь, тебе придется просто смириться с этим. Я никогда не говорила об этом раньше, но теперь хочу, чтобы ты знал: очень тяжело матери, потерявшей одного из своих детей, не переживать за остальных, когда их нет рядом. Я действительно все это время пыталась урезонить себя, заставить отказаться от своих страхов, но сегодняшний вечер был для меня кошмаром. Просто кошмаром.

Джои все моргал, уставившись на ковер.

– И не думай, что я не понимаю, что произошло сегодня вечером. Я все понимаю. Мне тоже было четырнадцать, и я знаю, как тяжело бывает расстаться с приятелями, когда веселье в разгаре. Но, Джои, вам с Сэнди еще только по четырнадцать… вы такие юные.

– Мам, но мы ничего плохого не делали, честное слово.

– Неужели?

Он с вызовом посмотрел на нее.

– Только целовались, и все.

– Стоя или лежа?

Он завращал глазами и раздраженно покачал головой.

– Ну, мам, хватит тебе.

– С половины одиннадцатого до половины первого?

Он устремил взгляд в дальний угол комнаты и упорно молчал.

– Послушай, – сказала она уже мягче, – нет на свете матери, которой удалось бы избежать этого разговора со своим ребенком, и ни одна мать не может по-хвастаться тем, что у нее не возникало подобных проблем со своими родителями. Ты знаешь, я ведь все замечаю. Бог мой, ты практически за один вечер стал взрослым. И я понимаю, что вместе с этим приходит любопытство, первая любовь, желание все попробовать… я права?