Джанет Дейли - Ночной путь

– Здравствуй, Бобби Черный Пес, – приветствовала его Ланна и улыбнулась.

Индеец озадаченно уставился на девушку.

– Мы с тобой знакомы? – теперь его речь ничем не напоминала грубый, состоящий почти из одних идиом английский язык необразованных индейцев.

– Не думаю, чтобы ты меня помнил, – сказала она. – Но мы с тобой встречались примерно с месяц назад. У тебя было ожерелье из кедровых бус, и ты хотел, чтобы Джон – Джон Фолкнер – купил его для меня. – Возможно, – согласился он и затем с трудом выпрямился во весь рост. – Я пришел повидать мистера Фолкнера.

– Он мертв, – объявил Чэд с грубой прямотой.

В черных глазах индейца увяло выражение надежды, они стали пустыми, и Ланна увидела, как гордо выпрямленная спина осела под тяжестью этого известия. Старик словно сделался на несколько дюймов ниже ростом. Теперь он выглядел потерянным и сбитым с толку.

– Мне очень жаль, Бобби Черный Пес, – выразила ему свое сочувствие Ланна.

– Там его ждала Белый Шалфей – такая, какой он ее помнил, – чтобы дать ему руку и сопроводить Смеющиеся Глаза в долгое путешествие в загробный мир. Я это знаю, – безрадостно проговорил старик. При этих словах стоявшая сзади Кэтрин словно чем-то поперхнулась. Услышав за своей спиной странный задыхающийся звук, Ланна обернулась, но Кэтрин уже уходила прочь, напряженно выпрямившись.

– Он говорил, что я должен вернуться домой, – вновь заговорил Бобби Черный Пес. – Я проделал долгий путь, чтобы увидеть своего старого друга.

– Разве ты шел от Феникса пешком? – Ланна подивилась, что у старого пьяницы нашлось достаточно сил, чтобы проделать столь длинное путешествие.

Гордое выражение на лице Бобби сменилось плутовской гримасой, и он мгновенно сделался похожим на паяца.

– Я поехал верхом на своем большом пальце.

Конечно, индеец имел в виду, что ему пришлось голосовать на дороге, но он тут же принялся шутовски иллюстрировать свою шутку – подпрыгивать на месте, засунув руку себе между ног. Ланна содрогнулась при виде этого жалкого зрелища.

– Я выгляжу смешно, не так ли? – Бобби Черный Пес засмеялся, показав ровный ряд крепких, но желтых зубов. – Это очень забавно, скакать на собственном пальце.

– Да, это очень забавно, – принужденно улыбнулась Ланна, догадавшись, что он, вероятно, частенько делает из себя посмешище, чтобы вызвать одобрение окружающих или выпросить милостыню.

Лицо Бобби сделалось печальным и даже умоляющим.

– Я голоден так, что голод, наверное, убьет меня. Не найдется ли здесь какой-нибудь еды для старого друга мистера Фолкнера? Или, может быть, теплое место, чтобы он мог выспаться? Земля твердая и холодная, а мое одеяло – все в дырах.

Этот смиренный вопрос был адресован Чэду. Ланна тоже повернулась к нему, и взгляд ее карих глаз присоединил свою мольбу к просьбе Бобби Черного Пса. Чэд заметил этот взгляд, и лицо его мгновенно осветилось теплым сочувствием.

– Я помню, что мой отец был знаком с тобой, Бобби Черный Пес, – сказал он. – Ролинз отведет тебя в дом для рабочих. Там ты найдешь много еды и хорошую кровать. Оставайся у нас столько, сколько захочешь.

Сломанное красное перо медленно опустилось вниз, когда старый индеец склонил голову в благодарной признательности за приглашение.

– Спасибо. Ты хороший сын. Он был бы горд за тебя, потому что ты помнишь старых друзей отца.

– Том, – Чэд жестом пригласил управляющего ранчо выйти вперед. – Отведи его и присмотри за тем, чтобы он получил что-нибудь поесть.

Ролинз не пришел в восторг от этого приказания, но подчинился. Он махнул рукой индейцу, чтобы тот следовал за ним. Когда они уходили, Ланна услышала, как Бобби Черный Пес, наклонившись к своему жилистому, невысокому провожатому, проговорил с лихорадочной настойчивостью:

– Может быть, найдется немного виски? У меня с собой есть ожерелье из кедровых бусин, настоящее ожерелье ручной работы, сделанное навахо. Его нанизал мой двоюродный брат. Или, если хочешь, я могу дать тебе «гляделку» с голой леди внутри.

Ланна опустила голову, отводя взгляд от двух мужчин, шагающих по направлению к дому для рабочих. Печальное было зрелище.

– Я очень рада, что вы пригласили его остаться, Чэд.

– Да. Не тот ли это индеец, который когда-то снимался в Голливуде? – он наклонил голову к Ланне. – Мне смутно помнится, что отец рассказывал о нем.

– Да, это тот самый, – кивнула Ланна.

– Если вы меня извините, то я, пожалуй, пойду посмотреть, не сможем ли мы с Томом подыскать для него какую-нибудь чистую одежду и устроить для него купание. Я чувствовал, как от него дурно пахнет, хотя до него было несколько шагов, – Чэд слегка улыбнулся и последовал за управляющим и старым индейцем.

Его заботливость тронула Ланну. Это так типично для Чэда. Она никогда не забудет, как он заботился о ней самой. Ланна повернулась и собралась было уже уходить, как вдруг заметила Сокола, идущего к ней через двор. Его взгляд мельком проводил уходящего Чэда и на несколько секунд задержался на закутанной в одеяло фигуре, семенившей за Ролинзом. И Ланна вновь подумала о той сильной неприязни, которую братья испытывают друг к другу. Она никак не могла смириться с тем, что они оба одинаково привлекали ее. В каком трудном и неприятном положении она оказалась. Что будет, если она когда-нибудь найдет в себе силы выбрать одного из них? И сколько бед и тревог может повлечь за собой ее выбор?

Подойдя к Ланне, Сокол устремил на нее острый вопрошающий взгляд:

– Это был Бобби Черный Пес?

– Да. Ты с ним знаком?

Она была несколько удивлена тем, что Сокол узнал старика, в то время как Чэд лишь с большим трудом смог его припомнить.

– Встречал несколько раз, – Сокол хмуро усмехнулся и, сощурив глаза, опять посмотрел в направлении удаляющейся троицы. – Куда они его ведут?

– Дать ему что-нибудь поесть, – объяснила Ланна. – Чэд сказал ему, что он может оставаться на ранчо так долго, как захочет.

– Так и сказал? – бровь Сокола приподнялась с явным скептицизмом.

– Бобби Черный Пес был другом твоего отца. Он пришел сюда увидеться с ним. Когда же он узнал, что Джон умер, он выглядел потерянным.

– В этом нет ничего странного, ему некуда пойти. Хоганы его родственников теперь для него закрыты, потому что он опозорил их тем, что воровал, чтобы купить себе выпивку, – сказал Сокол. Его рот сжался в прямую линию, словно прорезанную ножом. – И мне очень трудно поверить в то, что Чэд на самом деле пригласил его остаться здесь.

– Чэд очень добр, щедр и великодушен, – резко возразила Ланна, защищая Чэда в его отсутствие. – Он многим мне помог.

– Только потому, что в результате этой помощи он мог сам что-нибудь выиграть, – сказал Сокол, затем улыбнулся и добавил: – Думаю, нам лучше подыскать такую тему для разговора, где бы наши взгляды не расходились. Как ты себя сегодня чувствуешь?