Максин Барри - Дорогой враг

— Нашей очередной фермерской задачей будет боронование.

— Боронование? — Блейз удивленно выгнула дугой бровь.

В теплом пальто и меховых сапожках она совсем не ощущала холода. Кроме того, ее не покидала счастливая улыбка. А сердце пело… И вообще, в жизни все начало складываться как надо…

— Гм, — промычал Эйдан, поняв, что термин «боронование» Блейз неизвестен. — Видишь ли, зимой земля трескается от морозов. Но этого недостаточно. Ей надо помочь. Вот наступит март, и если будет достаточно сухо, то я впрягу в борону пару лошадей и пройдусь с ней по полям. Это значительно легче, чем пахать плугом. Но борона довольно глубоко проникает своими шипами в землю, хорошо разрыхляет ее, после чего можно начинать сеять.

— Лошади не будут против?

Эйдан весело рассмеялся.

— Лошади никогда не бывают против любой работы, милая. Если, конечно, за ними ухаживать, содержать в сытости, тепле и постоянном рабочем состоянии.

— Рабочем состоянии? Это как?

Блейз наслаждалась новой для себя терминологией. Ведь после свадьбы, которая состоится в мае, они навсегда останутся в деревне и уже вдвоем будут заниматься фермерством. Так они решили. Поэтому Блейз хотела изучить все связанное с будущей жизнью, в том числе и фермерскую терминологию.

В свою очередь Блейз решила начать обучать Эйдана искусству живописи.

— Гм, — снова замычал Эйдан. — Под поддержанием рабочего состояния лошадей я имею в виду в первую очередь здоровую гладкую шкуру животного. Чтобы при потении сбруя не наносила лошадям ран или глубоких царапин. Это примерно то же самое, что у людей, постоянно занятых ручным трудом. Их ладони грубеют и меньше подвержены травмам.

— Вот никогда не думала, что лошади и люди в этом отношении могут быть похожими!

— Тем не менее.

— Это так странно и непривычно звучит для меня.

Эйдан понимающе улыбнулся. Он любил наблюдать за лицом Блейз, когда она начинала говорить. Ловил движение каждого мускула.

— Не беспокойся. Это не так сложно, как кажется на первый взгляд. В фермерском деле все подчинено здравому смыслу. Например, когда лошади начинают потеть, они должны много пить, чтобы восстановить водный баланс в организме. Поэтому, как ты, вероятно, заметила, когда я работаю в поле, то обязательно держу где-нибудь неподалеку бочку с водой и несколько ведер.

— Да, я видела, как ты носил им ведра.

— Правильно. Это элементарная логика фермерского дела. И так во всем.

Блейз поднялась на цыпочки и крепко поцеловала своего жениха. Эйдан обнял ее и долго не отпускал, стараясь по возможности затянуть поцелуй. Когда же Блейз все же чуть отстранилась и посмотрела ему в лицо, в ее глазах светились восторг и удовлетворение.

— А теперь, может быть, я расскажу тебе кое-что о живописи? — предложила она. — Некоторые считают, что техника живописи ограничивается простым нанесением красок на холст. Но это далеко не все. Чтобы освоить ее, надо…

Патрик Гоулдер упаковывал чемодан, когда дверь спальни чуть слышно отворилась и на пороге появилась его жена.

— Пат, — сказала Дженнифер, продолжая держаться за ручку двери, — я и не знала, что ты собрался путешествовать. Это куда же?

— Я не собираюсь ни в какое путешествие. Я просто ухожу от тебя.

Дженнифер даже закашлялась от такого неожиданного заявления. Нервно облизав сразу же высохшие губы, она растерянно протянула:

— По-нят-но… — И, помолчав несколько мгновений, спросила: — Может быть, ты скажешь мне почему?

Патрик посмотрел на жену своими белесыми глазами, в которых на этот раз светилось откровенное изумление.

— Извини, Джен, неужели тебе надо это объяснять?

Дженнифер все еще сжимала дверную ручку, не решаясь войти в спальню. Потом открыла было рот, чтобы произнести какие-то слова. Но тут же снова закрыла.

Патрик пожал плечами и продолжал упаковывать чемодан.

Дженнифер растерянно моргала глазами, совершенно пораженная происходящим. Для нее это было полнейшей неожиданностью.

С мужем она познакомилась девять лет назад, когда председательствовала на очередной сессии Оксфордского благотворительного комитета. Он показался Дженнифер идеальным кандидатом в мужья — старше ее, но не намного, всеми уважаемый и очень умный. Ее отец, конечно, одобрил этот выбор. Друзья тоже. Кроме того, Патрик и внешне неплохо выглядел. Имел прекрасные перспективы на будущее. Дженнифер привлекала, кроме всего прочего, и доброта Патрика, его мягкость в обращении. Всего этого ей всегда не хватало. Одним словом, ее замужество можно было считать удачным. И даже счастливым. Хотя пока у них не было детей, но впереди еще оставался некоторый запас времени.

И вот оказалось, что этого самого времени нет совсем…

— Патрик, — тихо сказала Дженнифер. — Я не хочу, чтобы ты уходил.

Муж вновь поднял на нее взгляд. На этот раз в его глазах отразилось не удивление, а откровенное любопытство. Он оторвался от чемодана и сказал монотонным голосом:

— Я знаю, что ты этого не хочешь.

Он повернулся к полочке под зеркалом и начал собирать свои туалетные и бритвенные принадлежности.

— Пат, — вновь повторила Дженнифер, но уже с мольбой в голосе. — Может быть, ты все-таки объяснишь мне, что все это значит?

Патрик глубоко вздохнул и ответил не оборачиваясь:

— Ты отлично сама знаешь. Как и то, что все это связано с деньгами. А если говорить точнее — с деньгами твоего отца. Я уж не говорю об этой странной, чуть ли не генетической, ненависти к Кейре Харвуд.

— Не смей ее так называть! — взорвалась Дженнифер. — Фейн всегда величает эту даму Кейрой Уэсткомб. Как и я. Ты же знаешь, что она вышла замуж за моего отца только из-за денег. И никогда по-настоящему не была его женой!

Патрик быстро выпрямился.

— Твой отец женился на ней, потому что не видел другого выхода, — сказал он таким грубым тоном, что Дженнифер содрогнулась. — Если бы ты не так откровенно спешила со своим мерзким планом получить доверенность на его имущество, Лукас бы не сделал предложения Кейре. Но что самое главное — так это желание Лукаса передать Кейре часть его земли. Он одобрительно относился к основанному ею Национальному заповеднику. Как, впрочем, и я.

Дженнифер смотрела на мужа округлившимися от изумления глазами.

— Ты мне никогда ничего об этом не говорил! — задыхаясь проговорила она обвинительным тоном.

Патрик насмешливо улыбнулся.

— Ты же меня никогда и не спрашивала, Джен.

В голосе Патрика звучал еле заметный упрек. Но Дженнифер различила эти нотки и вдруг с удивлением почувствовала, как тревожно забилось ее сердце. Ничего подобного с ней раньше не случалось.