Развод под 50. От печали до радости - Лия Султан

ее показался Ансару пронзительным и таким родным.

 

-Хорошо, - прохрипел он и оказался уже слишком близко. - Я обязательно к нему схожу, только я хотел бы еще сердце проверить.

 

-С сердцем - к кардиологу.

 

-Нет, - он уже в открытую любовался ею, поняв, каким болваном был, что так долго не приезжал. - С моим сердцем только к тебе.

 

-Ансар, - тяжело вздохнула она и посмотрела в его голубые глаза, полные тоски и надежды. - Ну что ты такое говоришь?

 

-Правду, - он положил букет на кушетку, наконец, освободив руки. - И правда в том, что я не могу без тебя. Я тебя люблю.

 

-Что? - только и смогла выдохнуть ошарашенная Мира.

 

-Я сказал, что люблю тебя и прошу...Нет, умоляю дать мне еще один шанс. Я - дурак, но готов исправиться только если ты будешь рядом. Потому что без тебя я не живу, а просто существую. И…

 

Но договорить ему не дали. Дверь резко открылась и на пороге стояла недовольная мама с ребенком на руках. Настрой у нее был боевой - еще чуть-чуть и набросится как волчица.

 

-Меруерт Асхатовна, извините, но у нас сейчас прием, а мужчина влез без очереди.

 

-Да, проходите, - спохватившись, врач жестом пригласила пациентов и вновь посмотрела на Ансара.- Мужчина только спросить зашел и уже уходит, - затем она понизила голос и стала непривычно серьезной. - Ансар, пожалуйста, мне надо работать. Дети болеют…

 

-Хорошо. Извините, пожалуйста, - обратился он и к Мире и к разъяренной мамочке, которой было все равно, что перед ней стоит миллионер. Ансар поймал взгляд Меруерт и спросил тихо:

 

- Давай поговорим вечером?

 

-Ладно, - согласилась она лишь бы никого не злить и сев за стол, положила пальцы на мышку и нажала на имя пациента в программе. - Слушаю вас.

 

Она видела, как он ушел, аккуратно закрыв за собой дверь. А букет полевых ромашек и еще каких-то мелких голубых и розовых цветов так и остался лежать на бело-голубой кушетке, пока Мира не убрала его сначала на подоконник, а затем не забрала домой.

 

После своего ухода Ансар не звонил и не писал, но каждый раз, когда ее телефон пищал, Мира трепетала и заглядывала в него. Однако сообщения приходили от детей, Беллы, которая сегодня не вышла из-за отравления и лежала пластом, и пары мамочек, которые отправили ей аудиосообщения с вопросами. Но Дулатов молчал, и Мира решила поступить также. Тем не менее, она все время возвращалась к его признанию, понимая, как ему пришлось переломить себя, чтобы сказать эти три слова. А что же она? Она тоже хотела бы кричать об этом, но до жути боялась.

 

Сразу после приема она сразу же поехала к себе и уже там, в квартире, к которой привыкла, не могла найти себе места. Сначала протерла пыль с без того чистых поверхностей, потом затеяла влажную уборку, снова сходила в душ. И каждый раз проходя мимо ромашек, она улыбалась. Она ждала.

 

Меруерт Асхатовне Ниязовой было невдомек, что с самой клиники ее вел человек Дулатова. Именно он и сообщил начальству, что объект на месте, после чего Ансар Идрисович сорвался с офиса, бросив секретарю, что его ни для кого нет. Пока ехал, столько всего напридумывал: что скажет, как обнимет, поцелует. Целую речь в голове написал, но пока выбегал из машины и поднимался на четвертый этаж ее пятиэтажки, всё забыл. Один долгий звонок и в ушах забарабанило. Стало вдруг так страшно, что прогонит и не выслушает, но ведь он - Дулатов, он и не из таких передряг выходил живым и невредимым.

 

Щелкнул замок и дверь медленно открылась. Держась за ручку, Мира стояла на коврике босая, домашняя, взволнованная. Она отошла, пропуская гостя в квартиру.

 

-Привет. Я пришел, - забыв все красивые слова, сказал он очевидное.

 

-Я вижу, - уголки рта задрожали и поползли вверх.

 

-Спасибо, что впустила.

 

-Пожалуйста. Ты хотел поговорить?

 

-Хотел. Я много чего хотел…хочу.

 

-Например?

 

-Хочу сказать тебе, что ты - лучшее, что произошло со мной за много лет. Ты меня воскресила, завела мое сердце. Я ведь думал, что его у меня уже нет. И еще: ты очень сильная и даже не представляешь, насколько. А когда я смотрю на тебя, то слабе.

 

От его слов ей захотелось расплакаться. Но нет, сдержалась, прижав пальцы к губам. Сделав шаг навстречу друг другу, они говорил одними взглядами, а потом Мира уткнулась кончиком носа в его грудь.

 

-Все-таки тебе не мешает пройти обследование.Давление, сердце, слабость...

 

-Прости меня за все, что было до тебя, - прошептал он, обнимая.

 

-Нет, это твое прошлое. Ты имеешь на него полное право. Но если…

 

-Не будет “если”. Я хочу быть только с тобой, - он опустил голову, а она наоборот задрала свою и взглянула в прозрачные льдины.- Мира, Мирочка моя, - Ансар сорвался и взяв ее лицо в ладони, начал покрывать его поцелуями. - Родная, любимая.

 

-Я тоже люблю тебя, Ансар. Очень сильно люблю.

 

Глава 51. Перемирие

Боясь, что она передумает, или, что все это просто сон, который рассеется также внезапно, как прошлое видение о ней, Ансар спешил любить. Вместе с ним спешила и Мира. Говоря по дороге о том, что скучали, прося прощения и прощая, на ходу раздеваясь и бросая на пол одежду, они добрались до спальни. Упав на кровать, Меруерт нащупала кнопку настольной лампы и комнату озарил золотистый свет. Она хотела навсегда запомнить тот момент, когда он посмотрел на нее с любовью и восхищением. Все остальное стало неважным и пустым.

 

Дулатов целовал и нежно, и властно, и смело. Прикусив ее нижнюю губу, он чуть оттянул ее, отчего она еще сильнее распалилась, застонала и прогнулась. Ансар зацеловывал ее шею, острые ключицы и точеные плечи. И всё ему казалось мало, и всё никак он не мог напиться и надышать ею. Мужчина уже не помнил, как это было тогда, во времена его молодости, когда он задыхался от любви к одной женщине. За годы душевного одиночества эти ощущения стерлись из памяти. Но теперь он не просто задыхался, а утопал в чувствах к такой живой, отзывчивой и эмоциональной Мире, что если бы Всевышний призвал его сию