Тебя любить нельзя (СИ) - Блашкун Елена

— Что за глупости ты говоришь? О какой жалости? — старалась успокоить его Злата, но сама начинала закипать. Только голос психолога в голове еще не давал ей сорваться. Все-таки все эти дни ее нервы тоже были на пределе.

— Не строй из себя дурочку! Или, хочешь сказать, что я не прав?

— Нет, не прав! Мне жаль, что так получилось, но тебя мне ничуть не жаль! — люди встревожено оглядывались на выясняющую отношения пару, но те даже не замечали этого.

— Отлично! Тогда почему ты здесь? Почему наступаешь на горло собственному чувству и прикасаешься ко мне, говоришь? Я же вижу, как тебе противно это!

В глазах Златы полыхал огонь. Ну уж нет — такого она ему точно не спустит! Девушка подошла к Тиму и сорвала с его лица ненавистную бандану.

— Ты думаешь, что мне противно смотреть на тебя? Для этого ты нацепил дурацкую тряпку?! — Злата потрясла перед его лицом банданой, — Так вот ты ошибся! Мне противно только твое поведение! Считаешь, что все только и думают о том, как бы пожалеть тебя и помочь! Да ни черта подобного! Знаешь, о чем я думала все это время? Да о том, как мне повезло — я все-таки смогу сказать, как люблю тебя! Дай только время — уличу момент и скажу. Но нет — ты все заладил «Жалость-жалость». В твою тупую башку хотя бы когда-то приходила мысль, что люди могут смотреть на тебя так и волноваться за тебя не из-за жалости, а из-за любви?! Спроси кого угодно — маму, папу, Димку, в конце концов! Единственное чувство, которое они испытывают — это радость! Ну и, может, облегчение — что ты, дурья твоя голова, жив! А все это, — Злата снова неопределенно помахала банданой, — только повод привернуть к себе лишнее внимание! Но нет, зачем замечать очевидные вещи — тебе же лучше надумывать себе откровенную фигню и верить в нее! Не так ли?

— Нет, не так! Вот теперь ты снова лжешь!

— В чем же, интересно? — скрестив руки на груди, поинтересовалась Злата.

— Если ты говоришь, что я тебе так дорог, то почему тогда сбежала? Или я не заслуживаю даже обычного человеческого объяснения? А теперь я, по-твоему, должен поверить, что ты вдруг воспылала ко мне любовью, только из-за того, что появилась здесь? Прости, но это больше похоже на искупление вины или жалость.

— Дурак, какой же ты дурак, — девушка закрыла руками лица. — Я испугалась. Вот так просто и глупо! И я не сбегала от тебя — мне срочно надо было уехать к бабушке. Да, воспользовалась ситуацией, но не больше.

— Похоже, ты действительно считаешь меня дураком, раз думаешь, что я во все это поверю, — Тим стал напротив Златы, так же скрестив руки на груди, как и она.

— Думай, что хочешь, — подняла руки Злата. — Я устала тебе что-либо доказывать.

— Отлично, — кивнул Тим. — Тогда не стоит себя утруждать. Можешь идти.

— Что? — на секунду замерла девушка.

— Не смею тебя больше задерживать. Ты сказала, что приехала сюда как волонтер, и твоя миссия — сообщить мне о моей дальнейшей судьбе. Считай, что ты уже это сделала. Спасибо.

Злата закрыла глаза и глубоко вдохнула. Не к месту вспомнилось, как год назад она так же успокаивала себя во время первого урока в их классе.

— Значит так, — спокойно произнесла девушка. — Сейчас я ухожу, и увидимся мы с тобой уже в Киеве. Захочешь продолжить этот разговор — милости прошу. Но сейчас нам обоим стоит остыть, — Злата кивнула в подтверждение своих слов и ушла, даже не попрощавшись. У Тима же были довольно смешанные чувства. С одной стороны он был рад, что наконец-то разбил эту стену сплошного вранья. Но с другой…С другой он теперь сожалел, что был груб с девушкой.

— Черт! — выругался парень, и пнул ни в чем не повинный камень. Беня подошел ближе и запрыгнул, уперев передние лапы в ногу Тима. — Ну вот. Только ты меня у меня и остался, — взяв на руки щенка, сказал он.

«Какой же я дурак!» — мысленно согласился со Златой парень. Ну и зачем весь этот цирк? Для кого? Сам же провоцирует девушку на агрессию, а потом делает вид, что ни при чем.

— Фалеев, ты чего тут стоишь один? — окликнул его Виктор Михайлович. — Ты же знаешь, что одному тебе быть здесь нельзя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я уже иду. Злате срочно надо было уйти, так что я сказал ей, что сам вернусь в палату.

— Ты, давай, быстрее обещание выполняй. А то достанется и тебе, и ей. На порог больше не пущу твою девчонку, — пригрозил врач.

— Чего это «мою»? — встрепенулся парень.

— Ты мне лапшу на уши не вешай — я же не слепой. О вас уже все медсестры в отделении шушукаются. Девчонка-то точно не случайно именно к тебе приехала. Ну да это не мое дело — главное, что с документами все в полном порядке, да и начальство в курсе.

Тима очень удивило, что медперсонал догадался об их со Златой знакомстве. Ему-то казалось, что они ничем не могли себя скомпрометировать. Да и чего уж врать — он только то и делал, что рычал на Злату все эти дни, а то и вовсе не замечал.

— Фалеев, я жду, — вернул его на землю Виктор Михайлович.

— Все, иду, — улыбнулся Тим.

Беня жалобно заскулил, но пойти следом за Тимом не решился — уже знал, что в корпус его не пустят. Парень в последний раз обернулся и помахал щенку.

Глава 25

Как Злата и обещала, больше она не наведывалась к Тимуру. Парню хватило смелости признаться себе, что его это очень огорчило. Захотелось извиниться перед девушкой и сказать, что он был тысячу раз не прав, но уже было поздно. Он вряд ли сможет увидеться с девушкой до возвращения домой.

Из-за отъезда Златы Тим также не мог видеться с Беней. Всего раз ему удалось уговорить медсестру пройтись с ним по парку, но щенка он так и не нашел. Тот как сквозь землю провалился.

Странно, но это немного омрачило отъезд Тима. Он почему-то надеялся, что сможет забрать малыша с собой и как-то уговорит родителей оставить его.

Весь процесс отъезда домой парень запомнил смутно — многочасовая поездка и та была как в тумане. Возможно, он находился под впечатлением от увиденного. В машину Тимур сел первым, а после уж к нему присоединились еще человек 15 людей в форме. По разговорам парень понял, что только половина из них — бывшие пленники, остальные же были сопровождающими.

После обмена и пересечения границы Тимур все еще сидел особняком и с интересом смотрел на своих спутников. Многим из них было слегка за тридцать, хотя встречались и более зрелые персонажи. При этом мужчины почти сразу нашли общий язык. Парню было сложно объяснить это, но он точно знал — они связаны одной целью, хотя прежде никогда и не виделись. Только двое из всей компании были знакомы — лежали вместе в больнице. Спустя какое-то время после начала поездки Тим понял, что его так сильно беспокоило — помимо обычных ранений, у некоторых бывших пленников отсутствовали конечности. Было очень странно, что он не заметил это в первые минуты их знакомства. Казалось, мужчины не особо-то переживали из-за этого. Конечно, им было неловко и непривычно, но, судя по всему, куда больше их волновало возвращение домой.

Из оцепенения Тимура вывел молодой офицер, севший на место впереди парня.

— Привет, — поздоровался мужчина. На вид ему не было и 25.

— Здравствуйте, — удивился парень и нахмурился.

— Ты, значит, Фалеев?

— Ну, я. А как вы узнали?

— Так ты же единственный сидишь в бандане. Я о ней уже наслышан, — засмеялся незнакомец, будто услышав шутку. — Я, кстати, капитан Жужиков, — протянул он руку Тиму.

— Жужиков?

— Да. Вот такая смешная фамилия для офицера. Но ты меня можешь пока называть просто Андрей. Ехать-то нам с тобой еще далеко.

Тимур не понял, почему мужчина подсел именно к нему, а потому старался быть осторожным в своих словах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Почему же смешная? Необычная разве что, — пожал он плечами.

— Может быть. Ладно, как говорится, ближе к телу, — снова улыбнулся офицер. — Ты зачем мне Латку обижаешь? — сходу спросил он.

— Кого?

— Злату, говорю, зачем обижаешь?

Тимур опешил от такого вопроса, а мужчина продолжил: