Донна Кауфман - Попробуй догони

– Джори не стоит того, чтобы долго его обсуждать. Нам надо поговорить кое о чем другом. И ты знаешь, что я имею в виду.

В ожидании ответа подруги она макнула лепешку в какао и стала машинально ее жевать.

– Да, ты права, я все понимаю, – промямлила Присс, пряча глаза. – Но только не знаю, с чего лучше начать. Я высоко ценю дружбу с тобой, Мойра. И ты это знаешь. И я понимаю, что самым подлым образом предала эту дружбу. Но пойми и ты меня тоже! Я ничего не могла с собой поделать! Все произошло так быстро, так спонтанно. Все было словно во сне. Не успела я даже опомниться, как очутилась на кровати, а Джори – во мне... После этого на меня нашло полное затмение.

– Но тебе по крайней мере стыдно? – строго спросила Мойра. – Хотя бы за то, что ты сделала это на моей кровати?

– Да, очень, – прошептала Присс, покраснев до корней волос. – Но в тот момент я об этом не подумала.

Но Мойре почему-то подумалось, что она просто сильно возбудилась, явственно представив себе ту пикантную сценку.

– Дело в том, что как только я почувствовала в себе его причинное место, я могла думать только об одном: наконец-то это свершилось! Наконец-то мужчина моих грез овладел мной.

– Почему же ты мне раньше не призналась, что втрескалась в него? – спросила Мойра, сверля ее пытливым взглядом.

– Я тебе на это намекала, – прошептала Присс. – Вспомни, я ведь всегда согласно кивала, когда ты мне рассказывала, какой Джори темпераментный мужчина. И я всегда разделяла твой восторг в связи с его мужскими достоинствами.

– Ну, знаешь ли, милочка, это еще ни о чем не говорит! – воскликнула Мойра. – Нужно было признаться мне в своих чувствах к нему откровенно, а не плести втайне интриги.

– По-твоему, я должна была попросить у тебя разрешения трахнуться с ним разок-другой? Или же заявить, что ты должна уступить его мне навсегда? Не смеши меня, ради Бога.

Мойра хотела было на это что-то возразить, но захлопнула рот, сообразив, что подруга права.

– Конечно, я не должна была так поступать, тем более на твоей кровати. Но что мне оставалось делать в тех обстоятельствах? Все равно вы с Джори не созданы друг для друга. И когда у меня появился шанс сблизиться с ним, я им воспользовалась. – Присс дерзко взглянула ей в глаза.

– Весьма оригинальным образом, должна я заметить! – Мойра нервно рассмеялась, начиная злиться. – Ты сразу же пленила его сердце. Но что самое интересное, при этом ты была уверена, что делаешь мне одолжение! Как бы доказываешь, что мы с ним не созданы друг для друга. Браво! Гениально!

– Нет, я так тогда вовсе не думала. Однако разве то, что Джори не отверг меня, не доказывает, что я в чем-то права? И это был не просто секс, а нечто гораздо большее, некий таинственный обряд, который нам с ним было суждено совершить. Мы с Джори сразу же это почувствовали. И чем дольше длится это таинство, тем больше мы убеждаемся в своей правоте. Это удивительно, не так ли?

Мойра возмущенно фыркнула.

– Да, он будет соглашаться в этом с тобой, пока ему не подвернется другой аналогичный случай. И поверь мне, милочка, Джори не преминет им воспользоваться.

– Нет, Джори не такой! – с жаром воскликнула Присс. – Не в обиду тебе будет сказано, Мойра, но со мной он ведет себя иначе, чем с тобой. У нас с ним все по-другому.

Присс умолкла, схватила чашку с какао и стала задумчиво помешивать в ней чайной ложечкой, охваченная сентиментальными воспоминаниями. Наконец она промолвила голосом сомнамбулы:

– Вы с ним когда-нибудь строили совместные планы на будущее? О том, что хотите создать семью, завести собственное дело, вместе путешествовать? В общем, о жизни, а не только о Баллантре и твоих попытках не допустить превращения замка в руины.

На это Мойре нечего было ответить. Сама-то она думала обо всем этом, но заговорить на эти темы с Джори так и не решилась. Сейчас, размышляя о причинах этого, она непроизвольно произнесла:

– Он такой легкомысленный, что не вписывается в образ надежного мужчины, которому женщина может спокойно довериться. Джори живет одним днем и не задумывается о будущем.

– Я знаю, – сказала Присс. – Пусть он немного и легкомыслен, только лентяем его не назовешь. У него нет должного взаимопонимания со своей семьей. И не хватает духу открыто заявить о своих правах. Вот почему он просто помогает пока своему отцу и помалкивает о своих амбициях. По секрету скажу тебе, Мойра, что он мечтает открыть свою фотомастерскую. Делать фотографии, выставлять их в своей галерее, продавать через Интернет. Мне его мечта по душе.

Мойра потупилась, чтобы не выдать своего удивления. Она знала, что Джори увлекается фотографией, но не более того. Он как-то сказал, что переоборудовал одну комнату в своем доме под «темную комнату». Но она решила, что это всего лишь хобби, юношеское увлечение. Теперь, после рассказа Присс, ей стало ясно, что у Джори с ее подружкой сложились особые, близкие и доверительные, отношения. Такие, какие не могли сложиться у него с ней, поскольку она никогда не брала в расчет его мнение, искренне считая, что он будет всегда подчиняться ей и в дальнейшем. Мойре стало стыдно за свое высокомерие, и она нахмурилась.

Не вела ли она себя подобным образом и с Таггартом, подумалось ей. Естественно, их отношения трудно было назвать серьезными, но все-таки и банальной любовной интрижкой их назвать тоже было нельзя. Ведь не случайно же у нее начинали сиять глаза всякий раз, когда она размышляла о мистической подоплеке их знакомства и фантазировала о его возможном исходе. Однако когда их с Таггартом разговор грозил перерасти в нечто важное для них обоих, она давала задний ход. Как, впрочем, и Таггарт. В этом ей следовало хорошенько разобраться.

Если вдуматься, то за минувшие несколько дней они не только занимались безудержным сексом. Им удавалось выкраивать время и для откровенных бесед. Еще ни с кем Мойра не чувствовала себя так легко и спокойно, как с Таггартом. И поэтому она многое поведала ему о себе и своих творческих планах, призналась, что мечтает написать роман, а со временем и продолжение. Он, в свою очередь, рассказал ей массу интересного о раскопках и находках. Но о главном они так и не решились заговорить и, естественно, не строили планов на будущее.

Однако в глубине души Мойры крепла уверенность, что надежная основа их долговременных отношений заложена самим провидением. И внутренний голос подсказывал ей, что пора проявить активность и ускорить процесс укрепления их взаимного понимания и доверия. Судя по тому, что Таггарт не торопился ее покинуть, он тоже предчувствовал кардинальные перемены.

Мойра вновь принялась есть лепешки, у нее всегда пробуждался зверский аппетит во время усиления мозговой активности. И какао тоже пришлось как нельзя кстати: шоколад полезен для серых клеточек. Мойра отхлебнула из чашки и задалась вопросом: а не права ли Присс, говоря, что она ни черта не понимает в психологии мужчин и не способна наладить с ними сколько-нибудь серьезные отношения?