Денис Куклин - Танец ангела

- Я не могу сделать этого. Чем больше думаю, тем меньше понимаю. Потому что все было так реально.... А я уже не так молода и привыкла верить своим глазам.

Мельников взял ее за руку:

- Маргарита Георгиевна, прошу вас, успокойтесь. В любом случае, все уже позади. А вам сейчас прежде всего нужно думать о своем здоровье.

 - Андрей Леонидович,- улыбнулась она,- в последнее время мне кажется, что как раз вы можете объяснить мне многое. Вы ведь знаете разгадку?

- Просто не забывайте о том, что вы были в состоянии клинической смерти.

- Но ведь это не объяснение!

Их беседа произошла спустя три недели после сердечного приступа Маргариты Георгиевны. Она чувствовала себя вполне сносно. Вообще, удивительно быстро шла на поправку и одного уже хотела - уехать на родину. Почти каждую ночь просыпалась от детских голосов. Но врачи запрещали ей физические нагрузки, дальние поездки, излишнее волнение. После выписки она находилась под присмотром Мельникова и жила в той же гостинице, в которой поселилась сначала. С Андреем Леонидовичем она тоже встречалась почти каждый день. И уже настолько привыкла к их беседам и неторопливым прогулкам по городу, что начинала чувствовать себя неуютно, если по каким-то причинам не получалось встретиться. Одно только присутствие Мельникова оказывало на нее благотворное влияние, словно этот человек излучал исцеляющую энергию. Но до сих пор она не могла забыть встречу с дьяволом и боялась, что это воспоминание останется в ее памяти уже навсегда.

- У меня была прекрасная дочь,- рассказывала Маргарита Георгиевна собеседнику за столиком на террасе ресторана.- Недавно она погибла вместе с мужем в автомобильной аварии. Я родила ее,  потому что так было нужно, потому что этого хотел муж. Андрей Леонидович, как ни страшно признавать это, но привязанности к своему ребенку я никогда не испытывала. Так и относилась к дочери, пока она была ребенком, подрастала, училась. Сейчас я понимаю, что отвернулась от собственного дитя.

- Маргарита Георгиевна,- попытался остановить ее Мельников,- вы причиняете себе ненужную боль. Это ни к чему.

- Андрей Леонидович,- улыбнулась она,- вы лучше меня понимаете, что душевное равновесие я не обрету до тех пор, пока не доберусь до истины.

- В чем-то вы правы,- кивнул он.- В таком случае, вы должны забыть о ярлыках, к которым привыкли с детства: зло, добро, заблуждения... Не обманывайте себя словами.

- А знаете, я хотела бы послушать вас. Наверняка вы можете рассказать немало поучительных и интересных историй.

Мельников улыбнулся:

- Будьте последовательны, Маргарита Георгиевна. Вы ведь решили добраться до истины.

- Можно я возьму вас за руку?- Не дожидаясь ответа, она прикоснулась к его ладони.- В последнее время мир все чаще кажется мне нереальным, ненастоящим. И это очень пугает меня, Андрей Леонидович. Мне все время кажется, что вот сейчас я открою глаза, а вокруг меня бесы и я уже в аду...

- Во-первых, успокойтесь. Это я как врач советую. И, второе, вам выпал редкий шанс исправить многое. Все что вам нужно для этого – ощутить сердцем жизнь... Вы любили мужа или жили с ним по необходимости?

- Скорей, по необходимости,- эхом отозвалась Маргарита Георгиевна.- Мой супруг был известным ученым. Помните, как было принято говорить в советское время – "крупный ученый". Впрочем, он на самом деле был довольно крупным человеком. Под два метра ростом, массивный. Из той породы, что рождены были землю пахать или чушки чугунные в домнах ворочать. Он был старше меня на двадцать лет. До встречи со мной он был закоренелым холостяком, мой Подъяловский. Работа! Работа! И ничего, кроме работы, ни друзей, ни любимой женщины. Стоит ли удивляться, что он потянулся ко мне и полюбил всем сердцем?  Я прожила с ним больше тридцати лет. Любила ли я? Вы лучше спросите, любила ли я кого-нибудь?.. Мне без малого шестьдесят. Должно быть, сейчас я испытываю то, что чувствовал Николай Борисович спустя несколько лет после начала нашей совместной жизни. Разочарование и многое из того, что ранит сердце. Только сейчас я начинаю понимать, что он любил меня,- она вытерла с глаз слезы. В этот момент Маргарита Георгиевна на самом деле ясно ощущала все, что чувствовал ее одряхлевший муж долгие годы перед смертью, когда болезни начали брать верх, когда его могучий разум медленно угасал. И до самого последнего дня он понимал, что женщина, прожившая с ним под одной крышей тридцать лет, никогда не испытывала к нему ни любви, ни привязанности, ни благодарности. Она ощутила это до того остро, словно в нее на несколько мгновений вселилась душа почившего мужа.- Три раза я делала аборты,- негромко произнесла Маргарита Георгиевна.- Три раза я убивала его детей, своих детей... И с такой же легкостью я бросила на произвол судьбы внучек. Но мало того, в то время я бы сделала все, чтобы разлучить их. Разве есть мне прощение? И что ждет меня, кроме ада?

В этот момент последние лучи солнца брызнули в окна и стеклянные двери ресторанной залы, заиграли в начищенном хрустале бокалов, на кончиках ножей и вилок.

Мельников осторожно взял ее за руку:

- Маргарита Георгиевна, это просто. Если вы сделаете все, чтобы заслужить прощение перед собой, перед своей совестью, значит, вас простят и другие.

И этим прикосновением  своей теплой ладони он смыл с ее души все зло, которым наказало ее время.

Южный вечер стремительно сменился ночью. Три гитариста в зале последние четверть часа без остановки играли рондо. Полная луна висела в небе Флоренции.

- Вы еще выпьете вина?- Спросил Мельников.

- Мне достаточно. Я провела чудесный вечер. Спасибо, Андрей Леонидович. Я не думала, что когда-нибудь встречу друга.

- Не благодарите меня,- улыбнулся он.- Звезды свели нас вновь. Пришло для этого время. 

- Кто вы, Андрей Леонидович?- После секундного замешательства спросила она.- Только скажите честно, вы ведь не просто человек.

- Маргарита Георгиевна,- уже без улыбки ответил Мельников.- Не обманывайте себя словами и не обманывайтесь. Вы нашли во мне друга. И только... Счет,  пожалуйста!- Сказал он официанту и расплатился за обед.

- Я надеюсь, синьор и синьора хорошо провели время?- Улыбнулся официант.

- Да, у вас прекрасные повара и отменные вина,- кивнул Мельников.

- Если решите заглянуть к нам в следующий раз, спросите Доминика!- Это он говорил им почти каждый вечер.

- Поднимемся ко мне?- Спросила Маргарита Георгиевна.

- Я бы предпочел прогулку,- ответил Мельников.

- Я могу составить вам компанию?

- Как вы себя чувствуете, Маргарита Георгиевна?

- Пока вы не задаете этот вопрос, я ничего болезненного не ощущаю.