Шейла О'Фланаган - Замужество Изабель

– Ты уже говорила с Алехандро?

– Сегодня еще нет, – ответила я.

– А я говорила. – Она была явно чем-то обеспокоена. – Он нас покидает, – сообщила она мне.

– Как! – воскликнула я вне себя от удивления.

– Он чувствует себя здесь, видите ли, слишком стесненным. – Ее губы от гнева превратились в ниточку. – Он считает, что мы слишком заорганизованы! Что у нас слишком все распланировано! Я пыталась ему объяснить, что у нас большая компания и что поэтому без организации нам не обойтись, но он, словно глухой, твердит свое. Он хочет писать новые программы и заниматься всякой подобной чушью.

– Понятно.

– Мне казалось, что я сделала ему одолжение, взяв в свою компанию, – продолжала жаловаться она. – А между тем он вовсе не был таким уж идеальным работником. Я просто не понимаю, чего ему еще надо?

– Может, ему хочется поработать самостоятельно, – высказала я предположение. – Может, он такой некорпоративный человек.

– Вот еще! – Она энергично покачала головой. Мне стало смешно. Начинался один из легендарных приступов гнева Габриэлы. Впрочем, эти приступы, как правило, длились недолго и к тому же выветривались у нее из головы без следа. Злобу в себе она точно никогда не таила, в этом надо было отдать ей должное.

– Ладно! – сказала она уже более спокойным голосом. – Может, это даже к лучшему. Теперь у меня появилась возможность произвести некоторые передвижки, которые я давно задумала.

– Хорошо, – поддакнула я.

– Итак, что ты думаешь насчет того, чтобы стать во главе наших компьютерных курсов? – спросила она без обиняков.

– Я?! – Я смотрела на нее, как громом пораженная. Голос мне явно изменил.

– А почему бы и нет? – продолжала она. – Работа тебе известна. С людьми ты ладишь хорошо. Клиенты тобой довольны.

– Но… – Я понятия не имела, как реагировать на ее слова, и поэтому некоторое время только беспомощно открывала и закрывала рот.

– Да, именно ты.

– Но почему не София, или Магдалена, или Луис, в конце концов? – Я знала, что Луис на мое повышение отреагирует ужасно.

– Изабель, я выбрала тебя, и точка, – сказала Габриэла. – Что это за манера, выдвигать вместо себя других, когда босс предлагает тебе повышение по службе?

В сущности, мне самой тоже не хотелось вечно выглядывать из-за чужих спин.

Кстати, когда Габриэла объявила о своем решении коллективу, Луис отреагировал вполне благородно.

– Ты этого заслуживаешь, – сказал он.

– Мои поздравления. – Магдалена расцеловала меня в обе щеки.

Позже, когда мы с ней обсуждали это событие, свою позицию она объяснила так:

– Я люблю работать в коллективе, Изабель. Но при этом не люблю брать на себя чрезмерной ответственности. С тобой все по-другому. Ты любишь указывать людям, что им делать.

«Неужели?» – подумала я. Что-то я за собой такого раньше не замечала. В «Дельте», по крайней мере, я никогда не указывала людям, что им делать. Там я всего лишь озвучивала в их присутствии решения Барри Клири. Но, кстати, в одном Магдалена права: я действительно люблю проявлять инициативу. Как интересно, размышляла я про себя. У меня, оказывается, есть свойство, которое так ценят все работодатели: инициативность. Мне нравилось сознавать, что конечная ответственность за работу лежит на мне.

Господи, кажется, я превратилась в законченную карьерную женщину!

Изабель Кавана, которая совсем недавно мечтала только о том, чтобы выйти замуж и нарожать кучу детей, стала совсем другой, причем совершенно незаметно для самой себя. Наконец-то я себя пересоздала!

Только не в том направлении, в котором намеревалась…

Я переехала в кабинет Алехандро, сменила на стенах репродукции, поставила в вазы свежие цветы и села за обширный начальственный стол.

Вот она власть, с триумфом подумала я. Наконец-то у меня в руках появились ее бразды!

Самой странной во всем этом оказалась необходимость иметь собственную секретаршу. То есть Нина не являлась моей личной секретаршей в точном смысле слова, но она выполняла секретарские обязанности в отделении компьютерных курсов, а это значило, что была приставлена фактически ко мне. Она принимала в мое отсутствие послания и спрашивала моего разрешения, прежде чем что-нибудь предпринять. Кроме того, в течение дня она приносила мне в кабинет кофе, о чем я ее никогда не просила. Мне не хотелось загружать ее приготовлением кофе. Но на все мои возражения она объявила, чтобы я не волновалась, потому что она заодно готовит кофе и для себя. В один прекрасный день именно Нина доложила мне о том, что звонит Нико.

– Мужчина, – сказала она. – С очень красивым голосом. И говорит, что по личному делу.

Прежде чем брать трубку, я немножко подождала.

– Алло! Изабель слушает!

– Привет, Изабель, это Нико.

– Привет, Нико.

– Я звоню, чтобы узнать: как насчет ужина в субботу вечером?

Против субботнего вечера я не имела никаких возражений, потому что, как правило, в субботние вечера я себя чувствовала особенно одиноко.

– Хорошо, – сказала я. – Где мы встретимся?

– Я за тобой заеду.

– Прошу тебя, не надо беспокоиться, – возразила я. – Ты так далеко живешь. Давай встретимся где-нибудь в центре.

– Хорошо, у метро «Соль», – согласился Нико. – В какое время?

В Мадриде, как и все жители этого города, я заимела привычку ужинать поздно.

– Может быть, в десять? – предложила я.

– Хорошо, встретимся в десять, – ответил он.

Я долго сидела и смотрела на экран компьютера перед собой. На нем красовалась фотография Джорджа Клуни. По сравнению с Нико Альваресом Клуни выглядел бледно.

Позже ко мне в кабинет зашла Магдалена. Мы немного поболтали, потом она сказала:

– В субботу мы идем на день рождения Софии. Ты не хотела бы пойти с нами? Будет замечательный девичник. Ей стукнет тридцать, и у нее такое чувство, что это кризисный рубеж.

– После двадцати все дни рождения кризисные, – засмеялась я. – Только в субботу я никак не могу.

– Почему? – удивилась Магдалена. Я вечно жаловалась, что мои выходные проходят скучно.

– В субботу я занята. – Мои щеки начали медленно краснеть. – У меня уже есть договоренность.

– Свидание! – воскликнула Магдалена. – Интересно, с кем?

Мне стало смешно.

– С Нико Альваресом, человеком из фармацевтической компании, – ответила я. – Который, кроме того, играет на гитаре.

– И ты молчала? – воскликнула она. – Почему ты до сих пор мне о нем ничего не рассказала?

– Да просто не о чем было рассказывать. – Я вкратце обрисовала ей историю нашего знакомства.

– О Изабель! – воскликнула она. – Ты такая… такая ирландская! Скажи ты мне раньше, и я могла бы тебе дать хороший совет по поводу того, как обращаться с испанскими мужчинами. Как заставить их себя любить.