Сьюзен Льюис - Крик души

— Вы можете записать нас на завтра? — спросила она. Чем бы сейчас ни занимался Спенс, ему придется отложить это. Зак должен быть на первом месте.

Спенс даже не колебался, когда Никки сообщила ему о записи к врачу.

— Конечно, — согласился он; похоже, он был напуган не меньше. — Без вопросов. Они хотя бы намекнули тебе, что показали результаты?

— Нет, она сказала, что нам нужно поговорить с врачом. — Никки прижала руку ко рту и посмотрела на Зака. — О боже, Спенс, что, если…

— Не думай ни о чем! — закричал Спенс. — Давай просто подождем и послушаем, что он скажет.

— Если бы это было что-нибудь серьезное, то он сказал бы нам приезжать немедленно, правда? — спросила Никки; она хваталась за любую возможность успокоиться.

— Определенно, — уверенно ответил Спенс.

— Вообще-то, секретарь даже не сказала взять Зака с собой. Так что, возможно, мы просто что-то неправильно делаем, и доктор хочет дать нам совет.

Хотя Спенс, похоже, не поверил ей, но сказал:

— Возможно; но думаю, нам все равно нужно взять его с собой. Кто позаботится о нем, когда нас не будет?

— Я не имела в виду, что следует оставить его здесь; просто, раз они не сказали, что хотят видеть ребенка… — Никки хваталась за соломинку, но та уже растворялась в воздухе. — Когда ты сможешь приехать? — дрожащим голосом спросила она.

— Постараюсь сегодня вечером. Я позвоню, как только мне удастся изменить график.

Миссис Адани сидела в машине возле Хеллс-парк на Даунтаун-роуд в районе Ноул-Вест. Она сжимала в руке телефон, ожидая, когда секретарь мистера Пирса соединит ее с педиатром.

Когда, наконец, в трубке зазвучал его голос и врач поздоровался, назвав ее по имени — Паллави, — она автоматически ответила, тоже назвав его по имени.

— День добрый, Антон, чем обязана? — спросила она, сумев говорить бодро, несмотря на снедавшее ее беспокойство. Разговор должен был касаться Зака, потому что на данный момент он был единственным младенцем, за которым присматривала она и которого вел Антон Пирс.

Однако, слушая то, что он говорил ей, она начала растерянно хмуриться.

— Я никогда не слышала об этом, — заметила она.

— Это очень редкая болезнь, — пояснил он ей. — Кроме того, она обычно встречается среди определенной части еврейского сообщества. Скажи, один из супругов Джеймс — еврей?

Миссис Адани покачала головой.

— Насколько я знаю, нет, — ответила она, спрашивая себя, не мог бы Спенс оказаться евреем, учитывая его сомнительное происхождение; но, как бы там ни было, результаты анализов от этого уже бы не изменились. — Какой прогноз? — спросила она обеспокоенно.

Когда он ответил, женщина почувствовала, как кровь застыла в ее жилах.

— Я хотел бы, чтобы вы присутствовали завтра, когда я буду беседовать с ними, — сказал он. — Им назначено на два тридцать.

— Конечно, — пробормотала она. Когда доктор повесил трубку, миссис А. уронила телефон на колени и закрыла лицо руками.

В Лондоне Спенс отчаянно пытался изменить график, чтобы уехать в тот же день, но это оказалось делом нелегким.

Неожиданно ему позвонила Никки и заявила:

— Думаю, тебе не стоит приезжать сегодня.

— Но…

— Нет, послушай меня: мы не имеем ни малейшего представления о том, что нам хочет сообщить педиатр, и, возможно, будет лучше, если у тебя будет свободное время после того, как мы поговорим с ним, а не до того.

Хотя он понимал разумность этого довода, но не был в восторге от того, что сегодня вечером она останется одна.

— Со мной ничего не случится, — настаивала она. — Честно. А если что, я всегда могу позвонить миссис А.

— Ты в любом случае должна ей позвонить, — сказал он.

— Уже позвонила, но у нее было занято; я оставила ей сообщение.

— Здравствуй, дорогая, — сказала миссис А., когда Никки сняла трубку. — Я позвонила бы раньше, но у меня было очень много дел сегодня. Как дела? — Она закрыла глаза от столь неискреннего вопроса, но она обязательно должна была казаться такой, как всегда, насколько это было возможно.

— Думаю, хорошо, — ответила Никки. — Вы получили мое сообщение о том, что на завтра мне назначена встреча с мистером Пирсом?

— Да, и я тоже буду там, так что не волнуйся…

— Вы знаете, что случилось? — перебила ее Никки.

Миссис А. очень не любила врать, но не ей сообщать новости, особенно в данном случае, когда она почти ничего не знала о состоянии дел.

— Мистер Пирс хочет обсудить с вами результаты анализов, — уклонилась она от прямого ответа. — Он все объяснит…

— Но он сказал вам, что конкретно случилось?

— Он объяснит мне все вместе с вами, — заверила она, снова не отвечая на вопрос. — Это обычная практика, и… — Она замолчала, услышав в отдалении от Никки плач Зака.

— По-моему, он просто хочет вывести меня из себя, — пожаловалась ей Никки.

— Может, и так, но разве ему не пора обедать?

— Да, пора. — И после паузы: — Вы не могли бы…

Миссис А. ждала, зная и боясь того, что Никки собиралась сказать.

— Ну, я тут подумала… не могли бы вы приехать ко мне сегодня вечером?

Сердце миссис А. разрывалось от чувства вины и стыда за то, что ей приходится снова лгать, но она ответила:

— Дорогая, я бы приехала, если б могла, но сегодня вечером у меня собирается группа по изучению Библии, и уже поздно ее отменить.

Им будет слишком тяжело находиться вместе, пока они не поговорят с мистером Пирсом — ведь она ничего не могла сказать Никки, и попытка сохранить тайну в такой ситуации только все ухудшит.

— Ничего страшного, — ответила Никки. — Я понимаю. Я только… Нет, неважно. Значит, увидимся с вами завтра.

— Да, — почти прошептала миссис А., — да, увидимся.

На следующий день, когда прибыл поезд Спенса, Никки ждала его на станции вместе с Заком.

Они слишком нервничали, чтобы поздороваться с обычной теплотой, и только чмокнули друг друга в щеку, прежде чем Спенс заглянул в коляску Зака и увидел, что тот рассматривает плюшевые игрушки, свисающие с мобиле «Веселые джунгли».

— Он прекрасно все видит, — заявил Спенс.

Никки кивнула. Ее лицо было бледным и измученным, но, понимая, как напуган Спенс, она попыталась улыбнуться.

Забрав у нее коляску, Спенс пошел искать такси. Миссис А. могла бы их отвезти, если бы уже не находилась в больнице по другому делу; и потому она предложила отвезти их потом домой. Сегодня никаких автобусов — ко всему прочему, учитывая еще и то, как они взволнованы, они просто могут перепутать номер маршрута и поехать не в ту сторону.