Поговорим - Мари Ардмир

Уведет повара, Полину или придумает что-то еще? И хотя засыпала я этой ночью с самой счастливой улыбкой, меня одолевали тысячи и тысячи вопросов к Гладько.

На следующий день мы с Басом вновь переехали. В этот раз захватив все необходимые вещи, обувь, технику и даже цветы. Как сказал Шкафчик, чтоб не приходилось лишний раз приезжать и поливать их. Вот так меня лишили благовидного повода для побега из поселка богатых и скрытных. Собакен переезду был рад через край, первым делом оббегал всю территорию, пометил ее собственным запахом, вторым – вновь прорыл ход к соседям – метр вниз, полтора в сторону. Точные размеры дал Глеб, коему выпала честь зарывать прошлый лаз.

Следующим самым счастливым созданием была Алиса. Она сказала, что прошлый понедельник я пропустила, поэтому с меня не один, а два пирога. Мне пришлось их готовить с самого утра под веселым взглядом Галины Павловны и удивленным Полины.

- Вы разве не уволились? - спросила последняя в замешательстве.

- Пыталась. Но меня вернули, увеличив ставку вдвое, – пошутила я. Ставка действительно была увеличена, но не в денежном эквиваленте.

- За что? - возмутилась француженка и с недоумением проследила за тем, как я с самой серьезной миной указала на первый выуженный из духовки пирог. - Немыслимо! – воскликнула она и покинула кухню-столовую, забыв о своем морковном лакомстве.

Я лишь покачала головой.

- На самом деле она рада, что вы вернулись, – сказала мне повар, пряча стакан свежего сока в холодильник. – Благодаря вам атмосфера в доме потеплела, и намного. Успокоилась не только охрана, но и сама Полина Аркадьевна.

- Χм, а я думала, это потому что она включает джаз и с кем-то запоем общается по ночам, - ответила я и усмехнулась. – У нее попросту силенок не хватает для негатива. Стала забывать о вечерней порции сока.

- Напрочь, - согласилась Галина Павловна.

В эту ночь я ждала Гладько с особым нетерпением и целым пирогом наперевес. Хотя, если вдаваться в детали, давно остывший пирог лежал на праздничном блюде в кухне-столовой, а засыпающая на софе я - в гостиной. Αлиса пыталась составить мне кампанию, но после разрешения уложить Улли в моей кровати тихонечко сбежала наверх. Чудо, а не ребенок. До сих пор не верится, что глава семейства в счет моего возвращения стребовал с нее лишь свободное владение английским. И теперь малышка сама рвется в бой, не осознавая, насколько сильно ей нужен отдых.

Чтобы завернуть ее энергию в полезное русло, а заодно проучить бигбосса за ушлость, я рассказала Алисе, что первым делом нам нужно научить ее папу проявлению чувств. Ибо мальчики, недополучившие любви в детстве, не могут делиться ею во взрослой жизни. Ребенок внял и согласился ввести в семью новую традицию. Олеся, присутствующая при этом разговоре, скептически вздернула бровь и сказала, что Главный ранее был вполне приветлив, это потом его обрубило, как топором. Если так, то возврат традиции пройдет в разы быстрее.

И теперь мне осталось провести стремительную спецподготовку бигбосса, который не спешил домой. После часа ночи я уже не особо надеялась его увидеть, но стоило лишь начать подъем по лестнице, как дом осветили фары. Во двор въехали сразу два джипа – хозяйский с водителем Олегом и авто Шкафчика, которое я научилась различать. Мужчины выгрузились лихо и разбежались по углам наверстывать часы, отпущенные на сон. Один лишь Гладько медленно побрел в направлении террасы, поднялся по ступенькам и застыл, стоило ему открыть дверь, мне включить свет, а Басе броситься за порцией ласки.

- Вы? - произнес он, отбиваясь от собакена при помощи портмоне.

- Я, - подтвердила я, затащив бигбосса в дом до того, как его собственность из тонкой кожи наградили прокусом. Шепнула Басе: «Обойдешься!» и, пока закрывала перед недовольной мордой дверь, чуть не пропустила последующие слова Гладько.

- Вы, собака и пирог…

- Ага! Замена обнимашкам. Я поняла, что вы на них неадекватно реагируете, поэтому решила придержать коней и не душить вас от радости, – произнесла торопливо и до глупого разволновалась. Потому что мне, с одной стороны, хотелось разоблачающегося главу семейства побить, а с другой - расцеловать.

И он эту неопределенность ощутил. Перестал расстегивать манжеты на рубашке, обернулся, настороженно глянул на меня.

- Так это ваше «Спасибо»?

- И не только. Вначале поужинаете или разберемся с парой вопросов, а затем с едой? – спросила я с улыбкой. В ответ он протяжно выдохнул, так что серьезные вопросы пришлось отложить. – Вам придется внести кардинальные изменения в расписание. Скажите, завтраки или ужины?

От него тишина. И молчал он, пока я загружала тарелки в микроволновку и выставляла таймер. Сложно представить, что он себе надумал, но выражение лица у него было примечательным.

- То бишь когда вы согласны, независимо от ситуации, погоды и важности ваших дел, уделить семье несчастные двадцать минут, чтобы расспросить девочек об их делах и чуть-чуть рассказать о своих?

Гладько сел за стол, вытянул ноги, обутые уже в тапочки, и вяло потер затылок.

- Не думаю, что это нужно.

- Нужно. Задержитесь завтра до восьми.

- Пробки, Тамара, - произнес с нажимом.

- Они у нас не московские, Влад, – ответила я и посмотрела в темнеющие глаза.

Странное чувство завораживающего воcторга и предвкушения обволокло с ног до головы, словно удовольствие от спора испытывал и мой оппонент. Еще чуть-чуть, и подумаю, что он сам был рад меня вернуть, а условия девчонкам выставил исключительно по бигбоссовкой привычке контролировать все и вся.

Затянувшееся противостояние взглядов прервал сигнал микроволновки. И я поспешно разложила перед главой семейства подогретые тарелки, вручила ему приборы, заварила чай и сбежала, пожелав приятного аппетита. Всего четыре шага за границу двери, и в спину мне полетело:

- Сердитесь?

Я остановилась, медленно выдохнула и вернулась назад. Входить не стала, прислонилась к косяку.

- Злюсь, – сказала без обиняков. - Вы поставили девочкам условия для моего возврата. Не скажу, что плохие, но сам факт раздражает. С охраны, повара и француженки тоже что-то стребовали?

- Они будут ценить лишь то, что получат с трудом, - произнес он твердо. - В отношении остальных я ничего не предпринял, заступился Тимур.

- Хм, а с виду и не скажешь, что добрый малый, - усмехнулась я и отлипла от двери. - Спасибо за разъяснения. Так я пойду?

- И не поделитесь событиями сегодняшнего дня? - спросил он,