Темный. Плохой. Незнакомый - Джейд Вест

— Я уже говорил тебе, что не скажу ни слова против Джеммы. Ни единого слова.

— Тебе и не придется. Пиарщики все скажут за тебя. Мы просто терпим, смеемся над слухами, утверждаем, что ты навещал какого-то бедного фаната, который заболел, или что-то в этом роде.

Я улыбнулся этой нелепости.

— Никто не поверит в это.

— В это поверят все. Никто не хочет верить, что у Джейсона Редферна, национальной суперзвезды, был сомнительный роман с какой-то девушкой из чата. Толстые девушки, занимающиеся сексом, вызывают у людей дискомфорт. Они будут смеяться над этим, но на самом деле не поверят. Она станет бурей в стакане, и это будет лучшее, что ты можешь для нее сделать.

Я не хотел верить ей верить но эта чертова сука была права. Тупоголовые лузеры и их травля в сети. Чем скорее закончится этот скандал, тем скорее Джемма сможет вернуться к нормальной жизни. Черт, я хотел этого.

— Знаешь, а это забавно. Я провел годы в окружении женщин, которые хотели меня только из-за того, кем я являюсь. Какая ирония в том, что единственная девушка, которая действительно что-то значит, — это та, кто считает известность нарушением правил.

Смех Эйприл разнесся по комнате.

— Она бросила тебя?

— Да. Вот такая она девушка.

— Она кажется настоящей находкой, — усмехнулась она. — Так мы договорились или нет?

Джемма

Я заперлась в квартире, полагаясь на Тессу, которая приносила мне пакеты с лапшой и фаст-фудом. Репортеры все еще были снаружи, но с каждым днем их становилось все меньше. Скоро они устанут, как и все остальные. По крайней мере, я на это надеялась.

Травля распространилась по сети. Ленты Джейсона в «Твиттере» и «Фейсбуке» были заполнены обычными футбольными новостями, но комментарии под ними продолжали источать яд. Я много раз думала написать, но решила, что за его профилем наверняка следит публицист. Я просто хотела услышать его голос, узнать, как у него дела.

Не все они были плохими. Были и комментарии, наполненные более дружелюбными голосами, добрыми душами, предлагающими благонамеренный баланс яду. Иногда они заставляли меня плакать, искренне умоляя заглянуть за дым и зеркала, за рамки фотошопа и дизайнерской одежды и оценить человека по тому, что у него внутри.

Несмотря на свой жесткий реализм, я лелеяла тайные фантазии о том, что Джейсон Редферн бросится в виртуальную выгребную яму и встанет на мою защиту. Эти фантазии, конечно, были нелепыми. Он хранил радиомолчание, и я его не винила. Я делала то же самое.

Конечно же, посыпались предложения с непристойными суммами за откровенные рассказы. Я не стала с ними церемониться. Я бы скорее оказалась на улице, хотя до этого мне предстояло бы пройти долгий путь, даже если бы чат окончательно расторг мой контракт.

Я была совершенно не готова, когда раздался этот звонок. Незнакомый номер звонил снова и снова, не оставляя голосового сообщения. Я ответила с опаской, надеясь, вопреки всему, что это кто-то из начальства чата пытается дозвониться до меня, но была готова в мгновение ока сбросить вызов, если это окажется кто-то из таблоидных стервятников. Это оказался ни тот, ни другой.

Мое сердце ушло в пятки, когда я услышала его голос:

— Не вешай трубку. Пожалуйста.

— Джейсон…

— Я хотел позвонить раньше, но было так много людей, которые буквально одолевали меня. Как ты держишься? Пожалуйста, скажи мне, что с тобой все в порядке.

Я была не в порядке, слезы уже наворачивались, но я не собиралась обременять его этим дерьмом.

— Все хорошо.

Он вздохнул с облегчением.

— Хорошо. Я пытался дозвониться по твоему номеру в чате. Он отключен.

— Меня отстранили от работы. Нарушение условий контракта.

— Черт. Мне жаль. — Его голос был таким печальным. — Тебе нужны деньги?

Предложение задело, хотя и было сделано из лучших побуждений.

— Я в порядке. Надеюсь, это временно.

— Мне так жаль, Джемма. Я не хотел, чтобы все так случилось.

Я не смогла удержаться от смеха, ужасного, смиренного смеха.

— Это не твоя вина, что у меня ужасная, эгоистичная сучка-подруга, Джейсон. Это я должна извиниться перед тобой.

— Пожалуйста, не надо. — Я чувствовала, как он улыбается. — Я скучаю по тебе. Пожалуйста, не позволяй всему этому дерьму в газетах достать тебя, все это чушь собачья.

Комок в горле заставил меня прохрипеть слова:

— Тебе нужно идти. Ты, должно быть, занят. Я смотрела игру в субботу по телевизору.

— Мне хотелось бы, чтобы ты посмотрела какую-нибудь получше, я дерьмово играл.

— Ты выглядел потрясающе.

— Я не чувствую себя потрясающе.

Как и я. Но я промолчала.

— Я видела выражение лица Эйприл, надеюсь, вам удастся остаться вместе. Ну, знаешь, ради дома и всего остального.

— Мне плевать на этот дом, Джемма. — Я услышала, как он провел пальцами по волосам. — Мне нужно идти, мы интенсивно тренируемся. Кажется, все важные матчи начинаются одновременно.

— Спасибо, что позвонил.

— Спасибо, что ответила.

Я так много хотела сказать, но ничего из этого не озвучила. Гудок отбоя ударил, как удар в спину, и у меня внутри все перевернулось.

Кара с Рэйвен прибыли в мой конец города и пришли с парой бутылок вина и охапками сочувствия.

— Ублюдки эти журналисты, все они, — выплюнула Рэйвен. — Ненавижу этих сукиных детей. Никогда ни о ком не скажешь доброго слова, пока они не здохнут или не станут частью их сомнительной политической повестки.

— Я не уверена насчет этого, — сказала я. — Но они довольно противные. По крайней мере, они, кажется, любят Эйприл Редферн.

— Только потому, что она их жертва, — сказала Кара. — Они любят хорошие душещипательные истории.

— Может быть. — Вино пошло на пользу. — Он позвонил мне.

Две пары бровей взлетели вверх.

— Звонил?

— Просто чтобы узнать, как у меня дела.

Кара практически набросилась на меня:

— Ты сказала ему, что скучала по нему? Пожалуйста, скажи мне, что сказала.