Американские дикари - Дж. Дж. МакЭвой

мертв. Каким-то образом я знал, что этого не произойдет. Птицелов потратил десятилетия на планирование и интриги, и я бы не удивился, если бы существовал какой-то план на случай его смерти. Нам нужно было не только покончить с ним, но и убедиться, что наши жизни, наш бизнес в безопасности.

— Пенни за твои мысли?

Я моргнул несколько раз, чтобы увидеть, что Мел вышла из воды, вытирая лицо белым полотенцем. Мой взгляд проследил за остатками водяных капель, скатившихся по ее груди, прежде чем я поднял глаза и встретился с ее карими глазами.

— Всего пенни? Ты можешь придумать что-нибудь получше, детка, — я подмигнул ей. Она закатила глаза, глядя на меня, но я мог видеть ухмылку, которая медленно расползалась по ее лицу.

— Хлорка начинает действовать на тебя, — сказала она, слегка наклоняясь и выжимая воду из волос, пока ворковала с Итаном.

Мои глаза проследили за линиями ее тела, и я сглотнул.

— Поверь мне, дело не в хлорке.

Она обернула полотенце вокруг себя, заставив меня надуться.

— Ты можешь отнести его в дом? Если это не действует тебе на нервы, это может раздражать его. Я не хочу, чтобы он надышался или что-то в этом роде.

— Покайфовать от хлорки? — Я рассмеялся, поднимаясь со стула и прижимая Итана к груди. — Серьезно, любимая, ты когда-нибудь знала кого-нибудь, кто получал кайф от хлорки?

Она шлепнула меня по руке.

— Эй, малыш на борту. — И чтобы доказать мою точку зрения, Итан немедленно засуетился.

— Я понятия не имею, от чего дети могут получать кайф, а от чего нет. Обычно они не в моей компании, и я не хочу рисковать, так что уходи.

Я посмотрел на Итана, пока качал его.

— Мамочка любит командовать, ты привыкнешь к этому.

Она закатила глаза и шагнула к уличному душу, чтобы ополоснуться.

Я был несколько озадачен, увидев Нила, который прислонился к дивану со стаканом бурбона и папкой в руке.

— Немного рановато, тебе не кажется? — Я спросил его.

— Говорит человек, который сказал: Бутылка в день спасет лучше доктора, — ответил он, делая еще один глоток из своего бокала. Подойдя к манежу Итана, я положил его внутрь, прежде чем вручить ему его любимую игрушку для прорезающихся зубов.

— В чем дело, Нил?

— Оливия ушла за покупками с мамой, поэтому я думаю, что сейчас самое подходящее время поделиться с тобой информацией, которую я собрал. — Он помахал передо мной папкой.

Подойдя к нему, я взял папку и бурбон, осушив одним глотком, прежде чем вернуть ему пустой бокал.

— Я предполагаю, что это из-за Оливии? — Спросила Мел, входя внутрь.

Теперь она была одета в шорты и простую футболку. Было странно видеть ее одетой так небрежно. Она, как и я, редко надевала что-нибудь простое.

Я кивнул и пролистал документы, прежде чем показать ей документ с единственной деталью, которая, как мы оба подозревали, была частью ее маленькой «сделки» с Птицеловом. Я не мог поверить, что она зашла так далеко.

— Она умрет, — стоически заявила Мел, крепко сжимая папку в руках. Один только ее тон, казалось, заморозил комнату.

— Я знаю, — ответил он.

Она сделала шаг вперед.

— Она хотела моего сына, Нил. Никто не сможет спасти ее от меня.

Он кивнул.

— Я знаю.

— Тебе лучше не бросаться на нас, Нил Каллахан, или я тебя усыплю. Я не хочу; я вижу конец этому. Все, что тебе нужно делать, это оставаться сильным.

Он снова шокировал меня, наклонившись к ней.

— Я не ребенок, босс. Я никогда больше не попаду в такую ситуацию. Она вернется через полчаса, займись этим, — произнес он, прежде чем уйти.

Я смотрел, как он уходит, но прежде чем он смог выйти из комнаты, я окликнул его.

— Нил.

Он сделал паузу, прежде чем повернуться ко мне.

— Возьми «Астон Мартин» Деклана.

Когда он ушел, Мел посмотрела на меня.

— Не смотри на меня так, — сказал я ей. — Нужно время от времени давать собаке кость, иначе она потеряет рассудок. — Деклан будет взбешен, так как он лично работал над этим делом, но он переживет это.

— Прекрасно. Он твой брат. Что еще говорится в документах?

— Очевидное, что мы владеем рестораном в центре города в качестве прикрытия для распространения кокаина. — Мне захотелось рассмеяться при этой мысли, и я видел, что ей тоже этого хотелось.

— Ресторан в качестве прикрытия? Конечно, может быть, если бы мы были в «Крестном отце». Птицелов раскусит это. Правило одиннадцатое: не гадь там, где ешь, как в переносном, так и в буквальном смысле.

— Спасибо за мысленную картинку, — съежился я. — Однако, похоже, что мой брат оформил сделку на наши имена…

— Что он сделал??

— Ненастоящую. — Проклятая женщина, не даёт мне закончить. — Это подделки, но для Птицелова достаточно доказательств. Я думаю, мы должны остановиться на этом. Мы увидимся с ним через несколько часов, и я уверен, что его люди уже ведут наблюдение. Почему бы не немного поиздеваться над ним?

Она обдумала это, прежде чем кивнуть.

— Тем временем, я думаю, мне следует немного поболтать с Оливией.

— Мел…

— Я пока не собираюсь ее убивать.

Почему я ей не поверил?

— Мелоди, я хочу, чтобы она была жива пока, поскольку она — наш ключ к Птицелову.

— Я знаю. Я спокойна.

Она была какой угодно, только не спокойной. Затем она прошла на кухню и, как ни странно, начала мыть посуду.

— Мел, что ты делаешь?

— Посуда

Никогда за все время, что мы были вместе, я не видел, чтобы она мыла гребаную посуду.

— Мел…

— Мне нужно занять свои гребаные руки, Лиам. А теперь, пожалуйста, перестань смотреть на меня так, как будто я сру на единорогов и лепреконов. Черт возьми!

И это она называет спокойная?

МЕЛОДИ

Было