Холодная. Книга 1 - Инна Инфинити

— Ясно, — я утыкаюсь в свою тарелку.

Несколько минут мы все едим молча. Я периодически ловлю на себе задумчивый и пристальный взгляд папы. Замечаю, что такой же он кидает на Максима.

— Кристина, а что по второму пункту моего сообщения? Какое решение ты приняла?

Моим первым порывом было застыть на месте с поднесённой ко рту вилкой. Но ни в коем случае нельзя показывать отцу, что его вопрос застал меня врасплох. Он делает это специально. Еще раз заставляет выбирать в присутствии Максима. Ни он, ни его мама не понимают, о чем меня сейчас спрашивает отец, поэтому спокойно продолжают орудовать приборами.

Я пристально смотрю отцу в глаза. Он меня испытывает.

— Я выбираю Гарвард, папа, — отвечаю, как можно более невозмутимо, — главное теперь, чтобы Гарвард выбрал меня.

Вторую часть моего предложения отец пропускает мимо ушей.

— Ты хорошо подумала? От таких решений зависит дальнейшая жизнь. И не только твоя.

На последних словах папа делает акцент. Мы все еще боремся с ним взглядами. Он все еще даёт мне шанс передумать. Но я могу сделать это только сейчас. Потом он мне не позволит отказаться от своего решения. У меня нет права на ошибку.

Я аккуратно отворачиваю голову от отца в сторону Максима. Жадно смотрю на него будто в последний раз. Он вяло ковыряет в тарелке, явно погруженный в какие-то мысли. Наверняка думает о сегодняшнем.

Я тоже мысленно возвращаюсь к событиям этого дня. Максим в моей комнате, отчаянно прижимает меня к себе. Аккуратно целует и обещает уйти навсегда. А уже через час устраивает на кухне пожар, чтобы оторвать меня от Егора. Просит не отдавать ему единственное чистое, что еще во мне осталось — мою невинность.

Вот только и сам он ее никогда не возьмёт. Ведь Егор его друг. И наши родители женятся. Какой ужас! Разве можно увести у друга девушку? Разве можно желать дочь отчима? Как же после этого смотреть им в глаза!

Я ненавижу его за это.

И все равно люблю.

Мой герой. Он навсегда останется им для меня. Только в его присутствии моя маска может трещать по швам. Только в его присутствии моя броня может распадаться на мелкие осколки. Только с ним я могу быть настоящей.

Только ему я могу проиграть.

Кажется, я затягиваю с ответом. Мы так и сидим: папа пристально смотрит на меня, я на Максима, а Максим в тарелку. Елена окидывает нас взглядами, но явно не понимает, что сейчас происходит.

Я поворачиваю голову к отцу. Секунду медлю с ответом, но в итоге произношу слово, от которого мне потом нельзя будет отказаться. Отец не даст.

— Гарвард.

Секунда, две, три.

Отец молчит. У меня еще есть шанс передумать.

— Хорошо, — наконец говорит он. — Ты сделала свой окончательный выбор.

Я утыкаюсь обратно в тарелку, пытаясь унять дрожь. Я только что отказалась от Максима. От надежды на совместное счастье с ним. Выбор сделан, назад пути не будет.

Хотя… Нет, это не я отказалась от Максима. Он первый отказался от меня. Из-за своей правильности, из-за своей морали. Растоптал то хрупкое, что между нами появилось.

А еще он совсем-совсем не помнит ту маленькую девочку, которую однажды спас от злых мальчишек. Хотя в новогоднюю ночь у него случилось дежавю. И я в детстве на фотографии показалась ему знакомой. Значит, не все потеряно. Он еще может меня вспомнить.

Вот только мне это уже не нужно. Я выбрала. Я уезжаю.

— Максим, а ты уже определился с вузом? — Голос отца возвращает меня из размышлений.

— Да, МГИМО. Международно-правовой факультет.

— Неплохо.

— У них есть направление, которое предполагает первые два года бакалавриата учиться в России, а вторые два года — в Женеве. Я пойду на него.

Папа одобрительно кивает.

— Там же в Женеве можешь сразу идти в какой-нибудь швейцарский банк корпоративным юристом.

— Да, у меня такой план. Буду изучать международное финансовое право.

После ужина мы с отцом сразу же покупаем билеты в Америку, визы у нас давно есть. Потом мы идём в библиотеку и начинаем подготовку к собеседованию. Папа меня не щадит. Заваливает самыми неожиданными вопросами, какие только можно придумать. Он загоняет меня в тупики, цепляется к моим словам и переворачивает их в свою пользу, а каждую мою заминку в ответе использует против меня.

— Кристина, нельзя думать над ответом на вопрос больше трёх секунд. Никогда! У тебя есть ровно три секунды, чтобы понять, блефуют перед тобой или нет, берут тебя на слабо или нет. Думаешь четыре секунды — и все, ты уже проиграла. Они видят, что ты не готова. У тебя есть ровно три секунды, чтобы распознать намерение оппонента и, исходя из этого, правильно ответить.

— Хорошо, папа. Я поняла.

С меня сходят несколько потов. Мы занимаемся с отцом несколько раз в неделю по три часа. Он ради этого даже стал пораньше возвращаться с работы.

— Неправильный ответ, Кристина! Сколько раз тебе говорить, что ты должна говорить не то, что думаешь, а то что надо. Мужу на кухне будешь своё мнение высказывать! А на переговорах ты должна говорить только то, что будет правильным в той ситуации.

Я устало опускаю веки и тяжело дышу. Но отец не даёт мне передохнуть.

— Так, еще раз. Мисс Морозова, почему, по вашему мнению, доля государства в экономике России превышает 50 %? Назовите три главных минуса высокой доли государства в ВВП страны. Как вы считаете, почему России не удалось перейти полностью на рыночные отношения?

— С 2013 года в России проводится политика консолидации банковского сектора. Какие последствия она несёт для рядового потребителя банковских услуг? Как вы считаете, мисс Морозова, санация банков с помощью вступления в их капитал Центробанком — оправданная мера? В каких странах делают так же? Или Россия — это прецедент?

— Мисс Морозова, к чему приведёт торговая война США и Китая? Действительно ли Америка от этого выиграет, как говорит Трамп? Насколько сократится отрицательное сальдо торгового баланса США после сокращения импорта из Китая?

Отец снова и снова засыпает меня самыми разными вопросами. Про права сексуальных меньшинств и харассмент мы уже давно не говорим. Это оказались самые легкие темы.

10 мая стремительно приближается, а мне кажется, что я ничего не знаю и ничего не умею. Я полностью погружаюсь в подготовку к собеседованию, так что у меня не остается времени ни на что другое. С Егором мы ни на какие выходные так и не уехали.