Доминика (СИ) - Марр Эмилия

— Мам, что это значит, что-то я не пойму, — наконец, я оторвала голову от плеча матери и посмотрела ей в лицо, но объятий не размыкала.

— Это значит, что я умирала, как переживала за тебя, что ты морально разбита, а я ничем не могу тебе помочь. Вот тогда Диме и пришла идея нанять человека, а вернее двух, чтобы присматривали за тобой. И они постоянно скидывали нам твои фото. И со временем и фото из женской консультации, а после и с животиком мы получили. Но ты молчала. Я не знала, что и думать. Видно, не такая я и хорошая мать, раз мой ребенок не пришел ко мне за помощью и замкнулся в себе.

— Нет, мам, я не из-за этого… — попыталась переубедить я маму со слезами на глазах. Все это время они знали и невидимо, но постоянно поддерживали меня.

— Ника, я не знаю, почему ты так поступила, но если захочешь, я с радостью послушаю твои мысли. Я уже настолько занялась самокопанием, что Дима предлагал приехать к тебе и поговорить или обратиться к психологу. Но я не согласилась. Раз ты не говорила — должна была быть причина. И я решила ждать, когда ты сама мне откроешься. И я рада, что дождалась. Потому что, поверь, я уже была на последней стадии. Уже готова была лететь к тебе. Но тут ты сама позвонила, и мы сразу же отправились в путь.

— Папа тоже знает?

— Нет. С ним я не так часто общаюсь. Единственное, я его попросила сообщить мне, если ты вдруг обратишься за деньгами. Чтобы и я добавила.

— Так вот откуда такие деньги. А я на них купила вот эту квартиру.

— Ты всегда была у меня разумной.

Я улыбнулась и крепко-крепко прижалась к маме.

— Я люблю тебя, мам.

— И я люблю тебя, дочка.

Так мы простояли минут пять, до тех пор пока не стали затекать руки и ноги.

Мы обе, по-своему, но были счастливы.

Мама пообещала поговорить с утра с отцом и все ему рассказать. Я была ей благодарна за это. Так мы и разошлись по своим комнатам.

Утром следующего дня приехал папа, и они с мамой и дядей Димой зашли в зал и закрыли двери.

Я с Юликом ушла гулять. Да, я струсила. Поэтому ушла под предлогом «погулять с ребенком».

Вернулась через два часа. Юлик устал, да и сама я была как выжатый лимон.

Папа открыл дверь, задержал на мне взгляд, а после опустил его на Юлика.

— Ну что, давай по новой знакомиться, внучок.

Юлика уложил спать дедушка. А после выдал мне такой нагоняй, что захотелось снова бежать!

За то, что скрыла, что меня обманули. Он захотел как отец заступиться за свою девочку и набить Максу морду. После получила за то, что скрыла беременность. Возомнила себя взрослой, а родителей как будто нет. За то, что не побежала к ним, как к самым близким моим людям.

Потом он попросил прощения, что разбил нашу семью. Что, возможно, при других обстоятельствах, я бы пришла к ним за советом.

В общем, наш разговор длился около трех часов. Мама иногда поддакивала ему, а иногда пыталась его образумить и советовала следить за словами, тем самым стараясь меня защитить.

Не знаю, сколько бы еще длился мой личный ад, но проснулся Юлик, и я побежала к своему спасителю. А когда вернулась с ним на руках, мы решили все вместе пойти на кухню, покушать. Моя кухонька с трудом уместила нас всех, но зато было по-настоящему весело и дружно, по-семейному хорошо.

Затем от меня потребовали рассказать о новой встрече с «этим Максимом».

Я рассказала. Опустив момент похищения и аукцион. Не хотела еще больше их нервировать.

А потом позвонил Макс и пригласил нас всех на ужин-знакомоство родителей и всего семейства.

Я нервничала как никогда! Все валилось из рук. Казалась бы почему? Ты же уже знакома со всеми! Так нет же! Все равно нервничала! Понравятся родители им, понравятся ли они моим родителям?

В общем, изводила себя как могла!

А дальше было хуже!

Что надеть?! НЕЧЕГО!!!

Перебрала весь гардероб. Сначала хотела нарядиться в коктейльное черное платье, а потом задалась вопросом: «Я что, на похороны собралась?!»

Отметаю этот вариант за ненужностью.

Далее — красное платье в пол с открытыми плечами. Эдакая женщина-вамп! А кого я собралась соблазнять на встрече родителей?

Снова возвращаю вещь в шкаф.

Зеленое платье, синее, короткое, длинное, мини, миди, макси…

У меня скоро голова взорвется!

В комнату вошла мама.

— Ну, как твои приготовления? Через час выходить.

Я стону, если заговорю, боюсь, расплачусь.

— Что, извечный вопрос мучит?

— Да. Что делать, мам? Что надеть?

— Сейчас посмотрим, что у тебя есть…

— Я сюда даже платья Лаймы накидала… уже и ее гардероб смотрю. Времени идти покупать нет.

Мама молчит, ничего мне не отвечает и перебирает платья.

Отворачиваюсь. Ничего не найдет. Пойду как лохушка на первое свидание в пафосный ресторан в джинсах и футболке!

Я уже готова завыть от безысходности ситуации.

— О! Вот это симпатичное! И думаю, ты в нем будешь как красивая конфетка.

Мама достала из наших закромов платье бежевого цвета. Вырез лодочкой, ниже колена. Юбка немного пышная, за счет подкладки. Красиво, скромно и со вкусом. Я это платье купила, чтобы надеть на день рождения Лаймы, а в итоге мы остались дома, так как Юлик начал температурить и мы не смогли никуда поехать.

Не могу сказать, что это лучший вариант, который мог бы быть, но из наших запасов — это самый подходящий наряд.

Мама тоже надела платье, отец и дядя Дима — смокинги.

Вызвав такси бизнес-класса, мы поехали по указанному адресу. Поначалу я не обратила внимания на адрес, а после прибытия поняла, что мы на набережной Москвы-реки и ресторан располагается на территории просторного теплохода.

Ночь понемногу входила в свои права, и от этого еще необычнее и красивее смотрелся теплоход на воде, отсвечивая своими огнями.

Родители познакомились довольно сухо. Нет, не так. Мои родители вели себя воспитанно и очень сдержанно. А вот Аристарх Витальевич, на правах хозяина вечера, пытался разрядить обстановку за столом, но, прямо скажем, у него это плохо получалось, так как мои родители не шли на контакт.

Братья сидели как по струнке. А вот Макса не было. Все ждали его. И как только он вступил на теплоход, мы начали свое путешествие по Москве-реке.

Стоило ему появиться в поле нашей видимости, мой отец и дядя Дима напряглись. Максимилиан приближался к нам уверенной походкой, а взгляд был направлен только на меня.

«А я, оказывается, уже успела по нему соскучиться, — пронеслось в моей голове, — а прошел только один день!!! Как такое возможно!?»

Он подошел к столу. Протянул руку, поздоровался сначала с моим отцом, затем с дядей Димой. А когда повернулся к маме, незаметно в его руках оказался букет. И он вручил его ей со словами: «Очень приятно познакомиться. И огромное спасибо за вашу прекрасную дочь, которая делает этот мир лучше».

Даже у братьев отвисла челюсть, что уж говорить обо мне. Услышать подобные слова от Макса?! Да ладно! Кто этот красивый мужчина передо мной?

— Доминика, дорогая, ты прекрасна, — проговорив эти слова, он также вручил мне букет цветов, — можно тебя на минуточку.

Все немного были удивлены просьбой Макса, но комментировать ничего не стали. Я вышла из-за стола. Макс подал мне руку, и мы направились на верхнюю открытую палубу.

Ночь была чудесной. Теплой. Легкий ветерок приносил прохладу.

Как только мы исчезли из поля зрения родителей, Макс развернул меня к себе и впился в жадном поцелуе в мои губы. Я с такой же жадностью и нетерпением ему ответила. Воздух в легких заканчивался, но так не хотелось прерывать наш поцелуй. Но нам пришлось это сделать.

— Я так по тебе соскучился за эти сутки, девочка моя.

Мне оставалось только замурлыкать от удовольствия. Я улыбнулась и прижалась щекой к груди Макса.

— Я тоже соскучилась. Очень.

— Я заберу тебя и Юлика к себе после ужина.

Я вскинула голову в недоумении.

— Макс, это будет некрасиво по отношению к моим родителям.