Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

Шагнул ближе, потому что ОНА, СТОЛ и моё желание её поиметь на этом гребанном предмете мебели уже ослепляло, понятно, что сейчас не место и не время, но это бы хоть как-то обозначить.

— Роман… Игор… ечич… — икнула Кравчик, расплылась в блаженной улыбке. — Вы такой… — пробормотала она. Да, она не так пьяна, как Польски, но разум явно мутнее, чем я думал. И что мне делать с такой пьяной и нелепой…

— Какой?

— Дурак… — пробормотала Кравчик, ничуть не обидев. — Что непонятного? — теребила ворот моей рубахи, изучая его пьяным взором. Сердце уже было готово выскочить из груди, где воздуха совершенно не хватало, и где его остатки застревали, не давая голове протрезветь.

— Ты нарываешься, — пробормотал я, очень надеясь, что моя догадка верна и это такой же нелепый флирт, как и его хозяйка. И тут Кравчик обмякла — раскинула руки и повисла на моих руках, свесив длинные локоны почти до пола.

— Роман, — в кабинет заглянула Ксения, но увидев эту картину, точнее Кравчик в моих объятиях, — пусть неадкватно обвисшую, — многоговоряще промолчала, и её красноречивый взгляд…

— На такси и домой? — решил не давать повода для сплетен раньше времени, а то, что о нас будут скоро судачить, даже к гадалке ходить не надо.

— Проще здесь спать уложить, — взгляд Ксю стал менее расстрельный. — Протрезвеет, проспиться… сама уедет.

— Вот и я о том же, — покосился на диван. Подхватил на руки бессовестно спящую Кристину, но уже на середине кабинета, кивнул Ксении: — К отлёту нужно успеть максимально, презентацию можем допиливать уже в самолёте, главное чтобы материал был.

— Вот я по этому поводу и пришла, — поморщилась Ксения. — Там приехал кое-кто на помощь к нам… Ждём в цехе. Там и комп мощный есть и сразу можно цветопробы делать…

— Понял, я сейчас, — кивнул, торопливо шагая к дивану. — Пьянь уложу и к вам!

— Оки, — хлопнула дверью Ксения: и стук её каблучков звучал какое-то время.

Я остановился у дивана. Кравчик мягко простонала, обвив меня за шею. Мучение моё! Пока укладывал, она то ли в меня носом зарывалась, то ли бесстыже меня вдыхала. Я уже матерился на чём свет стоит.

Твою мать! Она была такая нежная, отзывчивая и ластящаяся, что нестерпимо захотелось поцеловать. Но вместо этого стянул с себя пиджак, свернул и ей под голову положил. Зря так низко склонился, её аромат пусть и приправленный алкоголем, был мне приятен, возбуждал нездорового.

— Вы решили воспользоваться моим состоянием-нестояния? — не ожидал её тихого, чуть хриплого голоса. Она была очень близко, видимо я всё же хотел нарушить границы допустимого и собирался её поцеловать. Так и застыл в нескольких сантиметрах от её губ. Встретился с вопрошающим взглядом карих глаз.

— Мда, носить вас на руках и укладывать пьяной на офисный диван — предел моих мечтаний.

— Но вы уже раздевались, — уличила Кристина, — и поцеловать хотели…

— Пожертвовал свой пиджак, — оправдался тихо. — Вместо подушки вам.

— А поцеловать хотели вместо моей благодарности? — продолжала улыбаться нелепая девчонка. — Мол, если я не могу, вы сами возьмёте.

Мне нечего было ответить, да и дальнейшие оправдания бы меня ещё глубже зарыли в признании своих чувств. Она сама всё прекрасно поняла.

— Это так бессовестно мило, — хмыкнула дурашливо, моей щеки коснулись почти невесомо, но волнительно… А потом Кристина пальцами зарылась в мои волосы, выбивая у меня дух. Как завороженный на её полные губы уставился.

— Мило? — собственный голос не сразу узнал. — Бессовестно? — уточнил.

— Конечно, я ведь беспомощная и дурная, — продолжала убивать своим очарованием. — Тем более, вы мне больше не босс, а я больше не… помолвлена.

— Кравчик, — голос совсем скатился до хрипоты, в голове яростно запульсировала кровь, — я не любитель пьяных и не отдающих отчёта в своих действиях взломщиц, — с трудом находил слова, и с каждым озвученным аргументом мои доводы рассыпались все сильнее, потому что каждый из них, как бы это не было аморально, обострял желание до ненормальности.

— А жаль, — надула губы Кристина, — я ведь отказать не смогу…

— Бл*, - сглотнул сухим горлом.

— Целуй, — шепнула Кристина, — иначе…

И я вместо разумного — встать и помчаться в Цех, набросился на приоткрытые губы нелепой и такой откровенно очаровательной девчонки. Не знаю, кто из нас сильнее дрожал и вжимался друг в друга, но меня трясло от первобытного желания. И вроде я… не то стонал, не то рычал от голода из-за которого тело меня подводило. То кровь по жилам кипятком неслась, то холодом морозило, то опять жар… и бедное моё измученное хозяйство… пульсировало, едва от боли не разрываясь.

— Крис, — я на силу прервал поцелуй, и чуть не набросился вновь, когда она разочарованно застенала, а в помутневшем от желания взгляде мелькнула мольба продолжить немедля.

— Видят боги, я уже подыхаю, как хочу тебя затрахать. Они даже знают где особенно я тебя хочу и как, но, мать его, не сейчас!!! — даже не уверен, что это сказал, я ведь… не мог, с такой похоть уже не сражаются… берут, трахают, кончают… — Я по твоей милости без секса так долго, что скоро буду бросаться на всё живое, грудастое, задастое и в юбках…

— Простите, — опять простонала Кристина, — вы правы, конечно, — заворчала, смежая веки, — я опять всё порчу… — голос утих.

— Млять! — я закатил глаза, проклиная жизнь, что вечно какие-то проблемы устраивала, но я не мог работу на тормозах спустить и нырнуть в низменное с головой. Не мог секс предпочесть работе! Не настолько я отупел… от воздержания.

— Я приеду и мы…

— Угу, — сонно буркнула Кравчик и умолкла, мирно сопя.

Я опять чертыхнулся. Мне спешить нужно! В Цех!!!

Заставил себя оставить Кристину в кабинете. Даже мысли не мелькнуло, что она отыгрывала сонную и только уйду, примется ползать по документам, выискивая, чтобы слить… Больше я не ошибусь на её счёт. Милая девчонка — не шпионка! Глупыха, которую хотел использовать в своих целях Кравцов!

Я, Александра и Ксения стояли и уже четверть часа чуть ли не орали друг на друга, потому что старый текст с переводом на польский больше не укладывался в концепцию проекта, а нового перевода у нас не имелось. Одна считала, что “И та-ак сойдёт”, другая умоляла обзванивать языковые агентства, с которыми мы сотрудничали. Кто и что нам сделает в пятом часу утра — оставалось загадкой.

— Да никто это читать не будет! — воздевала руки к небу Ксения. — Господи, это просто презентационная модель! Она вообще ничерта не значит! Мы вообще польский выбрали как шаблон, ставьте туда рыбу-текст или пишите на английском!

— Ой! Тебе бы вечно только “рыбу” вставить и отвали моя черешня! — вопила в ответ Александра, а я стоял и обречённо смотрел на презентацию и скудный набор “сувенирки” который мы успели наштамповать за пару часов.

Из фирменного стиля имелся только худо-бедно собранный Ксенией логотип, который она спешно рассовала на мокапы; кусок плохо отрисованного паттерна, который почти никуда нормально не встал, но был каким-то божественным промыслом “вставлен”; и одна шрифтовая семья, которая оказалась нами куплена по ошибке пару лет назад и так и лежала с тех пор бесхозная.

— Так! Дамы! — перекричал повышенные тона сотрудниц, — Что мы имеем по презентации? — потребовал командным голосом. — Мне нужно понимание! — и я не шутил. Обе испуганно передёрнулись.

— Мы имеем… мы имеем… — Ксения закрутилась на месте. — Рекламные тачки заберут клиентов из гостишки…

— И кто это будет делать? — нахмурился, понимая, что подготовленные нами ауди уже давно ждут в Крыму, обклеенные старым паттерном.

— Я заказала самые ранние рейсы Егору и Дэнчику. Плёнку… выбираем и через три часа они там. К утру — успеют.

— Не успеют… — и я это знал.

— Успеем! — хором отозвались парни. Я с недоверием на них глянул, Егор и Дэн закивали уверенно и рьяно. Я нахмурился сильней.