Ширли Басби - Любовь возвращается

– Я должна была догадаться, – объявила она подбоченясь. – Очень смешно. Вам, тупицам, что, больше делать нечего, как только издеваться над бедными работящими женщинами?

– Ой, она ругается, – произнес Дэнни, еле сдерживая смех. – Как вам это понравится? Мое бедное сердечко начинает трепыхаться, когда она произносит нехорошие слова.

– Ох, понимаю, – промолвил Джеб, хватаясь за сердце. По его красивому лицу расплывалась широченная улыбка. – Я еле могу это выдержать.

Все они, за исключением Джеба и Боббы, были одеты в какую-либо форму: Дэнни – в свою защитную шерифскую, другие трое – в зеленую лесоохранной службы. И все улыбались во весь рот. Шелли показалось, что она узнала двоих других: Рика Хэнсона, который был года на два моложе ее, и Минго Дилэни, младшего брата Джеба, на три года ее старше. Еще один мужчина был примерно возраста Джеба, на висках у него была седина. Он показался ей знакомым, но она не могла сообразить почему. Возможно, он был другом Джеба?

Поигрывая бровями, Дэнни продолжал дразниться.

– Может, ты отшлепаешь меня за то, что таакой плохой мальчик?

Эм-Джей приложила палец к губам, словно обдумывая эту мысль.

– Я, пожалуй, могла бы это сделать, – наконец промолвила она, – если бы вспомнила, где оставила свой хлыст и цепи.

Хохот и свистки радостно приветствовали этот выпад, и Шелли, покатываясь со смеху, подхватила Эм-Джей под руку.

– Ладно, оставим их в покое, так ты их только подзуживаешь. Пойдем отыщем себе столик.

Помахав на прощание мужчинам, Эм-Джей позволила Шелли отвести себя к столику в уголке. Как только они уселись, Шелли огляделась вокруг.

Ресторан был невелик, и в это время дня в нем, кроме Джеба с компанией, была только одна пара: темноволосый мужчина и блондинка, сидевшие у дальней стены. Столиков было всего десять, и большинство рассчитано на четверых, лишь парочка – на двоих. Стол, за которым устроились Дэнни с приятелями, был единственным большим. Все столики – из красного калифорнийского дерева с блестящим уретановым покрытием. Стулья – самой разной формы: от бочкообразных, обитых кожзаменителем ржавого цвета, до тонконогих стальных с яркими сине-рыжими сиденьями и спинками. Стены покрашены белым с бордюром из синих гусей поверху и вокруг окон и двери. На окнах висели белые кружевные занавески, на полу лежал палас из ярко-синего твида. Дальняя стена, у которой сидели Джеб с компанией, была сделана из искусственного камня всех оттенков ржаво-рыжего. На каменном очаге стояла дровяная печурка. Сквозь стеклянную перегородку, отделяющую зал ресторана от кухни, Шелли разглядела повариху и узнала в ней Меган, сестру Хэнка. Она встречалась с ней на вечеринке, которую Шелли устроила в честь своего возвращения. Она смотрела, как Меган, заглянув в бумажку с заказом, шлепнула что-то на большую черную решетку гриля с большим вытяжным колпаком. Совершив это, Меган обернулась лицом к залу и начала что-то стряпать на столе перед стеклянной перегородкой.

– Ну как? Что ты об этом думаешь? – поинтересовалась Эм-Джей, наблюдая за тем, как Шелли пристально разглядывает обстановку.

– Очень… мило, – отозвалась Шелли и, продолжая осматривать зал, обратила внимание, что на каждом столе, кроме обязательных соли, перца, соуса «Табаско» и кетчупа, стоит большой кувшин ледяной воды, – уютно, по-сельски, но с некоторым изыском.

Они переглянулись и залились смехом.

К ним подошла Салли и положила на столик два меню. Ее карие глаза улыбались.

– Добро пожаловать в долину, – сказала она. – Жаль, что я не смогла прийти на твою вечеринку. Я очень хотела пойти, как и Тим. Он просто умирал от желания встретиться с тобой. Но обе девочки захворали гриппом, у них была лихорадка. Мы никак не могли их оставить одних. Слышали, что многое потеряли. – Она улыбнулась. – Как ты приспосабливаешься к нашей жизни? После жизни в Новом Орлеане это непросто.

Салли Адамс была частью их прежней компании, а ее родители, дедушки и бабушки много лет дружили с Грейнджерами и Магуайрами. Она почти не изменилась за прошедшие годы. Та же россыпь веснушек сияла у нее на носике, а волосы цвета корицы были по-прежнему коротко подстрижены и завиты. Крепкая фигурка не поправилась ни на фунт. От Эм-Джей Шелли узнала, что пятнадцать лет назад Салли вышла замуж за местного лесоруба и была гордой матерью двенадцатилетних девочек-близняшек. Улыбнувшись в ответ, Шелли отвечала:

– Все изменилось, и в то же время приятно видеть, какие замечательные перемены произошли в городке. Но мне было бы грустно, если бы здесь появился «Макдоналдс» или «Бургеркинг».

Салли рассмеялась и покачала головой:

– Это вряд ли случится: им нужно большое население. А здесь едва хватает дела для трех ресторанов в городке и «Бургер-плейс». И смотрите, не перепутайте время, а то у всех свои часы работы, так что вы легко можете остаться голодными. Мы, например, подаем только завтрак и ленч, то же самое в ресторане при гостинице. Но они открыты семь дней в неделю, а мы закрыты по воскресеньям и понедельникам. «Поворот реки», в твое время он назывался «Приют охотников», открыт только для обедов со среды до воскресенья. – Она ухмыльнулась. – Так что и не думайте попасть туда вечером в воскресенье, понедельник или вторник. Ничего не добьетесь.

– Я буду иметь это в виду, – отозвалась Шелли, просматривая меню. Оно состояло в основном из сандвичей, холодных и горячих, с цыпленком и бифштексом. Ее ничто не заинтересовало, и она спросила: – А что ты посоветуешь?

– Сегодня фирменное блюдо очень даже неплохое – Меган сооружает отличный рулет: ветчина, индюшатина, салат, помидор, лук с гуакамолевым соусом… причем гуакамоля она не жалеет. Он очень сытный, так что вы можете поделить его на двоих. Подается с супом или салатом. Сегодня из супов есть томатный с базиликом и картофельный суп-пюре. Оба очень вкусные. А можете выбрать салат из холодильника: макаронный, картофельный, зеленый, морковку с изюмом и фасолевый. Это обычные, но, по-моему, Меган сегодня сделала еще парочку новых, чтобы все попробовали. Если захотите, только дайте мне знать.

После краткого совещания Эм-Джей и Шелли решили поделить рулет на двоих и взять каждой по зеленому салату.

После того как салаты были поданы и Салли их покинула, Эм-Джей спросила:

– Как твоя жизнь? Я видела тебя на параде со Слоаном. Не хочешь рассказать мне об этом? Что происходит?

Да уж, назвать Эм-Джей деликатной язык бы не повернулся. Набив рот салатом, Шелли с трудом пробормотала:

– Рассказывать почти нечего… Эйси вроде как навязал нас друг другу. Ничего особенного не произошло.

– Ну да. Так я тебе и поверила. Ты же со мной говоришь, не забыла? Вы со Слоаном не могли приблизиться на пять ярдов, чтобы не случилось мгновенного пожара. Я помню, как несколько раз видела вас вместе. – Эм-Джей помахала рукой перед ее лицом, как веером. – Жарко. Жарко. Жарко. А теперь давай выкладывай.