Коварный супруг - Катарина Маура

— Я знаю, что Энцо происходит из длинного рода нефтяных магнатов, и что ваша семья всегда помогала им сохранить свое богатство и положение, используя любые средства. Ксав говорил мне, что это всегда были симбиотические отношения, но с Энцо и Ксавьером все изменилось. Насколько я понимаю, они стали настоящими друзьями, и Энцо хотел для всех вас большего, чем будущее, которое ждало впереди.

— Он рассказал тебе что-нибудь еще?

Я поднимаю бровь и вспоминаю каждое упоминание об Энцо.

— Он сказал мне, что еще до твоего исчезновения Энцо был тем, кто настаивал на том, чтобы вы перешли в законный бизнес, и помогал твоему отцу создавать и управлять корпорацией, закладывая основы для всего, во что превратился бизнес. После твоего исчезновения он, похоже, действительно взял бразды правления в свои руки и вывел вашу семью из тени, в которой они раньше работали.

Ви смотрит вниз.

— Значит, он не знает. Это хорошо, я думаю.

— Чего не знает?

Она смотрит мне в глаза и делает судорожный вдох.

— Если я расскажу тебе, ты пообещаешь никогда не рассказывать Ксавьеру?

Я киваю и легонько сжимаю ее руку.

— Конечно. У меня пять невесток — шесть, теперь у меня есть ты. Я привыкла хранить секреты, Ви.

— Мы с Энцо тайно встречались чуть больше двух лет, до того как меня похитили. — Она смотрит на брата, выражение ее лица измученное. — Он предложил мне сбежать с ним за несколько недель до этого, в нашу двухлетнюю годовщину, и я отказала ему, потому что не думала, что моя семья когда-нибудь простит меня. Это единственное решение, о котором я всегда жалела, даже больше, чем о том, что выбежала из дома после ссоры с ксавьером. Я должна была сказать «да», и если бы я могла вернуться в прошлое, это единственное, что я бы изменила.

Я в шоке смотрю на нее, не совсем понимая ее слов.

— Что? Тогда почему ты не сказала ему об этом, когда вернулась? Он явно тебе дорог, Ви. Если бы ты сказала, то, возможно...

Она покачала головой.

— Я собиралась, но к тому времени он уже больше года встречался с Тиффани, и я была так зла. Я просто... почему это должна была быть именно она? — Ви сжимает челюсти точно так же, как это делает Ксавьер, когда злится, и я прикусываю губу, чтобы не реагировать, давая ей возможность закончить свой рассказ и выложить все начистоту. — Тифф была моей лучшей подругой в детстве. Она была сестрой, о которой я всегда мечтала, но она также была единственным человеком, который знал о нас с Энцо, единственным, кто знал, как сильно я его любила. Предательство ужалило и разрушило все надежды, за которые я так отчаянно держалась. Это разрушило меня даже больше, чем все, что я пережила.

Она делает судорожный вдох, выражение ее лица становится задумчивым.

— Я думала о том, чтобы противостоять им, разыгрывала сценарий в голове каждую ночь в течение года подряд, но они казались счастливыми вместе на всех фотографиях, которые я видела, и я знала, что им лучше без меня. Я была сломлена, повреждена, а она явно стала ярким светом в его жизни. Я знаю Энцо и понимаю, что он будет чувствовать себя обязанным быть рядом со мной, но это не то, чего я хотела. Кроме того, как я могу вернуться в их жизнь и подвергнуть их опасности? Особенно после того, как Энцо приложил немало усилий, чтобы помочь моей семье выйти из тени. Я не могла так поступить с ним.

Валерия смотрит в окно, в ее взгляде тоска.

— Честно говоря, я понятия не имею, что я сейчас делаю, но я просто... я просто хотела увидеть их вместе и пожелать им добра, чтобы наконец отпустить и двигаться дальше. Я не хочу продолжать гадать, что случится, если он узнает, что я жива, или спать по ночам и гадать, думает ли он обо мне.

Я вздыхаю, обнимая ее. Как я всегда придерживался своего представления о счастливой жизни, так и она придерживается его, и в его представлении имя Энцо написано повсюду.

Глава 50

Сиерра

Ксавьер берет меня за руку, и я улыбаюсь ему, переплетая наши пальцы. Мне и в голову не приходило, что это наше первое появление на публике с тех пор, как мы объявили о своей свадьбе, и это на мероприятии, которое действительно имеет для него значение.

— Я хорошо выгляжу? — спрашиваю я, стараясь не выдать свою неуверенность. Меньше всего мне хочется смущать его, когда он представляет меня кому-то, кто ему действительно дорог.

— Ты выглядишь идеально, — говорит он, его глаза блуждают по моему телу. — Не могу дождаться, когда Валерия вернется в самолет сегодня вечером, чтобы мы могли побыть вдвоем.

Я обхватываю его за шею и поднимаюсь на цыпочки, чтобы прижаться к его щеке мягким поцелуем.

— Мы могли бы позволить ей остаться еще немного, — пробормотала я. — Я не против.

Он сужает глаза, пока мы идем по пляжу.

— Даже не пытайся. Я знаю, что вы двое в сговоре в эти дни — ей нужно сесть на самолет, Котенок. Это для ее же безопасности, и ты это знаешь. Здесь слишком много людей, слишком много угроз.

Я дуюсь, но все же киваю.

— Отлично, — бормочу я. — Но на день рождения я повезу ее на частный остров Зейна, и ты не приглашен.

Он хихикает и бросает на меня милый взгляд.

— Я не против, если ты возьмешь с собой достаточное количество охраны, — говорит он, и от того, как он смотрит на меня, у меня сердце замирает.

— Ты нервничаешь, — замечает он, похоже, забавляясь, пока мы идем к великолепному месту проведения церемонии на берегу моря. — Прошли годы с тех пор, как я в последний раз видел, как ты нервничаешь. Ты всегда бесстрашная, уверенная в каждом своем шаге.

Я поднимаю на него глаза и яростно краснею.

— Я нервничаю, — признаю я. — Как я могу не нервничать? Я боюсь, что сделаю или скажу что-то странное и произведу плохое первое впечатление. Я не хочу, чтобы твои друзья возненавидели меня или подумали, что я недостаточно хороша для тебя.

Он смотрит на меня с недоверием и поднимает бровь.

— Ты?