Инсинуации - Варвара Оськина

к родным пенатам? – не умолкал Коэн, с довольным видом оглядывая молодого человека.

– Вот, налаживаю деловые контакты.

Он махнул в сторону притихших Элис и Джо, а вновь прибывшие впервые обратили внимание на друзей. Что-то увлечённо печатавший в смартфоне Риверс соизволил на секунду отвлечься и кинул было равнодушный взгляд, но застыл, позабыв о незаконченном сообщении. Даже со своего места Элис видела мгновенно расширившиеся зрачки, когда, задержав дыхание, он посмотрел на мягко поблескивавшее в её ушах украшение. О, можно было прозакладывать голову и любимый сэндвич, что Риверс и помыслить не мог хоть когда-нибудь увидеть на ней свой подарок. А теперь пребывал в замешательстве, наверняка впервые не зная раздражаться или восхищаться неимоверной наглостью Элис. И прошло не менее пары секунд, прежде чем он взял себя в руки.

– Мисс Чейн, – нарочито сухо обратился к ней Риверс.

– Добрый день, мистер Коэн. Профессор. – Она по очереди кивнула каждому.

– Ох, мисс Чейн, какой приятный сюрприз! – Президент повернулся к своему спутнику и деликатно заметил: – Джеральд, ты не говорил, что твоя студентка будет на конференции.

– Здесь почти четверть докладчиков – мои студенты. Я охрипну, прежде чем закончу перечислять.

Лицо Риверса оставалось всё столь же бесстрастным, но взгляд скользил по фигуре Элис не с простой вежливостью. Профессору определённо нравилось то, что он видел, хоть Эл и не понимала, чем здесь любоваться. Другое дело он сам! Риверс уже успел где-то оставить пиджак и теперь привлекал жадные женские взгляды со всех концов немаленькой комнаты. Вид его прямой спины, вкусно обтянутой белой рубашкой, был совершенно нехарактерен для гика. Ох, а ещё были ноги. В тёмном сукне строгих брюк чёртовы неимоверно длинные ноги, которые Риверс чуть расставлял в стороны, чтобы казаться ниже. Право слово, с вашим ростом, профессор, это бессмысленно. И… Нет! Он по-прежнему не нравился Элис. Совершенно нет. М-да.

Тем временем, немного помолчав, он не к месту добавил:

– Мисс Чейн работает с Хиггинсом.

– И как налаживаются контакты? – Коэн снова обратил своё внимание на Лукача, бросив в сторону профессора удивлённый взгляд.

– Пока отлично. Я успел подробнее ознакомиться с докладом мисс Чейн. Превосходная работа. Джеральд, ты уже видел? – Весельчак из NASA явно не замечал, с какой неохотой общался Риверс. А может, и понимал всё, но намеренно выводил из себя мужчину, с которым был явно знаком.

– Разумеется, – последовал всё такой же холодный и короткий ответ.

Да уж, ознакомился вплотную. Только вот не с докладом, а с дурным характером Элис. Новый виток стыда начал путешествие к девичьим щекам. Это когда-нибудь закончится?

– Мисс Чейн, – внезапно обратился к ней Коэн, – простите меня, но я украду ненадолго Майкла. Не каждый день видишь любимых учеников.

Он обворожительно улыбнулся, но от Элис не укрылся брошенный в сторону Риверса тревожный взгляд. Кажется, Президент всё же почувствовал, что эти двое не желают находиться поблизости друг от друга.

– О, конечно, мистер Коэн. – Она улыбнулась кончиками губ.

Досада нарастала внутри. Ей, безусловно, было бы интереснее провести время с приятным мужчиной из NASA, чем с главной болью Бостона. Но выбирать не приходилось. Элис только надеялась, что профессор и сам не горел желанием пообщаться. Тем временем Джошуа шепнул что-то о начале новых докладов и убежал в конференц-зал, велев плюнуть на всех и поесть. Так что внезапно Эл осталась наедине с Риверсом. Вспомнив, что в левой руке до сих пор покоился надкусанный сэндвич, она прислонилась бедром к столику и впилась зубами в бутерброд.

– Вижу, вы не стали пренебрегать предложенным мной вариантом улучшений. Полученный результат явно стоил затраченных усилий, – неожиданно произнёс Риверс, пока ставил стаканчик в кофемашину, чтобы получить двойной эспрессо. Элис же чуть не подавилась куском хлеба, когда до неё дошёл смысл сказанного. Весь смысл. Похоже, профессор опять принялся за свои головоломки.

– Что вы, профессор, было бы весьма глупо отказаться от таких правок. Вы совершенно ясно обозначили свою точку зрения, и мне ничего не оставалось, как проверить её на жизнеспособность. – Она сделала глоток сока и отсалютовала ему бутылочкой. – Я должна поблагодарить вас за это.

– Принято, мисс Чейн. – И ей показалось, что по бледным губам скользнула первая настоящая улыбка. Но Элис не была уверена, профессор слишком быстро поднёс ко рту стаканчик с кофе.

Они усиленно делали вид, что говорят исключительно о программе, и это забавляло Элис сверх всякой меры, на какое-то время заставив забыть о ноющих ногах и раскалывающейся голове. Похоже, скоро она без сожалений подсядет на притягательную иглу двусмысленности, позабыв о нормальном общении. Хмыкнув, Элис уже собралась вернуться к стенду, но тут к ним подбежал запыхавшийся Хиггинс.

– О, Джерри! Хорошо, что я тебя нашёл, – нервно воскликнул он и ринулся к кофемашине. Элис удивлённо посмотрела на обеспокоенного руководителя.

– Сколько раз я просил не называть меня так, Мэтти! – едва слышно процедил Риверс, отчего Эл закусила губу в попытке не рассмеяться. Реплика предназначалась не для её ушей, но нужный адресат не расслышал.

– Что здесь делает Лукач? – Хиггинс нервно огляделся по сторонам, а Риверс хмыкнул и поднял бровь.

– Понятия не имею, – спокойно ответил он и сделал демонстративно равнодушный глоток.

Руководитель нахмурился, а затем, явно что-то увидев, чуть сдвинулся в сторону. Да так, что теперь Эл была скрыта от всего зала. Она недоумённо застыла. Да что с ним сегодня такое?

– Кстати, хочу попросить тебя о помощи, – быстро проговорил Хиггинс.

– Это будет из разряда «мы в заднице» или обычное «мать твою, мы в полной заднице»? В любом другом случае ты ко мне не обращаешься, – ехидно протянул мистер Ублюдок, и Элис тихо рассмеялась, на минуту забыв о странном поведении руководителя. Если Мэтью Хиггинс лажал со сроками, то это была задержка эпического масштаба.

– Попридержи язык рядом с леди, – возмутился тем временем руководитель, на что Риверс лишь насмешливо цокнул в ответ.

– Времена пошли не те, и твоя «леди» от услышанного слова «задница» в обморок не упадёт. Её эвфемизмы поражают меня не меньше, чем чистая непечатная лексика.

Риверс вернулся к своему кофе, а Элис стояла и думала, как было бы прекрасно уметь аннигилировать. Хоп! И она уже несётся где-нибудь на другом краю вселенной подальше от проклятого профессора. Увы, всё, что она могла, – сердито уставиться в наглые бесцветные глаза, которые смотрели на неё невинным взглядом святого. Вот гад! Хиггинс же рассмеялся.

– Твоя правда. Эл бывает редкостной злюкой.

– Я всё ещё стою здесь, профессор, – заметила она. Проклятая мужская солидарность!

– Так о чём ты хотел попросить? – вернул Риверс беседу в нужное русло.

Руководитель взъерошил рыжие волосы, в который раз дёргано оглянулся, а затем виновато посмотрел в сторону Элис. Она было удивлённо подняла брови, но следующие слова заставили судорожно стиснуть пластик в руке. Ох уж этот Хиггинс с его гипертрофированной заботой…

– Помоги Элис с интеллектуальным набором баз, – без предисловий сказал профессор, начисто проигнорировав разгневанный взгляд