Любовь это... Не для меня - Галина Джулай

заглянул Илья, он был в трусах и футболке. Говорить особо не хотелось, поэтому я кивал или пожимал плечами. Он ушел на пирс за вещами, а я так и сидел, потягивая пиво. Предчувствие чего-то нехорошего… Вру, предчувствие того, что это конец, заполняло мою душу, мои мысли. Гоню их прочь, не хочу верить. Ведь было все хорошо… Нет, последнее время было плохо, не стоит себя обманывать. Что я сделал не так?

В доме тихо, слышно, как тикают часы на стене. За окном сверчки и лягушки поют свои песни. А я все пытаюсь понять, что и когда пошло не так. Меня привлекает шум на улице, я явно слышал голос Ники. Подхожу к двери и замираю…

— Успокойся, прекрати — слышу голос Ильи и готов выскочить за дверь, но слова Ники меня заставляют прирасти к месту.

— Поцелуй меня, — просит она, и нетрудно догадаться, кого. Я так и не нажал на дверную ручку. Ком в горле, казалось, перекрыл дыхание. Жадно хватаю воздух. Пережить предательство одного человека — это одно, но потерять сразу двоих…

— У меня к тебе куча вопросов, — тем временем говорит Илья. — Но, похоже, сегодня ты не готова на них ответить.

— Почему? — слышу Нику и она не пытается говорить спокойно, она кричит, не боясь быть услышанной. — Чем я тебя не устраиваю? Нам же было хорошо той ночью… — нож в самое сердце, и я выхожу из своего укрытия. Хочу получить ответы, глядя им в глаза.

— Какой ночью? — спрашиваю я и смотрю уже на бывшую девушку и, наверное, на бывшего друга. Горько. Очень горько осознавать, как ты ошибался в людях.

— Мы переспали в начале года, это было до того, как вы начали встречаться, — Илья говорит спокойно, не отводит взгляд, и я готов ему верить. Но от этого не легче. Знать, что девушка, которую я люблю, побывала в постели друга, неприятно. Нет, не так — это капец, как неприятно.

Перевожу взгляд на Нику, она выглядит плохо. Хоть света тусклой лампочки, что горит на крыльце, недостаточно, чтобы видеть весь спектр ее эмоций, но ее опущенные плечи и то, как она обнимает себя руками, говорит о многом. И, конечно, слёзы на ее лице, которые она то и дело стирает ладонью.

Сердце сжимается, видя ее такой несчастной. Поэтому я решаю прекратить все эти разборки. Ночь, она пьяна, да и я на эмоциях. Поэтому говорю спокойно, хоть внутри и бушует ураган.

— Ника, ты пьяна, иди спать.

— Хватит! — ее словно в миг подменили, и она стала кричать. — Хватит быть таким хорошим! Как ты можешь? Прекрати!

Мы переглянулись с Ильёй. У Ники начиналась истерика, и я, подойдя к ней, хотел обнять, чтобы успокоить, разговора в таком состоянии у нас все равно не получится, но она оттолкнула.

— Ненавижу, Стас, я тебя ненавижу, потому что ты такой хороший… Я не заслуживаю тебя, понимаешь? Не люблю! Не хочу! — она орала сквозь слёзы и каждой новой фразой словно стреляла в упор. Сразу разрывными, чтобы все в клочья. Чтобы было больнее. — Я с тобой была, чтобы быть ближе к нему, — показывает она в сторону Ильи. Он стоит и явно пребывает в шоке от этих слов. — Он хотел избавиться от меня, — слёзы сменились смехом, истерическим, жутким.

Не выдержал. Дал Нике пощёчину. Истерика прекратилась. Она, схватившись за щеку, смотрела на меня зареванными глазами.

— Успокоилась? — она кивнула, а потом упала на колени и спрятала лицо в ладонях.

— Прости, прости меня, Стас, — она стала раскачиваться.

Я снова посмотрел на Илью. Он, как и я, ничего не понимал. Нет, кое-что, конечно, было совершенно ясно. Ника была со мной, чтобы быть рядом с ним. Теперь становятся понятны некоторые ее привычки, например, гулять с нами и держать нас под руки. Или то, как она обнимала Илью на прощание или могла положить голову на его плечо… Усмехнулся. Это ж надо было быть таким слепым…

Ника тем временем все повторяла:

— Прости, прости…

— Ника, Люба твоя сестра, — подаёт голос Илья. — Почему ты указала мне на неё?

Ника убирает ладони и смотрит на Шведа. Я не узнаю ее. Лицо искажено болью и ненавистью, а когда она начинает говорить, то все слова ее пропитаны ядом.

— А ты думал, я так просто отдам тебя? Ей? Нет, я терпела твою Лизу, всех шлюх, что лезли в твою постель… Но она… Я не могла отдать тебя ей.

— Ника, что за бред? — злиться Илья.

— Бред, — она снова смеётся, словно сумасшедшая. — Ты хоть знаешь, как больно мне было все это время? — яростно шипит она. — Я любила тебя с первого курса. На все была готова для тебя, а ты словно не видел меня… — все эти признания, врезались мне в самое сердце, причиняя новую боль.

— Зачем ты указала на Любу? — повторяет Илья свой вопрос.

— Чтобы она боялась тебя ещё больше, чтобы ты своими руками уничтожил ее доверие…

— Ты знала? — удивляется Илья.

— Конечно, думаешь, я не узнаю ник сестры?

— Она ведь особенная… — зло говорит Илья, — И ты все равно её подставила? После того, что она вытерпела в школе? Какая же ты тварь, — его кулаки сжимались, а взгляд был полон ненависти. — Скажи-ка, Ника, а как бы тебе жилось, если бы я не вытащил ее сегодня из воды? Или не смог откачать? А? Смогла бы жить спокойно, тварь?

Ника вскинула лицо к стоявшему над ней Илье, глаза наполнились ужасом, она смотрела то на Илью, то на меня, словно ища ответа, но я сам был в шоке от услышанного.

— Что? — почти неслышно спросила Ника.

— Да, Ника! Да! Она чуть не утонула… Ты этого эффекта добивалась, когда привезла меня сюда?

62

Илья

Кареглазка призналась. Рассказав о своем прошлом и страхах, которыми оно ее наградило, зажмурившись и прижавшись ко мне, она призналась, что боялась увидеть в моих глазах отвращение и… Начинаю об этом думать и кулаки сами сжимаются. Страшно, страшно представить, что было бы, если бы я не успел.

— Так что, Ника? Какая цель у тебя была? — нависаю над сидящей на земле девушкой.

— Нет. Я этого не хотела, — ее страх неподдельный, не знаю, может, и в самом деле понимает, что чуть не произошло. — Нет, нет… Я просто… Я думала… Думала, ты от нее отвернешься… Я хотела только этого…

— Для чего? Неужели ты думала, что я повернусь к тебе? Ты прекрасно знаешь, что наше общение держалось на Стасе. Так