Безжалостный наследник - Моника Кейн

Он медленно снимает запонки, осторожно расстегивает пуговицы на белой рубашке, не отводя глаз. Когда верхняя часть его торса обнажена, жесткие плиты мышц и змеистые татуировки выставлены напоказ, он садится в шезлонг и похлопывает себя по ноге.

— Ползи ко мне, — требует он.

Одетая только в черный кружевной бюстгальтер с демисезонной чашечкой, стринги и чулки до бедер, я играю роль покорной, ползу к нему на руках и коленях. Когда я уже совсем близко, я прижимаюсь к его твердому члену через брюки, нежно трусь о него щекой, как кошка в течке. Он останавливает меня, не слишком ласково потрепав по волосам.

— Не сегодня, krasotka. Садись ко мне на колени. Сейчас же.

Я ползу по его телу вверх, пока не оказываюсь на его коленях, вдыхая его пьянящий аромат, наши лица так близко, что мы дышим одним воздухом. Он склоняет свой рот к моему в чувственном поцелуе. Наши языки танцуют друг с другом, а Андрей тянется ко мне сзади, освобождая от лифчика. Прикосновение моей обнаженной груди к его горячей коже сводит меня с ума. И тут он ни с того ни с сего шлепает меня по одной груди, потом по другой. Сильно.

Я вскрикиваю от шока, но боль вскоре стихает, когда Андрей переводит рот к груди. Он сосет и тянет каждый сосок, двигаясь между ними в идеальном ритме. Сдвинув трусики в сторону, он вводит в меня два пальца.

— Такая охренительно мокрая, — хрипит он, касаясь моей челюсти. — Тебе нравится, когда я тебя направляю, правда, детка? Ты такая хорошая маленькая шлюшка для меня. — Его слова воспламеняют меня, и я не могу удержаться от отчаянного хныканья. Особенно когда его талантливые пальцы продолжают крутить и вертеть меня внутри, а его большой палец натирает круги на моем клиторе.

— Так близко, — задыхаюсь я, извиваясь у него на коленях в ожидании оргазма. Но он вдруг убирает пальцы: — Нет, — пролепетала я. За этим последовал резкий шлепок по моей киске.

— Я не давал тебе разрешения кончать. — Его тон жесткий и непреклонный. — Ты будешь кончать только тогда, когда я разрешу. Понятно?

— Да, сэр. — Я дуюсь, наслаждаясь игрой, в которую мы играем. Он подносит свои пальцы, пропитанные моим соком, к моему рту.

— Соси, — приказывает он. Я делаю то, что мне говорят, засасываю его пальцы глубоко в горло, пробую себя на вкус, обводя языком его пальцы.

Он вздрагивает, глядя на меня.

— Встань и медленно сними трусики. Оставь чулки и туфли на каблуках. — Пока мой муж сидит с только что налитым виски, я зацепляю большими пальцами бока стрингов и медленно спускаю их с ног, все время поддерживая с ним зрительный контакт. Его темные глаза следят за мной, как охотник за добычей.

Взяв с пола стринги, я протягиваю их перед собой.

— Я возьму это. — Он выхватывает стринги у меня из рук, глубоко вдыхает их, а затем засовывает в карман. — Ложись лицом вперед на скамейку.

На скамейку? О. Скамейка для порки. Сердце бешено заколотилось от осознания того, что это действительно происходит. Я буду обнажена, уязвима и полностью в его власти. Одна только мысль об этом сводит меня с ума.

Скамья для бондажа почти похожа на массажный стол, но с более низкими подушечками для каждой конечности, на которую можно опереться. Сначала я ложусь животом на мягкую кожаную обивку, а руками и ногами упираюсь в нижние полки. Получается, как будто я стою на четвереньках, но при этом везде есть опора.

— Тебе удобно, krasotka?

— Да.

— Хорошо.

Прохладный шелк скользит по моим глазам, а затем он затягивает повязку. Отключив зрение, я напряженно слежу за тем, как Андрей ходит вокруг скамьи, словно впиваясь в меня со всех сторон. В предвкушении, в воздухе нарастает напряжение, и я понимаю, что скоро он сделает свой ход.

— Красивая, — пробормотал он, прежде чем затянуть кожаные фиксаторы на моих лодыжках и запястьях и провести пальцем по моей влажной щели. — Форма этой скамьи делает тебя великолепно открытой для шлепков, порки, лизания и всех форм проникновения. Ты этого хочешь? — Его тон, хриплый и властный, усиливает мое возбуждение.

— Д-да. — Тишина. А потом щелчок его запястья, легкий свист и… охренеть. Что-то жжет мне задницу, но он убирает это прохладой своей ладони. Он снова бьет меня, на этот раз по другой заднице.

Он выпорол меня.

Пока я задыхаюсь и бесполезно дергаюсь, сопротивляясь ограничениям, боль перерастает в восхитительное удовольствие. Даже когда Андрей поддерживает постоянный ритм, интенсивность, жжение сразу после удара и потрясающие ощущения заставляют меня умолять его о большем.

— Помнишь, как ты была моей маленькой пленницей, полностью отданной на мою милость? — Он снова наносит мне удар. — Я все время думаю об этом. Ты была такой уязвимой. Как сейчас. — Он бьет меня до тех пор, пока моя задняя часть не начинает пульсировать так же сильно, как и клитор. Могу ли я кончить вот так? Несомненно, но я жажду большего.

— Ты мне нужен. — Мой голос похож на хныканье, моя киска сжимается, отчаянно желая его члена.

— Тебе нужен я внутри тебя, моя маленькая идеальная шлюшка? Моя жена.

— Да. — Это больше похоже на всхлип. Он прижимает свой член к моему входу, дразня щель, но пока не проталкивая его внутрь. Дразнить невыносимо, хуже порки. — Прежде чем я дам тебе свой член, скажи мне, кому принадлежит каждый сантиметр этого восхитительного тела? Кто скоро положит в этот живот ребенка.

— Ты, Андрей. Мой муж.

— Правильно, блядь. — Он входит в меня жестко и быстро. Ухватившись обеими руками за изгибы моей все еще болящей задницы, он вцепился в мою плоть, вбиваясь в меня. Ощущения усиливаются из-за моей чувствительной плоти и отсутствия зрения.

Он быстро движется во мне, его член толстый и совершенный, когда он входит в мое тело. Под кожей запульсировал жар, соски затвердели и болят, натирая кожу мягкой скамьи.

— Сильнее, — прошу я. Он отвечает мне тем же, предлагая интенсивность, которой я так жажду. Андрей всегда был доминантом в постели, да что там, во всех сферах своей жизни, но это… это нечто иное. Я вся дрожу от желания, я слышу его, смешиваясь со звуками наших шлепков по коже и вымученными стонами обоих. Его пальцы, вдавливающиеся в мою задницу, напрягаются, когда он приказывает мне:

— Кончай. Сейчас же.

От напряжения в его голосе у меня подгибаются пальцы на ногах, а его рука тянется к моему клитору спереди и щелкает его. Именно