Джулия Фэнтон - Великосветский прием

– Конечно, нужна, но не до такой же степени. Тебе надо подзаправиться, зарядить аккумулятор, сменить свечи, иначе ты сломаешься в самый неподходящий момент.

Несмотря на усталость, Александра повеселела.

– А куда ты рекомендуешь поехать?

Дерек улыбнулся и широким шагом направился к карте Соединенных Штатов, прикнопленной к стене.

– Место выбрать несложно. Что тебя больше всего привлекает? Горы? Реки? Леса? Каньоны? Пустыни?

Александра рассмеялась. Энергия Дерека поистине била ключом.

– Право, не знаю.

– Тогда слушай меня. – Дерек взял желтый мелок, закрыл глаза и покружился на месте, словно собираясь играть в жмурки, а потом подался вперед и ткнул мелом куда попало. – Монтана! Отличный штат: дикий Запад, дикая природа. – Он наклонился, чтобы повнимательнее рассмотреть свою метку. – Одни названия чего стоят: Биллингс, Бозмен, Хелена. И конечно, Скалистые горы, Сисси. Пол штата занимают горы. Смотри-ка, вот национальный парк «Глэсиер». Представляешь, какой там целительный воздух!

– Дерек, уймись! – смеялась Александра. – Неужели я должна ехать в национальный парк «Глэсиер» только потому, что ты ткнул туда пальцем?

– А почему бы и нет? Тебе требуется отдохнуть от политики. В национальном парке политикой и не пахнет. Подговори своего именитого приятеля, Ричарда Кокса, чтобы он съездил с тобой в Монтану. Пусть покажет себя на природе – вот тут-то и станет ясно, мужчина он или нет.

– Я и так знаю, что он мужчина.

– Неужели? – шутливо изумился Дерек.

– Да ну тебя! – воскликнула Александра. – Мы вовсе не... Я хочу сказать... А, ладно.

Дерека позвали к телефону. Александра задумалась. Ей в самом деле требовался отдых. Возможно, что она получит возможность увидеть Ричарда таким, каков он есть.

Она протянула руку и подвинула к себе телефон.

Через три дня, когда Ричард уточнил свой график, а Александра подлечила кашель, они полетели на личном самолете Кокса в город Калиспелл, штат Монтана.

К счастью, у обоих были разношенные туристские ботинки, но Александре понадобилось кое-что для прогулок в горах, и Ричард помог ей выбрать все необходимое в магазине походного снаряжения.

– Откуда вы так хорошо разбираетесь в туристских принадлежностях? – полюбопытствовала Александра, выходя из магазина. – Мне казалось...

– Вам казалось, что я городской увалень? Представьте, я с десяти лет хожу в горы. Меня приохотил к альпинизму отец. Где я только не бывал. До сих пор горные вершины для меня лучшее лекарство от усталости и неудач.

Александра не ожидала такого признания.

Они заранее заказали два номера в гостинице «Мэни Глэсиер», примостившейся на самом берегу озера, у подножия величественных гор. Из окон виднелись заснеженные вершины, отражавшиеся в зеркале озерных вод.

Выйдя из машины, взятой напрокат в Калиспелле, Александра не смогла скрыть своего восхищения. Она впервые воочию увидела зубчатые горные хребты, прорезанные ущельями, каменистые кручи под пологом хвойных лесов и снежные шапки на вершинах в разгар лета.

Это был суровый, неприступный, поражающий своей первозданностью мир. У Александры от волнения забилось сердце: в этом мире они будут только вдвоем.

– Дух захватывает, правда? – Ричард смотрел на нее с улыбкой; Александра никогда прежде не знала его таким молодым и беззаботным.

– Еще как! Можно подумать, что мы перенеслись на миллионы лет назад, к самому сотворению мира. Я сразу влюбилась в эти горы.

– А я влюбился в тебя, – сказал Ричард.

– Что? – Александра не верила своим ушам. Она повернулась к нему лицом, все еще держа в руке пластиковый пакет с походной одеждой.

– Ты умеешь радоваться жизни, Александра. От тебя исходит душевное тепло. Я никогда не встречал таких людей, как ты. – Ричард взял лицо Александры в свои ладони и привлек ее к себе.

Сначала их поцелуй был легким и осторожным. Но вот Ричард крепко прижал Александру к груди, и ей показалось, что она растворяется в его объятиях. Пакет выпал у нее рук. Ричард нетерпеливо искал языком ее рот.

Александра задыхалась.

В гостиницу возвращалась шумная стайка туристов. До Александры донеслись насмешки и хихиканье.

– Не обращай внимания, – сказал Ричард, с неохотой отпуская ее от себя. Он раскраснелся не меньше, чем Александра. – Сейчас я отмечусь в гостинице и отнесу наверх наши покупки.

Они остановились у нависающего над пропастью гранитного выступа и сняли рюкзаки. Их окружали вековые ели, сосны и густые кусты можжевельника. В маленьком круглом озерце утонуло небо. Где-то поблизости щебетала птица. В горном воздухе веяло прохладой.

– Взгляни, – тихо сказал Ричард. – Вон там, справа, за соснами.

Александра увидела четырех оленей, грациозных и пугливых, которые неслышно появились из-за деревьев, опасливо озираясь вокруг.

Александра и Ричард несколько минут наблюдали за лесными жителями, но те встрепенулись и пустились наутек, подняв маленькие хвостики, словно белые флажки.

– Какая красота, – произнес Ричард. – В такие минуты можно подумать, что Бог все-таки есть.

– Причем совсем близко, – подхватила Александра. – А мы – как первые люди на земле.

– Как Адам и Ева?

– Только современные, – смеясь, уточнила Александра. – Ева в штормовке и Адам в темных очках.

Он тоже рассмеялся, но тут же посерьезнел.

– Знаешь, что я тебе скажу, Александра? Ни с одной женщиной мне не было так легко, как с тобой. Мне спокойно, ничто меня не тяготит, я отдыхаю душой. – Ричард вздохнул, откинулся спиной на отвесную скалу и подставил лицо солнцу. – Только сейчас я почувствовал, как мне нужен был отдых.

– Твоя жизнь, как мне кажется, состоит из сплошных стрессов. Ты постоянно ставишь перед собой новые цели.

– И нередко терплю крах. Моя женитьба на Дэррил кончилась полным крахом. Наверно, я просто хотел доказать всему свету, что Ричард Кокс может завоевать любую женщину, какую пожелает.

– Мы все делаем ошибки, – мягко сказала Александра. Ее глубоко тронуло его признание.

– Но первую жену я действительно любил. Это была светлая личность. Гленда могла бы стать прекрасной матерью, но у нас не было детей, потому что она перенесла тяжелую операцию. Она умоляла меня усыновить какого-нибудь малыша, но я не согласился.

– Это жестоко, Ричард.

– Понимаю. Ее это больно ранило, – с горечью выговорил Ричард. – И я знал, но почему-то не мог уступить. Я хотел, чтобы у нас был родной ребенок, мой наследник.

– Приемные дети тоже становятся родными.

– Когда до меня это дошло, – глухо сказал Ричард, – ее уже не было в живых. Черт возьми, я просто схожу сума, так мне хочется иметь детей, Александра. Я прожил сорок четыре года. Кто знает, сколько еще мне отпущено судьбой?