Robin Alexander - Тайна Глории

Слабая улыбка появилась на губах Ирис.

- Тогда почему он суетится, когда я это делаю?

- Каждый малыш суетится, считая, что он уже большой для этого, - сказала я. – Ты же знаешь это по своему опыту.

- Да, пожалуй я знаю это, - сказала Ирис с довольной улыбкой.

Адриан протянула свои руки и, обняв Ирис, притянула ее к себе.

- Он счастлив… немного запутался, но счастлив. Вы с Коулом проделали замечательную работу, и он чувствует себя любимым.

- Я не хочу оставлять его, - сказала Ирис, вытирая глаза.

- Ну, ты не можешь взять его на свой медовый месяц. Это бы перекрыло большую заслонку на вашем секс-фестивале, который вы – два урода – собираетесь организовать, - сказала я и получила по тычку от Ирис и Адриан. – У нас с Тедди большие планы на то время, когда вы оставите его с нами. Но я говорю тебе прямо сейчас, что я не несу никакой ответственности за то, что он может сказать или сделать, когда вы получите его обратно.

- Я собираюсь вздремнуть с моими мальчиками, а то я испытываю огромное желание избить тебя, девчушка, - она обняла Адриан и сказала ей, как сильно она ее любит. Потом она схватила меня и прижала к себе: - Тебя я тоже люблю, хоть ты и болван.

День пролетел незаметно, Адриан и я сделали последние приготовления. Когда, к нашему удовольствию, все было готово, я приняла душ и, взяв джип, с большим трепетом отправилась за мамой и Вандой. Эта вечеринка на самом деле протестирует наши отремонтированные отношения, и я молилась о том, чтобы они выдержали эти испытания.

Все мои надежды рухнули, когда мама встретила меня у дверей с ее вкладом в эту вечеринку. С чувством огромного страха я загрузила две коробки урагана в джип. Знаменитый напиток был известен тем, что самых здравомыслящих людей превращал в идиотов, и я подумала – какое же влияние он окажет на дикий экипаж. Возможно, что никакого. Они две недели трудились над своим иммунитетом к алкоголю. А вот мама и Ванда – это совсем другая история… хотя, может быть, это было не так уж и плохо.

- Хочешь, я поведу машину? – спросила мама с ехидной улыбкой.

- Ммм… - я посмотрела на Ванду, чьи глаза распахнулись, она мотала головой, умоляя меня сказать «нет».

- А почему – нет? – я бросила ключи маме и залезла на пассажирское сидение джипа. Ванда поднялась в машину за мной, шепча проклятия под нос. Глядя на нее, я громко рассмеялась.

- Что смешного? – мама посмотрела на нас обеих.

- Я люблю тебя, мама, но ты самый худший водитель на свете, - Ванда шлепнула меня по голове.

- И ты просто так дала ей ключи!

Мама запрыгнула в сидение водителя, завела двигатель и посмотрела на меня.

- Худший водитель, да?

Она выжала сцепление, включила передачу, и мы прыгнули на дорогу, как будто кролик убегает от гончей. Она смеялась, как гиена и гнала машину по обочине дороги, позволяя придорожной растительности хлопать нас с Вандой по лицу. Она кричала самые странные вещи, какие я когда-либо слышала из ее уст.

Она лихо затормозила недалеко от бара. Мы втроем так сильно смеялись, что никак не могли выйти из джипа. Потом мама отправилась прямиком в ванну, чтобы исправить испорченный слезами смеха макияж, а мы с Вандой на дрожащих ногах понесли коробки с ураганом в бар. Адриан стояла и наблюдала за нами, подняв брови в недоумении.

- Святое дерьмо! Это ураганы! – заорала Эллисон остальному экипажу.

Сара и я сложили все бутылки в огромную ванну со льдом и начали в мощном миксере смешивать водку, ром и джин. Дикий экипаж стоял, разинув рты, как стая голодных собак стоит в ожидании своей порции мясных обрезков.

Адриан представила всех друг другу после того, как мама привела в порядок свой макияж. Когда прибыли две дочери Ирис, процесс знакомства начался снова. К тому времени, когда разошлась первая партия ураганов, все были знакомы друг с другом и готовы пить дальше. Адриан и я напомнили всем, что надо не только пить, но и есть все те горы продуктов, что сложены на «шведском столе». Еда, однако, не расходилась так же быстро, как ураганы, а я вскоре снова очутилась за стойкой бара, смешивая новую порцию напитков.

Бедной Ирис пришлось надеть фату, наряженную презервативами, и ожерелье из пластиковых пенисов. Я сомневаюсь, что она согласилась бы на это, если бы не власть водки, рома и джина, смешанных вместе. В подарках, которые подарили Ирис члены дикой банды, были нижнее белье, которое заставило бы покраснеть даже стриптизершу, эротические смазки на любой вкус, и вибратор в прозрачном футляре. Это заставило Ирис смеяться до слез.

- Он бы мне очень пригодился несколько лет тому назад, - сказала она, поднимая вибратор для всеобщего обозрения.

Мама сидела рядом с Ирис и записывала, кто какой подарок подарил. Сначала ее лицо было малиновым, но после пары ураганов, это перестало ее смущать. Она, несомненно, присутствовала на многих свадьбах, но я была готова держать пари, что едва ли там подавали ураганы.

Музыка наполнила бар, и толпа начала танцы. Я заняла место Сары в баре, чтобы она тоже могла повеселиться. Адриан вскоре присоединилась ко мне, и мы вместе наблюдали за мамой и Вандой. Дочери Ирис – Елана и Николь – гораздо позже присоединились к этой компании и были почти трезвы, но Сара и другие гости уговорили их выйти на танцпол.

Следующая песня была прервана громким ревом сирены, дикий экипаж перестал танцевать, все смотрели на вход в бар. Все остальные заметили их реакцию и тоже посмотрели туда же. Мужчина в очень плохом подобии полицейского мундира вошел в бар и положил свои руки на бедра.

- О мой Бог, Хайден, - воскликнула Адриан, схватив меня за руку, - это же фальшивый Обиа!

Адриан и я истерично засмеялись, получив хмурый взгляд от Бабы-простыни, ставшей стриптизером.

Тем не менее он взмахнул своей дубинкой над головой и затрёс своими тощими бедрами. Он медленно продвигался к Ирис, которая смеялась так же неудержимо, как и мы.

- Мне придется наказать тебя, - сказал он с очень сильным карибским акцентом, - ты очень горячая женщина.

Он подтолкнул Ирис к стулу и заставил ее сесть на него, а потом вытащил пару наручников.

- Ты сумасшедший дурак, если думаешь, что тебе удастся надеть это на меня, - смеясь сказала ему Ирис. Не обращая внимания на ее слова и с помощью Рори, ему удалось сковать ей руки сзади.

Я посмотрела на маму, которая вместе со всеми пела «Возьми его».  Кто это такая? - спрашивала я себя. Женщина, которую я знала, была утонченной и даже брезгливой. А эта потела и выла песню, как помешанный на удовольствии субъект, и ее невестка делала то же самое.

- Этот остров изменит тебя, - цитировала я Адриан и Ирис, глядя на свою мать.