Лайза Аппиньянези - Память и желание. Книга 1

– Ну что ж, послушаем, как вы поете.

Она отвела Сильви в бар, где стояло без дела старое, сиявшее лаком пианино. Сильви сыграла сначала Моцарта, потом игривую мелодию Сати, спела бульварную песенку, сентиментальную балладу, двусмысленный шансон военной поры, как раз входивший в моду. Джазовые композиции исполнять не рискнула.

Хозяйка заметно подобрела.

– Очень хорошо. Когда вы можете приступить?

– Хоть завтра, хоть сейчас. Когда хотите.

– А платья у вас есть? Ну, вы понимаете. – Толстуха сделала красноречивый жест, который, в ее исполнении смотрелся очень комично.

– Кое-что найдется, – торжествующе улыбнулась Сильви.

И она начала выступать в ресторане гостиницы. Во время обеда она играла на пианино классическую музыку, которая пришлась солидным обеденным клиентам по вкусу. Они хвалили хозяйку, а пианистке оставляли чаевые. Вечером, в баре, Сильви выступала с иным репертуаром – день ото дня он становился все рискованнее. Через неделю о новой певице из «Отель дю Миди» говорил уже весь город. В отель валом повалили клиенты.

– Хорошо, просто отлично, деточка, – не могла нарадоваться мадам Кастельно, глядя, как ее невестка Надин едва успевает крутить ручку кассового аппарата. Надо сказать что невестка – тощее создание с кислой физиономией – взирала на Сильви куда менее благосклонным взглядом.

Но Сильви не обращала на нее внимания. Недели через три после начала ее новой карьеры в баре появился Анджей Потацкий. Именно на это Сильви и надеялась. Она рассчитывала, что ее популярность поможет молодому поляку ее отыскать.

Допев песню, она подошла к его столику.

– Так и знала, что ты меня найдешь, – сказала она.

Анджей привстал и поцеловал ей руку с неизменной галантностью.

– И ты еще сомневалась? – усмехнулся он, кривя тонкие губы. – Я ведь обещал, что приеду в Марсель и найду тебя. А я всегда держу свое слово.

Сильви была счастлива. Она смотрела в его глаза, такие же ярко-синие, как у нее.

– Это ваш младший брат? – спросила подошедшая хозяйка.

– Да, почти, – засмеялась Сильви.

Анджей был моложе ее всего на год или на два, но выглядел совсем по-мальчишески.

Потацкий поклонился и, предложив Сильви руку, повел ее к выходу. Они направились в маленькое уединенное кафе.

– Я вижу, у тебя все в порядке, – разбавляя водой пастис и улыбаясь своей обычной кривой улыбкой, сказал он. – Маленькая тигрица на арене.

– Как видишь. – Сильви звонко засмеялась, чего с ней не случалось уже много недель. – А зачем ты сюда пожаловал?

Анджей загадочно пожал плечами и ничего объяснять не стал.

– Напрасно ты используешь свое собственное имя, – упрекнул он ее. – Этого делать не следует. И имя Жардина тоже трепать ни к чему. Во всяком случае, на эстраде. Поговори с хозяйкой, объясни, что это тебе неудобно. Придумай себе какой-нибудь псевдоним, не слишком заковыристый. – Он посмотрел на бутылки вина, выстроившиеся на стойке, и снова сверкнул белозубой улыбкой. – «Шато-Латур» – то, что надо. Звучит очень по-французски. Латур – отличный псевдоним. Поляки сейчас не в моде, а семья твоего мужа слишком известна в городе. – Внезапно Анджей посерьезнел. – Жакоб вернулся?

Сильви покачала головой, лицо ее опечалилось.

– Ничего, не беспокойся, – утешил ее Анджей. – Пока я в Марселе, я за тобой присмотрю.

Сильви хотела задать ему вопрос, но он отмахнулся:

– И ни о чем меня не спрашивай. Выполнишь просьбу?

– Конечно.

– Хорошо. Я знаю, ты умеешь хранить тайны.

Он незаметно огляделся по сторонам и сунул ей маленький пакет с эмблемой известной кондитерской.

– Нет-нет, – улыбнулся Анджей. – Это не конфеты для тебя. А жаль. Отнеси сверток в порт, в Христианскую матросскую миссию. Сделай это завтра. Пакет отдашь священнику из рук в руки. Больше никому. Спросишь у него, нужна ли ему какая-нибудь помощь. Скажешь, что тебя прислал Андре. Поняла? Не Анджей, а Андре. – Он встал. – Ну, мне пора. И я не смогу проводить тебя до гостиницы.

– Когда мы снова увидимся? – поспешно спросила Сильви. – Где я смогу тебя найти?

– Я сам тебя найду. – Он весело помахал ей рукой и исчез.

Глядя ему вслед, Сильви думала, что Анджей похож на обычного легкомысленного парня, у которого на уме лишь развлечения да озорные выходки. Но она знала: под маской беспечности скрывается острый, четкий ум и жгучее желание видеть Польшу свободной.

На следующий день, когда Сильви приближалась к белоснежному зданию Христианской матросской миссии, она все еще думала об Анджее. В руках у молодой женщины была большая сумка. Сильви приветливо улыбнулась встретившемуся по дороге жандарму. Поскольку в последнее время она стала местной знаменитостью, дарить ослепительные улыбки вошло у нее в привычку. Все лучше, чем чувствовать на себе подозрительные и откровенно враждебные взгляды.

В этот момент она увидела фигуру, показавшуюся ей знакомой. Сильви чуть было не окликнула прохожего по имени, но вовремя спохватилась. Чисто выбритый мужчина в аккуратном голубом костюме был поразительно похож на Робби, английского солдата, сопровождавшего ее в поездке на юг.

Англичанин тоже не подал виду, что узнал Сильви. Однако, когда она вошла в здание миссии, он последовал за ней.

– Сильви, вы так меня напугали! Я думал, что вы громогласно обратитесь ко мне по-английски, прямо на глазах у жандарма. Вы же знаете, что на нас идет охота.

– Да, с меня бы сталось, – виновато улыбнулась Сильви. – Слава богу, вовремя сообразила.

– Что вы здесь делаете?

– Мне нужно встретиться со священником.

Сильви огляделась по сторонам. Только сейчас она заметила, что в помещении много людей и все смотрят на нее выжидательно.

– Это вон там, – подвел ее Робби к лестнице, глядя на Сильви с явным любопытством.

– Нет, Робби, я не стала религиозной. Не пугайтесь.

– А жаль, барышня, – раздался у нее за спиной голос с мягким акцентом.

Сильви обернулась и увидела священника с добрым, улыбчивым лицом.

Робби откашлялся.

– Эта леди хотела с вами повидаться. Я вам про нее рассказывал, помните? Это она помогла мне сюда добраться.

Священник пригласил ее к себе в кабинет.

– Чем могу служить, барышня?

Сильви передала ему пакет, сказала, что это от Андре. Заглянув через плечо священника, она увидела, что в пакете коробка, плотно набитая продовольственными карточками.

Из-за толстых стекол очков на Сильви смотрели серые, проницательные глаза. Священник видел перед собой молодую привлекательную женщину, во внешности которой ощущалось нечто необычное… Пожалуй, детская импульсивность. Женщина схватила священника за руку: