Кейт Лэндон - Это случилось в полночь

Харрисон достал из машины большой сверток и протянул Микаэле.

– Это прилагается. Здесь твой новый фотоаппарат со всеми возможными аксессуарами.

Взгляд Микаэлы не отрывался от лица Харрисона.

– Что с твоей губой? Она разбита.

Кольцо Рикко нанесло небольшой ущерб. Настоящую опасность представлял Галлахер, человек, который предварительно изучал противника, с которым хотел сразиться. Харрисон не доставил ему такого удовольствия, но готов был защищать то, что любил, только сейчас он начинал понимать, как сильно он любил Микаэлу в течение этих долгих лет.

– Переезжай жить ко мне, – сказал Харрисон тихо, из-под полуприкрытых век наблюдая за ее реакцией.

Он хотел защитить ее. Он хотел по ночам слышать рядом ее дыхание и знать, что она в безопасности. Обычно тщательно подбирающий слова, он был изумлен тем, что озвучил свою необходимость быть с ней рядом. Он держал коробку с камерой под мышкой, а в горячем неподвижном воздухе между ним и Микаэлой витал запах тюльпанов.

Микаэла прислонилась лбом к груди Харрисона, чтобы он не мог видеть выражение ее лица. Зеленая оберточная бумага зашуршала, когда Микаэла отрицательно покачала головой.

Харрисон закрыл глаза, его тело – сплошной комок нервов, внизу живота – ощущение пустоты и желания… Он так ждал этого момента… и в то же время понимал, что Микаэла не захочет иметь перед ним никаких обязательств.

– Это из-за того, что я утаивал то, что знал? Теперь ты мне не доверяешь?

Ее блестящие шелковистые волосы шелохнулись, когда она вновь покачала головой.

– Я с трудом преодолела все это. Прошло десять лет. И вся эта история коснулась тебя, когда ты был совсем еще мальчишкой. Жизнь тебя сильно побила… Дело во мне. Я жила с человеком…

Рука Харрисона двинулась и, прежде чем он успел это осознать, зарылась в шелковые пряди, нежно потянула их, поднимая лицо Микаэлы к своему. Заходящее солнце осветило ее энергичное лицо, эти прекрасные глаза поймали блестящее голубое небо и твердо встретили его взгляд.

– Я не он, – сказал Харрисон, осознавая, что в его голосе звучит грубоватое ворчливое разочарование. Неужели она так любила Дольфа, что для него места уже не осталось? Харрисон проглотил комок в горле, понимая, что он, по сути, и не ухаживал за ней, не говорил красивые слова, чтобы завоевать ее. Ему бы следовало подождать, подождать до ужина при свечах с приглушенной музыкой, подождать до обручального кольца на ее руке.

Харрисон втянул поздний полуденный воздух, пахнущий свежескошенной люцерной, приближающимся дождем и неповторимым соблазнительным запахом Микаэлы. Его грудь болела так, словно от него что-то оторвали. Он знал этикет делового общения, но в романтических отношениях – а на изучение этого у него никогда не хватало времени – ему еще необходимо было совершенствоваться.

– Сейчас я привожу в порядок свою жизнь, Харрисон. Меня нельзя торопить. Все происходит слишком быстро.

«Слишком быстро, – вяло подумал он. – Я ждал ее целую жизнь, а Галлахер ждать не будет».

Харрисон заставил себя разжать пальцы и отпустить волосы Микаэлы. Жесты и чувства были очень простыми, но именно так он ощущал себя с Микаэлой – словно они были мужем и женой и она была второй половиной его сердца и души. Он знал, что другой такой женщины у него не будет и без нее его жизнь опустеет. Чарующий летний ветерок опутал его смуглую кожу паутиной блестящей ласки ее волос. Несмотря на чистое небо, еле заметная тень набежала на его лицо, и он покачал головой.

– Ты боишься снова потерпеть неудачу. Ты не уверена в том, что завтра не уедешь из города в поисках лучшей работы, и ты не хочешь чувствовать себя связанной. У тебя ни в чем не будет неудачи – у тебя их никогда и не было, – но решение за тобой.

– Да, и я еще не готова его принять. Харрисон? – спросила она, когда он протянул ей коробку с камерой и направился к своему пикапу.

Харрисон поднял большую коробку на плечо и повернулся к Микаэле. Его «Что?» было нетерпеливым, на грани взрыва.

Микаэла обдумывала эту несдержанность. Его не было три дня, и он еще сердится на нее?

Она прокрутила эту мысль. Харрисон был логически мыслящим человеком, он бы мог понять, что ей нужны объяснения, и серьезные… особенно если он хочет углубить их отношения, живя вместе. А он ничего не хочет объяснить – почему?

– Аарон Галлахер пожертвовал приличную сумму Историческому обществу Шайло. Он предложил выкупить особняк Кейнов, а для общества построить новое здание. Миссис де Рено – за то, чтобы продать здание, которое ты передал им в дар. Аарон хочет жить в особняке Кейнов, восстановить его прежний вид. Ему нравится Шайло. Он хочет осесть здесь. Он, оказывается, очень доброжелательный человек.

– О-хо-хо. – Харрисон отлично знал, чего хочет Галлахер, и это совсем не было желанием найти свой дом. Галлахер делал быстрые ходы, окружая Харрисона, вынуждая его вступить в поединок. Микаэла была лишь одним призом, Галлахер охотился за чем-то еще, за чем – пока не было ясно. Если он посмеет прикоснуться к Микаэле… Харрисон почувствовал, как его тело пронзила настоящая ярость, и он заставил себя отвести взгляд от этих небесно-голубых глаз.

– Боюсь, что миссис де Рено отозвала свое имя из числа спонсоров телестудии. Это связано с…

– Я знаю – с моим прошлым и подмоченной репутацией.

Харрисон ожидал, что Галлахер будет вести кампанию, напоминая общественности о «наследии» Кейна.

В безопасности своей палаты в лечебнице Сиэтла Джулия Кейн мысленно блуждала среди окружавших ее мрачных теней, которые медленно, но верно пожирали ее разум. В моменты просветления она осознавала, что терпит поражение в борьбе с мраком, грозящим навсегда уничтожить ее. Лекарства, назначаемые в лечебнице, только отодвигали встречу с прошлым и с чувством вины, отупляя то, что еще осталось от ее блестящего ума. Ее поверенный называл ее Джулией Кейн, хотя в истории болезни она числилась как Джулия Монро. Поверенный знал, что должен потакать ее прихотям, так как иначе она не станет исполнять фокус, которого он ждал от нее больше всего, – делать для него деньги. По-своему он боялся ее, так же как она боялась… кого же она боялась? Что это был за мужчина, который нанес ей такую ужасную рану?

У своего поверенного Джулия брала кипы газет. Он, конечно же, не догадывался, что одна особая газета интересовала ее больше всего, остальные газеты она лишь бегло просматривала, выбирая и запоминая финансовую информацию. В вайомингской газете «Шайенн» новостью передовицы было сообщение об обнаружении тела Марии Альварес.

Махнув дрожащей рукой, Джулия велела мужчине уйти. Ну что ж, он дал ей возможность порыться в газетах, думая, что она отыскивает «прибыльные дела», потом он вернется, а тем временем она…