Диана Морьентес - Эволюция чувств

— Милый, это совсем не больно! — Наташа игриво улыбнулась и снова поймала себя на том, что «примеряет» на своем лице такое выражение, какое наверняка было бы в такой же ситуации у Максима. Ну что ж, подражать так подражать до конца! Подлезла ему под нос и чмокнула невозмутимого Максима в губы. Потом еще и еще. Зависнув сантиметрах в двух от его лица и глядя ему прямо в глаза, прошептала с любовью: — Ты мне нравишься. В тебе столько раскованности, артистизма! Мне очень интересно тебя пофотографировать! К тому же, ты мне обещал!

Да, с этим не поспоришь. Смиренно дождался, пока Наташа оденется (она уже начала шмыгать носом) и так же покорно принялся ей позировать. Правда, сперва не воспринял это занятие всерьез: кокетничал с ней и норовил все время перевести «беседу» в более романтическое русло.

— Максим, у тебя очаровательная улыбка! — хныкала девушка. — Но, пожалуйста, пару секунд подержи серьезность на лице!

Кадра после пятого втянулся. От него, собственно, почти ничего не требовалось: Наташа диктовала все до последнего штриха, причем, управляла настолько мягко, что ему даже нравилось. Наташа фотографировала его и в полный рост, и крупным планом, и вся остальная компания весело издевалась над ними. Андрей кричал из-за стола:

— Наталья, а меня ты можешь сфотографировать так, чтобы я был таким же стройным?

Все подколки прекратились, как только парочка скрылась в Костином джипе с тонированными стеклами.

Костя, несмотря на свой диплом юриста, так и остался бы отличным автомехаником в пыльном рабочем комбинезоне, приятно пахнущем смесью бензина, смазки, антифриза и еще чего-то неопознанного. Если бы не его супруга голубых кровей. Костя вообще с автомобилями на «ты», это у него от бога. Но вот жена его, Полина, и ее папенька никак не могли смириться с тем, что будущий муж и зять работает в грязном, вонючем автосервисе. Вот и выделил папочка доченькиному жениху денежку на то, чтобы тот открыл свою нотариальную контору (ведь образование-то юридическое!) и впредь пах только французским парфюмом да офисной атмосферой. Полина совершенно не признает простоту, поэтому никогда не появляется в их «безродной» компании. Она абсолютно неприспособленна есть шашлык, да еще и руками! Не выносит их глупых разговоров и отсутствия утонченных манер. И пить обычное домашнее вино из пластикового стакана она будет только под страхом смерти. Но, в общем-то, из-за ее снобизма Полину и не особо рады видеть здесь. Костик вполне счастлив, слава богу, ему она не запрещает общаться с его примитивными приятелями.

Она-то не запрещает, но к хорошему быстро привыкают, и Костик сам все чаще и чаще откалывается от компании, чтобы проводить вечера на комфортабельных загородных виллах с друзьями своего тестя, или покататься с женой по Черному морю на собственном белоснежном катере. Сейчас его жена ждет ребенка, и Костик, как псих, бегает по всем магазинам и скупает все детское, что попадается ему на глаза. А Полина уже второй раз переделывает ремонт в детской комнате.

Говорят, деньги портят людей. Но Макс в этом сомневается, глядя сначала на Костика, а теперь и на Наташу. Костика деньги, напротив, сделали великодушнее, по крайней мере, по отношению к друзьям. Допустим, в дорогих ночных клубах Костик сам целиком оплачивает счет за спиртное и за закуски на всю компанию. Говорит, он не разорится, ведь видит своих друзей не так уж часто. А Наташа, несмотря на то, что сама денег не зарабатывает, и они сыплются на нее совсем безвозмездно, все же отлично понимает, что за все в жизни нужно платить.

…Наверно, из нее, действительно, выйдет хороший фотограф. С ней расслабляешься. Ей доверяешь. Хотя смотришь даже не ей в лицо, а в круглый, затягивающий, как смерч, глаз объектива. Или смотришь вообще мимо — туда, куда она поставит пальчиком твой взгляд. Признался ей, что ему всегда не нравится, как получается на фото его нос. А Наташа только кивнула:

— Да, я знаю, в чем дело. Я слежу, чтобы освещение правильно падало. И ракурс стараюсь подбирать. Должно получиться хорошо.

Фотки в машине будут самыми лучшими! Здесь полутень, хотя открыты багажник и дверца водителя, чтобы на улице было слышно музыку. А Наташа с Максимом — на последнем ряду. Она даже осмелилась попросить его снять майку! Но эта смелость — не от алкоголя, а от жажды творческого самовыражения. Эта обстановка — темнота, заднее сиденье автомобиля — просто требует добавить в кадр немного обнаженного тела для легкого эротизма. Так и объяснила ему, а Макс улыбнулся:

— Да ладно, не оправдывайся! Лишь бы ты сама не смущалась.

Сделав еще несколько снимков, отложила фотоаппарат и села рядом с Максимом. Деловито пожала ему руку и похвалила:

— С тобой очень легко работать!

Максим улыбнулся такому комплименту и предложил:

— Давай, теперь я тебя поснимаю? Не бойся, раздеваться я не попрошу!

— Я с удовольствием… Только в другой раз, когда мой синяк заживет. Ладно? Я просто не хочу потом смотреть на свои фотки и вспоминать эту стычку с мамой.

Ее глазки наполнились грустью, и Максим, конечно, уступил. Протянул ей объятия и позвал:

— Иди ко мне!

Но Наташа робко заметила:

— Ты же без майки!

Максим рассмеялся:

— Ну и что?! Я же мальчик, мне можно!

Потянулся, пошарил рукой по передним сиденьям, обнаружил свою майку и оделся.

— Так лучше?

— Я просто растерялась…

— Я понимаю.

Валялась в его объятиях, иногда целуемая любимым, и казалось, что они с Максимом были вместе всегда. Может, просто много событий случилось в один день, и возникает ощущение, что это была тысяча дней? А может, когда любишь, всегда чувствуешь, что знаешь этого человека уже целую вечность?

Скинула свои кроссовки и забралась на сиденье с ногами, повернувшись лицом к своему парню. Смотрела на него и не могла насмотреться. Грохот музыки так оглушал, что из памяти стирался весь мир, и оставалось только то, что видишь перед собой.

— Знаешь, что я заметил? — обратился Максим к ее ушку. — Ты всегда так скромно меня обнимаешь, как будто я разрешаю прикасаться только к моим плечам. А ведь я весь твой, а не только плечи!

— Я бы уже давно всего тебя облапала, — улыбнулась Наташа, — если бы ты был моложе.

— Для тебя это тоже проблема?

— Это не проблема! — ответила девушка искренне. — Я имею в виду, что меня это останавливает. Я боюсь, что нельзя, что ты меня поругаешь. Тогда, в «Аквариуме», я погладила тебя вот здесь, — Наташа указала пальчиком, — и мне было так стыдно! Ты себе не представляешь, как мне было стыдно!!!

— А мне было приятно. Ты не сделала ничего, что могло бы меня шокировать.