Уэнди Маркем - Свидание вслепую

Вот зачем, например, в разговоре с Хомяком он, сам того не желая, назвал Мэгги «похотливой бабенкой»?

Если бы это услышала Мэгги, она бы не полезла в карман за ответом. И уж такой обиды она бы точно ему не простила. Чарли отхлебнул из новой кружки пива и помрачнел еще сильнее. Это не укрылось от внимания Хомяка.

– Может быть, тебе уже достаточно? – обеспокоенно спросил он у Чарли.

– Не волнуйся за меня, старина! Давай выпьем еще по одной! За прекрасных дам!

Хомяк вздохнул и взглянул на часы.

– Боюсь, мне пора, – сказал он. – Извини, но я должен идти!

– Ну, пока! Бармен! Еще кружку – только для меня!

Сегодня с раннего утра было не только холодно, но и вьюжно. Снегом замело всю Сорок четвертую улицу. Отряхнув пушистые снежинки с волос и потопав ногами о ковровую дорожку у входа в отель «Ройалтон», Мэгги поздоровалась с темнокожим швейцаром, услужливо распахнувшим дверь, и невольно улыбнулась, услышав, от него отчетливо произнесенное приветствие: «Добрый день, мадам!» Его низкий голос и осанистая фигуpa в костюме в стиле Джавахарлала Неру удачно гармонировали с роскошью вестибюля и общей атмосферой богатства и солидности.

Однако Мэгги не была уверена, что день сложится для нее удачно, хотя шикарный интерьер отеля и настраивал ее на оптимистичный лад.

Будь на то ее воля, она бы встретилась с Джексоном в ином месте, более скромном и уютном. Но Джейсон остановил свой выбор именно на этой гостинице, возможно, потому, что именно сюда он приглашал ее на их первое романтическое свидание.

Убрав кожаные перчатки в карман пальто, Мэгги окинула взглядом барную стойку, высматривая Джейсона. Сегодня в баре было людно, озябшие влюбленные и туристы с удовольствием пользовались гостеприимством этого заведения и наслаждались царящими там теплом и покоем.

Джейсон сидел в дальнем углу бара с прижатым к уху сотовым телефоном и с кем-то негромко разговаривал. Мэгги он пока не заметил.

Воспользовавшись этим, она присела на диванчик и попыталась мысленно воссоздать обстановку их первого свидания. Но от отчетливой когда-то картины остались только разрозненные тусклые эпизоды. Видимо, их с Джейсоном отношения с самого начала не были достаточно яркими, чтобы надолго сохраниться в ее памяти.

В отличие, к примеру, от ослепительно ярких воспоминаний о каждом мгновении, проведенном с Чарли.

Приказав себе не думать о нем, Мэгги направилась к Джейсону. Он сильно изменился: загорел, исхудал, ссутулился. Чарли по сравнению с ним выглядел вальяжно и солидно, хотя она и укоряла его за невнимание к своему внешнему виду.

«Все, – сказала себе Мэгги, – больше никаких сравнений!»

Однако трудно было не отметить, что и Джейсон одет неряшливо и нелепо – в линялую розовую сорочку, выглядывающую из-под потасканного грязновато-бежевого свитера, и маскировочные армейские штаны. Так одеваются, как правило, бродяги и приезжие из сельской глубинки. Чарли в подобном наряде Мэгги даже представить себе не смогла. Возможно, потому, что он рисовался ее воображению главным образом нагим. Ей вдруг вспомнился их утренний разговор.

– Ты не хочешь сходить со мной в церковь на утреннюю мессу? – спросила она, пытаясь высвободить свою руку, за которую он тянул ее в постель, еще не остывшую от ночных забав.

– Я не посещаю церковь ни свет ни заря! – Чарли зевнул и отпустил Мэгги. – У себя в Гринич-Виллиджя хожу обычно на позднюю службу.

Тем не менее чуть позже он согласился пойти с ней, чему Мэгги была очень рада.

Но почему такие странные воспоминания посещают ее перед ответственным разговором с Джейсоном? Пусть они с Чарли и прослушали сегодня вместе утреннюю мессу в храме, она же знает, что особой набожностью и целомудрием он не отличается, у него на уме развлечения и секс до полного изнеможения.

Глубоко вздохнув и приказав себе не отвлекаться, она предстала перед Джейсоном именно в тот момент, когда он завершил свой телефонный разговор.

– Мэгги! – воскликнул Джейсон и неуклюже обнял ее. – Ты выглядишь роскошно!

– Спасибо. А ты… – Она осеклась, поймав себя на мысли, что он ей кажется чужим, незнакомым человеком. – Ты стал гораздо стройнее…

– Правда? – Джейсон рассмеялся и тряхнул головой. – А мама считает, что я чересчур похудел, и настаивает, чтобы я лучше питался. Забавно? Для нее я все еще маленький мальчик! Первым делом она приказала повару приготовить для меня роскошный завтрак.

Как ни странно, упоминание о благах, доступных богатым, не вызвало у Мэгги зависти, хотя еще совсем недавно она просто мечтала войти в высшие сферы нью-йоркского общества. Ей представился небритый Чарли, бегающий по кухне босиком, в трусах, со сковородой в руке. На завтрак они готовили глазунью из шести яиц. После еды Чарли отправлялся в ванную бриться.

Мэгги попыталась было выкинуть Чарли из головы, но он тотчас же вновь вспомнился ей, когда она села на стул рядом с Джейсоном: шелковый пояс на ее черных брючках сдавил ей талию, несколько увеличившуюся благодаря усиленному питанию, навязанному ей прожорливым Чарли.

– Как прошел полет? – спросила она, положив сцепленные пальцы рук на колени.

– Отвратительно! Во-первых, вылет задержали, во-вторых, самолет нещадно трясло, в-третьих, меня плохо покормили. В общем, все как обычно!

– Но багаж-то хотя бы не потеряли?

– Слава Богу, нет!

Мэгги казалось странным, что они говорят о таких банальных вещах после трехмесячной разлуки. Неужели им больше нечего обсудить или сказать друг другу?

Официантка, похожая на Синди Кроуфорд, взяла у них заказ – два бокала красного вина – и удалилась, виляя роскошными бедрами. За столиком воцарилась томительная тишина. Джейсон задумчиво смотрел в окно, казалось, он считал пушистые снежинки за ним. Мэгги, кусая губы, затравленно озиралась по сторонам, тщетно пытаясь придумать тему для беседы.

– Ты рад снова очутиться дома? – наконец спросила она.

– Да, конечно! – машинально ответил он, опустив глаза.

– В чем дело, Джейсон? – Мэгги устала от игры в молчанку. – Ты не решаешься мне что-то сказать?

Мэгги терялась в догадках. Если ему каким-то образом стало известно о ее отношениях с Чарли, то она будет все отрицать. Или притворится, что всего лишь заигрывала с ним от скуки, напомнит Джейсону об их уговоре, в общем, что-нибудь придумает. Однако Джейсон избавил ее от вынужденного вранья.

– Мне надо кое-что тебе сказать, Мэгги! – вздохнув, начал он.

Она напряглась. Значит, все-таки у него кто-то есть! Он влюблен в другую! В какую-нибудь царицу джунглей, очаровательную дикарку!

– Ты любишь ее? – неожиданно для себя спросила Мэгги, хотя не ощущала ни ревности, ни сожаления, ни обиды.