Барбара Бреттон - А может, в этот раз?

Кристина не стала вдаваться в комментарии по поводу того, почему ни факсы, ни письма по электронной почте, ни даже сообщения на автоответчике не были ею изучены.

– Давайте вернем в шоу тот кусок о занятиях сексом днем. Зрителям понравится.

– Не то.

– Хорошо. Другая история про секс и теннис. Видео­материал уже отработан. Все, что потребуется, это написать комментарий. Я успею.

Санди поморщилась.

– На той неделе, может, и пойдет, но сейчас нужно что-то острое и новое. Слейд рассказал мне любопытную историю, связанную с материалом в сегодняшней передаче «Доброе утро, Америка». Если бы ты смогла раскопать что-нибудь насчет пропавшей принцессы, у нас было бы хоть что-то стоящее.

У Кристины все сжалось внутри. Спокойно, сказала она себе. Ты бывала и не в таких переделках. Улыбаясь, она повернулась к Слейду.

– Опять «король в поход собрался»?

– Нет, – сказал Слейд, поднимаясь со стула и вытя­гивая свое долговязое тело наподобие складного метра. – На этот раз далеко ходить не надо.

Кристина лишилась дара речи, но тут же взяла себя в руки.

– Не томи, дружок, – сказала она, читая вызов в его глазах и принимая его. – Интересно послушать, о чем речь.

– Да, в общем, ничего конкретного, любовь моя. Кус­ки да обрывки.

– На них и держимся. Никогда не знаешь, что за тайны открываются по кускам и обрывкам.

С этими словами Кристина удалилась, сославшись на необходимость срочного монтажа материала о Первой леди, а сама помчалась вниз звонить в Хакетстаун. Джо, по сло­вам няни, еще не приехал.

– Я могу передать Джозефу ваше сообщение, – ска­зала няня.

– Нет, благодарю. Я перезвоню позже.

Кристина с каждой минутой волновалась все больше. Такого рода сообщения не передают по телефону через об­служивающий персонал. Надо ехать домой. Краем глаза Кристина заметила долговязую фигуру. Слейд стоял при­слонившись к стене у выхода.

– Боже!

Надо было найти достойный выход из положения. Кри­стина, улыбаясь, направилась к фотографу.

– И давно ты тут стоишь?

– Недавно, – ответил Слейд, как бы ненароком скользнув в комнату, где был кабинет Кристины.

Ей ничего не оставалось, как последовать за ним.

– Итак, – сказала она, изобразив улыбку, – собираемся снимать телезвезду в процессе борьбы за повышение рейтинга?

Слейд, не дожидаясь разрешения, сел и положил на стол ноги.

– На самом деле я пришел узнать, что тебя так задер­жало, любовь моя.

– Вот так дела, – с шутливым вздохом заметила Кри­стина, – стоит раз в жизни опоздать на работу, как все думают, что уже конец света.

– Я не это имел в виду.

– Тогда что же привело тебя сюда?

– Беременная принцесса. Я все время спрашивал себя, сколько времени тебе потребуется, чтобы собрать мозаику.

Лгать больше не имело смысла.

– И как давно ты обо всем догадался?

– Две недели назад. – Слейд усмехнулся, – Я, ка­жется, тебя удивил?

– Только тем, что до сих пор не предал это гласности.

– Ты ведь не собираешься подрезать меня, Крис? Сен­сационных фактов столько, что хватит на всех. Мы можем объединить усилия и сделать совместное шоу.

Кристина была внешне спокойна, хотя внутри у нее все кипело. Впрочем, она могла по достоинству оценить меру благородства Слейда. Он предлагал ей сделку. Что ж, пре­данность никогда не была отличительной чертой его харак­тера, а перспективы вырисовывались весьма заманчивые. Наверное, будь она на месте Слейда, тоже не отказалась бы от такого подарка судьбы: сенсация есть сенсация.

– Мне кажется, мы бежим впереди паровоза, – осто­рожно заметила Кристина. – К завтрашнему дню нам не удастся собрать достаточно информации, чтобы получилось шоу.

– Она живет в твоем доме, – резонно заметил Слейд. – Ты можешь вызвать оператора прямо туда.

– Не забывай, что она беременна, – напомнила Кри­стина. – Я не меньше твоего заинтересована в успехе шоу, но не хочу, чтобы на моей совести был чей-то выкидыш.

– Ты излишне сентиментальна. Бизнес есть бизнес. Я разочарован, любовь моя.

Кристина встала и подошла к окну. Он был прав, и она знала это. Эта история стопроцентно поднимала рейтинг передачи. Всем бы утерли нос.

Она может позволить Слейду сделать это шоу, а затем сделать свою программу, приняв другую сторону, чтобы защи­тить репутацию Марины и утвердить собственные позиции. Черт побери, не она же выдала девочку замуж и отправила в Штаты, страну папарацци, постоянно преследующих знамени­тостей. Джо, должно быть, знал, на что шел, позволив Мари­не жить в одном доме с журналисткой, сделавшей сенсации своей профессией, и амбициозным фотографом.

Все равно тайна рано или поздно раскроется, зачем от­давать хлеб другому, когда можно заработать самой?

Загудел интерком.

– Это тебя, Кристина! – крикнула из соседней ком­наты ассистентка.

– Так как? – спросил Слейд. – Согласимся на брон­зовое колечко, или я беру все золото себе?

– Я должна подумать, – сказала Кристина. – Дай мне закончить монтаж и вспомогательные интервью.

– Время пошло, любовь моя.

– В четыре, – сказала Кристина, забирая со стола заметки и косметичку. – В моей квартире.

– Мы с тобой одного поля ягоды, – серьезно заявил Слейд. – Если я не раскручу эту историю, все лавры дос­танутся тебе, так что имей в виду: я не собираюсь убирать руку с пульса.

– Доверься мне, Слейд, – сказала Кристина, целуя его в щеку. – Я тебя не подведу.

Слейд смотрел, как Кристина исчезла за поворотом ко­ридора, с очевидным удовольствием отметив, как изящно она покачивает бедрами, обтянутыми синей юбкой. Жаль, что большинство ее фанатов не догадываются о том, что их кумир к тому же является обладательницей лучшей попки среди ее коллег-телеведущих.

– Ты ведь еще не все решила, любовь моя! – сказал он в пустоту.

Слейд знал, что она не станет звать операторов. Ну что же, у него есть снимки, а у нее – имена. Им есть чем обменяться. И эти снимки сделают его богачом.

Слейд держался до последнего, но жадность все же взя­ла над ним верх. Такие истории происходят не каждый день, и меньше всего ему хотелось, чтобы другие фотографы по­вытаскивали весь изюм из пудинга прямо под его костис­тым английским носом.

Эта негритянка, Терри Лайн, считает, что он родную мать заложит желтой прессе, если цена окажется подходя­щей, и, возможно, она не так уж заблуждается. На самом деле, если бы не Кристина, он уже давно связался бы с теми, кто платит за новости, и назвал милые сердцу шести­значные числа. Но Кристина – дело другое.

Слейду не нравилось, что она крутит любовь с Бойскау­том. Тупорылый сукин сын и не подозревал, что выдает себя каждым взглядом, брошенным в ее сторону. Впрочем, Слейд одного не мог понять: ведь Кристина заслуживала куда большего, чем какой-то второсортный журналист. Но она сде­лала выбор. Что ж, остается ждать, ведь даже самый приятный секс не может заменить счастливого будущего.