Мэгги Дэвис - Телохранитель

— Подумайте об этом как следует, мисс Луккезе. Мистер Курт — хороший человек. Вы должны поговорить с ним.

Для Герды Шенер, обычно молчаливой и даже замкнутой, было довольно необычно разговаривать в таком тоне и произносить подобные слова. Полумрак, царивший в комнате, окутывал Франческу, уносил прочь все заботы и проблемы. Она быстро погружалась в блаженное забытье. Горничная взяла из ее ослабевших пальцев стакан с холодным чаем, и Франческа тут же погрузилась в темноту.

Сквозь сон Франческе показалось, что дверь ее комнаты открылась и в спальне раздались крадущиеся шаги. Потом послышались приглушенные голоса, мужской и женский. Франческа напрягла слух и поняла, что разговор идет на незнакомом языке. Женский голос явно принадлежал миссис Шенер, второй, мужской, голос Франческа не сразу узнала — это был Курт Бергстром. Они спорили о чем-то, совсем как тогда, в домике Курта. На этот раз очень тихо, но так же страстно.

Франческа удивилась такому странному сну и погрузилась в глубокое забытье без всяких видений.

Когда она проснулась, к ней уже склонилась миссис Шенер, держа в руках чашку кофе. За окнами царили темнота и черный бархат ночи. Часы на ночном столике показывали четверть одиннадцатого. Франческа приподнялась в кровати, ужаснувшись, что проспала так долго. Она хотела слегка вздремнуть, а проспала почти весь вечер! Голова все еще была тяжелой, но в целом она чувствовала себя гораздо лучше.

Не одеваясь, она присела на край кровати и выпила кофе, крепкий и черный, с каким-то неприятным металлическим привкусом, который в последнее время ощущала во всем, что ела или пила. Но, допив первую и принявшись за протянутую миссис Шенер вторую чашку кофе, она почувствовала, что вновь обретает жизненную силу.

Идя в душ, она еще нетвердо держалась на ногах, а когда вернулась, миссис Шенер уже ждала ее у туалетного столика.

— Что-нибудь запланировано сегодня? — спросила Франческа, садясь на пуфик.

Если ей предстояло отправиться куда-то этим вечером, то она уже успела забыть об этом.

Сильные руки горничной легли ей на шею и принялись массировать.

— Вам надо повидаться с мистером Куртом, — твердо произнесла горничная. — Вы не можете обращаться с ним, как со всеми остальными. В его жилах течет голубая кровь. Он не такой, как все эти… — она поискала подходящее слово, — оборванцы.

Франческа слушала ее вполуха. Руки миссис Шенер разминали теперь мышцы плеч.

Под ее опытными руками кожа порозовела. Лицо Франчески снова обрело живой цвет.

Итак, Курт Бергстром явно нашел в лице Герды Шенер заступника. «Но если они дружны, то почему так резко спорят между собой?» — пришло ей в голову.

Франческа хотела что-то сказать про Курта, но в этот момент горничная заставила ее подняться и подтолкнула к кровати. Не успела Франческа возразить против такого бесцеремонного обращения, как оказалась распростертой на покрывале.

— Массаж вам поможет, — пообещала Герда.

Миссис Шенер действовала как опытная массажистка. Ее руки, сильные и безжалостные, иногда причиняли боль. Франческа только ловила воздух раскрытым ртом.

— Да, он поступал порой неправильно, — бормотала горничная, продолжая массировать тело Франчески. — Человеку свойственно ошибаться, но он настоящий мужчина, вы должны это знать. Он будет вам чудесным любовником.

Пальцы миссис Шенер добрались до самых интимных частей ее тела; Франческа попыталась было приподняться на локтях, но была водворена на место.

— Лежите спокойно! У вас прекрасное тело, оно просто создано для любви. Но я могу сделать его еще прекраснее.

16

Франческа проснулась в своей спальне в особняке.

Первое, что она увидела, открыв глаза, было ее подвенечное платье из светло-розового шелка, разложенное на стоявшем у окна кресле. Легкий белый шлейф струился по полу словно туман. С дверцы шкафа свисала фата. Это зрелище сразу прогнало весь сон.

Кто-то — скорее всего сам Курт — отправился за ее подвенечным платьем и привез его из ателье в Западном Палм-Бич. Сегодня она в самом деле выходит замуж!

Осознав это до конца, Франческа сжала виски и застонала. Ужасная головная боль снова навалилась на нее. Она быстро откинулась на подушку и подняла телефонную трубку, чтобы позвать на помощь Герду Шенер.

Горничная принесла поднос с завтраком и полный кофейник кофе. Франческа сразу же выпила кофе и мало-помалу снова ожила. Она вдруг испытала облегчение. Решение выйти замуж было принято; теперь от нее уже ничего не зависело.

После выпитого кофе по телу разлилась уже привычная теплота; вернулось ощущение блаженного покоя. «День обещает быть чудесным, — решила она, потягиваясь в уютном гнездышке постели, — теплый сентябрьский день во Флориде». За окном спальни виднелось ясное безоблачное небо, казалось, такое же распростерлось и над всем остальным миром. Она сказала себе, что все должно быть чудесным в этот самый счастливый для нее день.

— Что бы то ни было в вашем кофе, — сказала Франческа горничной, одеваясь в гардеробной, — надо будет посоветовать «Бла-Ко» поить всех своих сотрудников именно таким. А вы сможете заработать неплохой гонорар, уступив им ваш рецепт.

Ответа на эту реплику не последовало.

Франческа снова потянулась, вспоминая ночь, проведенную в домике Курта. Он так любит ее. Ему хочется, чтобы они поженились как можно скорее. «Разве может человек быть более счастливым, чем я?» — промелькнуло у нее в голове.

Без особого интереса Франческа просмотрела утреннюю почту, которую снова стали подавать ей одновременно с завтраком. После ухода Дороти Смитсон она обычно прочитывала только те письма, которые имели отношение лично к ней, и откладывала в сторону все остальные. Не стоило забывать о том, что среди невинных с виду писем опять может появиться записка с угрозами.

Когда она открывала верхнее письмо, зазвонил телефон. Франческа подняла трубку.

— Мисс Луккезе, — раздался удивленный голос Делии Мари, — неужели вы сегодня выходите замуж? Ко мне пришел мистер Курт и сказал, что надо подать шампанское на пятнадцать человек и легкую закуску на поляну рядом с розарием, потому что вы сегодня выходите замуж. Я ответила ему, что ничего не знаю об этом, так как миссис Смитсон больше нет, а вы никому ничего не сказали про новую дату свадьбы. Так что если я должна что-то приготовить для вашей свадьбы, то хотела бы услышать это от вас самой. Никому другому я не подчиняюсь.

«О боже», — подумала Франческа, закрывая глаза.

Домашняя война снова началась. Она сомневалась, что ей удастся положить этому конец. Да и ни на один вопрос Делии Мари она толком не могла ответить; ничего не знала про день своей собственной свадьбы; не знала, кто приглашен на бракосочетание, не знала даже, на какой час назначено торжество.