Пленница - Наталья Соболевская

и без замашек наследного принца. Правда, толпой девчонки за ним недолго ходили, потому как вскоре выяснилось, что у Серёги не только глаза голубые….

– Это кто, вы знакомы?

Не ошиблась я в расчётах, Юдин, оценив Сергея, увидел в нём достойного конкурента, поэтому и вопрос задал стальным и холодным как лёд тоном.

– Да, это Серёжа. Мы вместе учимся, – активно махая сокурснику, отозвалась я. – Ренат, я на секундочку отлучусь, – предупредила и тут же встала.

Сергей уже направляется к нам, и его надо перехватить, к тому же так, чтобы не успел слишком приблизиться к Юдину. Проверки- проверками, смех смехом, но, если у Рената глаза нальются кровью, и он ринется в бой, у меня должны быть время и возможность прокричать стоп-слово: «Гей».

– Ник! – окликнул Юдин, причём произнёс он лишь только одно имя, но до меня донеслась целая фраза: «Сейчас же вернись, иначе я этому хлыщу кадык вырву!

– Ренат, не ты ли минуту назад обещал, сдерживать свой не в меру буйный характер? – прищурившись, напомнила я. – Так докажи, что это были непустые слова.

Юдин смотрит из-под лба, глубоко и шумно дышит, видно, он в данный момент отчаянно борется со своим внутренним демоном, и я очень рассчитываю, что победит. Потому как хочу провести с ним всю жизнь, но если он устроит скандал из-за случайной и по сути невинной встречи с приятелем, будущего у нас нет. Даже ради огромной любви, я не готова пресмыкаться, ощущать постоянный гнёт и терпеть тиранию, потому как, либо сломаюсь, либо потеряю себя и превращусь в вечно недовольную истеричку.

– Я недолго, – бросила я и поспешила к Сергею.

– Вероника, да я бы и сам подошёл, – по-дружески приобняв, заверил Сергей.

– Встала, потому как у меня к тебе партийное дело, – заговорщицки прошептала я и посигналила глазами в сторону Юдина. – Надо во-о-он того товарища заставить поревновать, но без фанатизма, чтобы все живы и здоровы остались.

Сокурсник, украдкой, не шевеля головой, покосился и, подавшись ко мне чуть ближе, с улыбкой заявил:

– Считай миссия уже выполнена, как по мне, мужик сейчас начнёт скатерть от ревности грызть.

– Этого мало, добавим дровишек?

– Интриганка, – поиграв бровями, Серый как бы невзначай коснулся моего плеча, скользнул до локтя и благоразумно убрал руку в карман. – Вот так, или слабоват градус?

На протяжении всего разговора с сокурсником держала руку на пульсе и следила за Юдиным. Что с ним творилось, словами не передать. Он то со звериным оскалом в упор разглядывал нас, то отворачивался к окну, предполагаю, он так поступал в те моменты, когда становилось совсем невыносимо. Ренат поочерёдно краснел и бледнел, несколько раз порывался встать, но здравый смысл всё же одерживал над яростью верх, и он садился обратно.

Вернувшись за столик, почувствовала укол совести, Ренат обычно выглядит объевшимся наглым котом, а сейчас такое ощущение, что на нём всю ночь непрерывно пахали, проигнорировала на себе волчий взгляд и не стала откладывать в долгий ящик тот факт, что в действительности напрасно Юдин переживал.

– Хорошо поболтали, – сверкая беззаботной улыбкой, поделилась я впечатлениями. – Целое лето с Серёгой не виделись. У него здесь, как выяснилось, тоже свидание. Только его молодой человек Антон задерживается, в пробку попал.

Как правило, Ренат, что к чему – быстро соображает, сейчас же видно, что его шестерёнки в мозге едва-едва крутятся, да ещё и безбожно скрипят. Смотрит так, словно я ему что-то на китайском сказала.

Ну, наконец-то глаза напротив удивлённо расширились. Неужели дошло? Ренат резко, развернувшись в сторону бара, уставился на Сергея, и крайне удачно, что ровно в эту секунду к сокурснику приблизился выбравшийся из пробки бойфренд Антон. Между прочим, тоже красавчик, ничуть не уступает Сергею, прямо не парочка, а нестерпимая боль для всего женского пола.

– Тьфу ты…, – глядя, как Сергей чмокнул в щёку Антона, Ренат не только выругался, но и сплюнул. – Ты меня в могилу лет так на двадцать раньше положишь, – эта претензия прилетела уже по моему адресу. – Ник, а до того, как из-за стола встала, не судьба было сказать, что твой знакомый предпочитает на заднеприводных тачках гонять? М?

Любопытная эмоциональная смесь у Юдина на лице, с одной стороны, он как бы и с облегчением выдохнул, а с другой – прослеживается явное желание кое-кого за горло схватить и чуток сдавить пальцы, за то, что намеренно и беспричинно заставила нервничать и ревновать. Думаю, примерно то же, что Юдин сейчас, чувствует пациент, которому позавчера врач поставил страшный диагноз, а сегодня вызвал и сообщил: «Извиняюсь, ошибочка вышла, в лаборатории с анализами напутали, у вас всё в полном порядке, только слегка понижен гемоглобин, но это не страшно, жить вам ещё долго, подлечите. Больной, ну то есть здоровый, а почему вы на меня волком смотрите, я же вам отличную новость сказал?».

– И куда ты собрался? – поинтересовалась я, когда мы с Юдиным после ресторана подъехали к моему дому, и мужчина, заглушив двигатель, вынул ключ зажигания из замка. – Я тебя в гости не приглашала. Помнишь же, условились, никакого интима?

Ренат, притворившись глухим, всё же покинул солон, обогнул автомобиль и, распахнув с моей стороны дверцу, заявил с умным и вместе с тем насмешливым видом:

– Ник, по-моему, ты слишком много думаешь и говоришь об интиме. За ужином, если не ошибаюсь, три раза поднимала тему, что нам категорически нельзя. Вообще-то, я лишь до квартиры хочу тебя проводить.

Смотрю на протянутую мне руку и борюсь с желанием по ней как следует шлёпнуть. Гад какой, много, значит, думаю и говорю, а кто меня уговаривал после ресторана поехать к нему? Кто на протяжении всей дороги хватал меня за коленки, кто на каждом светофоре лез целоваться?

– Зачем провожать? Я и сама прекрасно дойду.

– Ник, ты криминальные новости чаще смотри, чтобы подобных вопросов не задавать. Неблагополучный район, поздний вечер, сомнительный подъезд. Ты мне ещё живой пригодишься, так что завязывай глазами стрелять, одну всё равно не отпущу, – мужчина, не дожидаясь, когда добровольно возьмусь за его руку, в принудительном порядке вытянул меня из машины на улицу.

– Ренат, ты что несёшь? Какой поздний вечер? Ещё только девять. Светло. Вокруг полно народа. Малышня бегает на площадке. И нормальный район, а подъезд так вообще тихий, – Юдин не мешал высказываться