Ненавижу тебя, сводный брат! - Амира Ангелос

гордость, чувство достоинства. Наверное, это чувствуется, и тот, кто сильнее, легко начинает пользоваться этим.

— Может ты мне быстро и коротко объяснишь, в чем дело? Что на тебя нашло, почему ты из клуба сбежала? Я только зайти успел. Блядь, у меня была тяжелейшая неделя, я как проклятый пахал. Забесплатно. Потому что мне нахуй отцовские деньги не упали, — произносит с яростью. — Думал, что прилечу, и все закончится.

— Ты был со своей бывшей, а я молчать должна? — выкрикиваю нервно. Он все же заставил меня унизиться, произнести эти жалкие слова!

— Я стоял рядом с ней пять минут. Это проблема?

— Ты не сказал мне, что прилетишь сегодня! Но она была в курсе?

Глаза Арслана начинают наливаться яростью. Меня это пугает. Я ведь уже знаю какой он в гневе. Внушительные бицепсы наводят на мысль, с какой легкостью при желании он может причинить мне вред, если того пожелает. Гораздо лучше было бы молча уехать отсюда. Или покориться и лечь с ним в постель. Нет, не дождется! Я больше не буду безмолвной куклой!

Дрожащими руками достаю из сумочки телефон. Арс выхватывает его у меня из рук и швыряет его в сторону.

— Что ты делаешь?

— Чего ты хочешь от меня? Чтобы оправдывался, на коленях ползал? Я не из таких, Ульяна. Мне не нравятся подобные истерики. Я устал, блядь. Я просил тебя переехать в квартиру, которую купил для нас. Почему ты все еще в особняке, пляшешь под дудку моего отца? — рычит, видно, что его контроль находится на грани…

— Что ты такое говоришь? — меня обжигает как клеймом обида. — Я не игрушка, не содержанка. Я сама выбираю где мне жить и что делать.

Поднимаю телефон. Кажется, он в порядке. Я все еще могу вызвать такси…

— Почему ты торчишь там? Я не верю, что причина в малыше Нелли.

— Это твой брат, между прочим! Не просто какой-то малыш! — восклицаю с обидой.

— Мы сейчас не об этом говорим. Или ты решила свалить на меня абсолютно все проблемы? Я не говорю, что у нас их нет. Но давай не все сразу, — произносит Арслан устало, проходит к бару, наливает виски в бокал.

Я не понимаю, как дальше вести себя. Он такой отстраненный, холодный. Не чувствую любви от него. Зачем он привез меня сюда? Для секса?

От этой мысли становится тошно.

— Я хочу уехать, Арслан. Сейчас разговора не получится, я вызываю такси.

— Блядь, хватит издеваться, Ульяна. Я никуда не отпущу тебя.

— Ты не можешь мной командовать!

Залпом выпивает виски, подходит, снова забирает телефон. Стискивает меня в объятиях. Зарывается лицом в мои волосы.

— Хватит… Пожалуйста, малыш, — произносит со стоном. — У меня нет сил на все это.

На мои чувства? На потребность в признании?

Как у него вот так получается? Этот парень умеет одновременно влюбить в себя без памяти и раздавить сердце ледяными тисками равнодушия.

Я не могу противостоять притяжению. Но он не любит меня… Нисколько. Иначе, я бы, наверное, почувствовала…

Может ли он быть причастен к гибели мамы?

Его губы накрывают мои. Они такие требовательные, горячие, что я тут же обо всем забываю. Мне нравится, как колючая щетина царапает мою кожу. Я воспламеняюсь мгновенно, отчаянно отвечаю на поцелуи, стремительно тяжелеет низ живота. Арс прижимает меня к стене, поднимает в воздух, и я обхватываю его за шею, обвиваю ногами его талию. Кожа становится настолько чувствительной, что каждое новое прикосновение ощущается острее. Вкус и запах этого мужчины сводит меня с ума.

— Я не умею болтать, — произносит неожиданно, сжимая мое тело. Чувствую его горячее дыхание на своей коже. — Никогда не умел трепаться, чтобы затащить кого-то в постель или привязать к себе.

Тебе это было просто не нужно. Ты и так слишком хорош.

— Я готов поступками доказывать, что ты нужна мне. Сделаю так, что ты никогда не захочешь от меня уйти.

Он уже раздевает меня, а я не могу перестать анализировать его слова. Можно ли считать их признанием в любви? Так ли важны на самом деле слова? Чего я сама жду от наших отношений? Я ведь от всех скрываю свои чувства. Даже лучшей подруге не смогла признаться, насколько глубоко в них увязла. Боюсь осуждения. Боюсь, что будут отговаривать…

Арслан ничего не боится. Не скрывается…

— Почему ты был с Кирой? Вы еще вместе?

— Нет. Давно нет. Забудь о ней.

Снова закрывает мне рот голодным поцелуем. Мое платье трещит по швам.

— Эй, осторожнее, в чем я завтра…

Хотела добавить «домой поеду», но осеклась. Арслана это взбесит. Он очень нервно реагирует на особняк. Почему?

Я должна докопаться до правды. Это важно. Я чувствую, что в этом — суть всех наших недопониманий…

Арслан рывками избавляет нас обоих от одежды. Его большой палец уже играет с вершинкой соска, пока она не становится напряженной и болезненной. Наклоняется, касаясь ее языком. Начинаю задыхаться в его объятиях, голова мечется по подушке. Я даже не помню, как мы оказались в спальне. Все мое существо сконцентрировано на наслаждении. На его прикосновениях, поцелуях, болезненных покусываниях, разносящих волны удовольствия по моему телу. Арс продолжает ласкать мои груди, а я прижимаю его голову к себе, выгибаюсь, чувствуя, как в глазах закипают слезы. Потому что все что он делает со мной — невыносимо волшебно.

Под утро Арслан отключается, а ко мне сон так и не идет. Я слишком перевозбуждена морально. Физически — полностью без сил, после трех оргазмов, долгих ласк, бешеного напора. Арс как обычно неистов и не сдержан в сексе. Но я так и не знаю каков он в любви. Почему ему так сложно сказать, что чувствует ко мне? Неужели не понимает, что только это стоит между нами?

Я не хочу мешать ему спать, но, если останусь в постели, буду ворочаться и могу разбудить его. Уже точно понимаю, что сон ко мне не придет. Поэтому тихонечко ухожу, прикрываю дверь. Делаю себе чай. Смотрю в окно на подсвеченный огнями проспект. Город даже ночью не спит.

Если останусь до утра — снова будет секс и мои обиды никуда не денутся, наоборот, их только прибавится. Умом понимаю, что Арслан не готов к разговору, который мне нужен. Он не скажет мне того что хочу услышать.

Значит, нам лучше взять паузу. Поэтому, взяв свой, к счастью выживший, телефон, вызываю такси.

Когда приходит смс, что водитель ждет меня, спускаюсь. Так странно, обычно водители не выходят из машины, а мой стоит и