Шэри Райан - Горький лимонад

Когда я подбегаю к нему, то, как и предполагала, я вижу знак, что ближайшая зона отдыха в тридцати километрах отсюда. Мне не пройти еще тридцать километров, а даже если и смогла бы, уже стемнеет, и я буду съедена проклятым койотом или еще каким-то животным. Страх все еще скручивает мои внутренности, хотя адреналин заставляет бежать так быстро, чтобы успеть создать как можно большее расстояние между мной и Лэндоном. У него автомобиль, а у меня нет, и он может достаточно быстро завершить эту неравноценную погоню, когда снова встанет на ноги.

Нет никакого способа измерить уже пройденное расстояние, но я бы не удивилась, узнав, что на самом деле преодолела меньше километра. Спорт и физическая активность не являются моей сильной стороной. Если вы спросите мою мать, какую физическую активность должна выполнять женщина в доме, то услышите: уборка, приготовление пищи и удовлетворение всех прихотей своего мужчины. Каждый день моей жизни, пока я не переехала несколько лет назад, она учила меня быть домохозяйкой. Я едва знала, как самостоятельно оплатить счет или заправить автомобиль. Зато могу накрасить ногти с закрытыми глазами, но до сих пор эти знания не слишком помогали мне в жизни.

Сегодня, вероятно, мне придет конец, и я никогда не смогу достичь ничего большего, кроме разрушения нескольких собственных правил в течение последних нескольких недель, проведенных с Джегзом. По крайней мере, хоть кто-то заставил меня смеяться и улыбаться. Думаю, я должна быть благодарна за это. Он заставил меня жить. Казалось, еще недавно я решила, что хотела бы прожить долгую жизнь, а теперь бегу по шоссе в окружении пустыни с наручниками вокруг моих запястий. Это похоже на сцену из какого-то ужастика.

Сквозь звук моих шагов, которые наполняют воздух вокруг, я не слышу встречного автомобиля, пока тот не подъезжает слишком близко, и теперь у меня уже нет возможности убежать. Хотя, бежать от автомобиля по этой дороге — это то же самое, что бежать в середине боя с белым флагом. Все просматривается далеко на километры вперед.

Автомобиль замедляет движение, приближаясь ко мне. Если это Лэндон, он, очевидно, собирается бросить меня обратно в машину. Если это кто-то другой, они, вероятно, волнуются, увидев девушку, которая бежит по шоссе в наручниках.

— Мэм, вам нужна помощь? — я смотрю в сторону транспортного средства. Это старый ржавый пикап, а за рулем сидит неопрятный с виду человек в соломенной шляпе. Я не противник путешествий автостопом, и все же, когда-то раньше, когда я видела грязных мужчину или женщину, идущих в обратном направлении по дороге с поднятым вверх большим пальцем, я закусывала свою губу и немного сильнее давила на газ. Я не заслуживаю доброты. Опять же, кто говорит, что он хороший. Он может быть таким же плохим, как Лэндон, или еще хуже. Если это, конечно, возможно.

Но я в наручниках. И мне нужна помощь.

— Есть шанс, что вы могли бы подбросить меня до ближайшей заправочной станции? — спрашиваю, затаив дыхание.

Мужчина наклоняется и открывает для меня пассажирскую дверь. Я подхожу ближе, моля Бога, чтобы у него не оказалось пистолета, ножа или еще чего, что сможет причинить мне боль. Его грузовик чуть выше, чем обычный, и я не знаю, как мне забраться в него без помощи рук.

Мужчина замечает это и тянется к моей руке.

— Поставьте ногу на подножку и подпрыгните вверх, когда я скажу, — что я и делаю, когда он говорит это и тянет меня вверх, пытаясь как можно меньше давить на мои запястья.

После того, как я оказываюсь внутри грузовика, мужчина наклоняется через меня и закрывает дверь.

— Что с вами случилось, девушка?

— Мой бывший работает на плохих людей. Очевидно, знак доллара на моей голове просто не мог сравниться с его любовью ко мне, — объясняю я, настолько коротко, насколько это возможно.

— Я слышал такие истории много раз, — говорит он, переключая передачу. Он слышал? А я думала, что быть похищенной своим собственным бойфрендом, точнее бывшим бойфрендом, это не совсем нормально. — Мы живем в больном мире.

От того, как он говорит «больной мир», и того, как он все еще смотрит на меня, пока ведет машину, мой желудок больно сжимается, снова.

— Пожалуйста, не делайте мне больно, — бормочу я.

— Я не из таких людей, — говорит он с уверенностью, но это не заставляет меня почувствовать себя намного лучше.

Двадцать пять километров. Многое может случиться за двадцать пять километров.

— Как вас зовут? — спрашиваю я, пытаясь начать нормальную беседу, чтобы скоротать двадцать минут, которые мне нужны, чтобы выжить.

— Мэнни, — говорит он. — А тебя?

— Лара, — говорю я в ответ. Прямо сейчас нет необходимости называть свое настоящее имя.

— Очень красивое имя, Лара.

— Чем вы зарабатываете на жизнь? — спрашиваю я его, пытаясь поддерживать разговор.

— Занимаюсь распространением наркотиков.

Я тихо смеюсь над его шуткой, затем смотрю на него и не вижу ничего, кроме прямой линии, в которую сжаты его губы.

— О, вы серьезно.

— Серьезно, мэм.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы остановить себя от желания спросить что-нибудь еще. Я в машине с преступником. Это, наверное, новый уровень моей удачи. Я убегаю от одного кретина, зато, в конечном итоге, оказываюсь в закрытом автомобиле с другим. Или это какой-то кошмар? Если так, то я хочу проснуться прямо сейчас.

— Очаровательно, — наконец, говорю я, глядя в грязное окно.

— Шучу. На самом деле я — солдат, направляюсь домой в отпуск на несколько дней.

— Действительно? — спрашиваю я, глядя на него и чувствуя себя немного комфортнее. Проведя немного времени с Танго и Джегзом, мне есть что сказать в присутствии человека из вооруженных сил. — Направляешься в Мексику?

— Да, мэм, только через границу, в Дель Ризо. Должен встретиться там со своей девушкой.

У него есть девушка. Слава Богу. Не то чтобы он до сих пор не смотрел на меня так, как всего лишь несколько минут назад, но я постараюсь это игнорировать.

— Мой парень служил на флоте, был врачом и путешествовал вместе с морскими пехотинцами в течение восьми лет. Он, вероятно, сходит с ума, разыскивая меня сейчас.

— Я думал, судя по твоим словам, что твой парень просто взял и заковал тебя в наручники?

— Бывший, — поправляю я.— Моя жизнь — полная неразбериха.

— Я тоже так подумал, — улыбается он. — Позволь мне помочь тебе связаться с твоим парнем. У меня есть телефон. У тебя есть его номер?

Я на минуту задумываюсь, понимая, насколько я чертовски невезучая. Просто непревзойденная, когда дело касается того, чтобы вбить чьи-то контакты в телефон, и не столь замечательная, когда нужно запомнить чей-то номер. Я обычно никуда не хожу без телефона, но у меня действительно не было шанса захватить его сегодня утром, когда Лэндон выволок меня из дома.