Дженни Колган - Свадьба Аманды

Энгус терпеливо ждал меня.

— Вот это да! Выглядишь сногсшибательно! — вырвалось у него.

— Большое спасибо. Ты тоже ничего, — ответила я.

Его ладная, крепкая фигура действительно на удивление хорошо смотрелась в килте.

— Как думаешь, может, мне позвонить твоей матери и предупредить, что ты не приедешь?

Господи, я и забыла о ней!

— Нет, не советую. Если, конечно, не хочешь, чтобы испанская инквизиция учинила тебе допрос, кто ты такой и зачем похищаешь старшую дочь.

Я позвонила ей сама. Мама накупила целую гору продуктов по случаю моего приезда, но ее так обрадовало известие, что я все-таки иду на свадьбу, что обижаться она не стала.

— Кто знает, может, ты встретишь там хорошего молодого человека, — сказала мама.

Я взглянула на Энгуса, мывшего кофейные чашки, и согласилась:

— Кто знает.

Энгус повернулся, как только я положила трубку.

— В путь? — спросил он, предлагая мне руку.

— В путь, — нервно ответила я.

— Пока, Линда!

В ответ раздалось какое-то сопение, и на этом мы ее и оставили.

По дороге в деревню мы почти не разговаривали. Я нервничала и барабанила пальцами по колену. Энгус даже мягко сжал мою руку. Насколько же его ладонь больше моей.

— Не волнуйся, — произнес он. — И не бойся. Мы им покажем.

Тут я кое-что вспомнила.

— Ты ведь не собираешься устроить эту заварушку с бомбами?

— Не знаю. Муки не уверена, что сможет их достать, и мы к тому же потеряли пехотинца в лице этой чертовой Франчески. Так что затея может и провалиться.

— И все же ты хочешь попробовать.

— Если понадобится.

Я кивнула и уставилась на дорогу.

— Ты ведь понимаешь, что это их не остановит?

— Нет. Зато разозлит.

Я повернулась и посмотрела на Энгуса. В его сощуренных глазах пряталась улыбка. Я улыбнулась в ответ.

— Можешь на меня рассчитывать.

— Правда?

— Да. Если он настолько сдурел, что все еще хочет на ней жениться, то от небольшой порции дыма его мозгам хуже не станет.

— Вот именно. Отвечаешь за здоровье старушек.

Я засмеялась; возбуждение нарастало. Я была готова ко всему и на все. В том числе и вырваться на свободу. И пуститься в любую авантюру.

— Вперед, к приключениям! — выкрикнула я.

— Вот как? — Энгус покосился на меня.

— Это предупреждение.

— Понял.

Сквозь облака, быстро мчавшиеся по небу, иногда проглядывало солнце. От вида церкви просто захватывало дух. Этот уголок казался совершенным, как викторианская картинка. Падуб рос повсюду: у ворот, у церковных дверей, вперемешку с боярышником, плющом и омелой. По-моему, это выглядело немного по-язычески, но очень красиво. У входа топталось несколько десятков гостей, слегка растерянных, как это часто бывает на свадьбах. Одни смотрели куда-то вдаль, другие настраивались на долгие часы общения с незнакомой публикой. Здесь были парочки, явно прибывшие издалека, раздраженные и чувствовавшие себя не в своей тарелке; пожилые родственники, явно готовые вцепиться в любого, кто проходит мимо, и душу из него вынуть, выпытывая подробности жизни бедняги.

Я отметила, как явно гости разделялись на два лагеря. Шикарные гости Аманды разговаривали громкими голосами, это были в основном молодые женщины и увлекающиеся регби мужчины, изображавшие, что имеют вес в Сити, или по крайней мере желавшие произвести такое впечатление своими запонками. Несмотря на холод, у церкви стояло множество автомобилей с откидным верхом; я высмотрела изрядное количество старомодных цилиндров и визиток, которые мне все равно нравились.

Гости Фрейзера, напротив, выглядели… просто нормально, если не считать того, что большинство мужчин расхаживало в юбках. В одной из женщин я узнала мать Фрейзера — я видела ее во время давней поездки; именно к ней меня и подвел Энгус первым делом. Надо же — она явно вспомнила меня и тепло улыбнулась. Здесь крутилось и несколько парней, знакомых по мальчишнику, я рада была снова увидеть их. Потом я заметила Нэша — он в одиночестве торчал под деревом. Я помахала ему:

— Эй, там, как дела?

Его смуглая кожа казалась зеленоватой.

— Да так, неплохо.

— Нервничаешь?

— Если честно… немного.

— Как твоя речь?

Нэш позеленел еще больше и принялся охлопывать себя сверху донизу.

— Э-э, она где-то здесь, точно…

— Не волнуйся, ты будешь на высоте. Но, послушай, разве Фрейзер не должен быть с тобой? Это же твоя обязанность — вовремя доставить его в церковь. Где он?

Нэшу, похоже, стало совсем муторно.

— Понимаешь, он сказал, что найдет меня здесь.

Я услышала, как рядом кто-то тоже гадал, куда подевался жених. Вскоре там и тут уже звучали грубые шуточки и двусмысленные замечания. Я посмотрела на Энгуса, тот выразительно пожал плечами.

Было без десяти двенадцать, а в двенадцать должна была начаться церемония. Времени оставалось в обрез. Я вглядывалась в дорогу, высматривая свадебный кортеж, но он так и не появлялся. Гости все прибывали, и слух о том, что жениха до сих пор нет, передавался из уст в уста. Фотограф, неистово щелкавший камерой, приблизился к нам, сверяясь со списком, который держал в руках.

— Итак, — обратился он к Энгусу, — вы у нас второй лэрд?

Энгус озадаченно поднял брови, потом решительно отодвинул наставленный на него объектив.

— Вы кто такой?

— Жоф де Бовуа. Фотограф, журнал «Хелло». А моя мать — дочь графа Суффолка.

— А, ну раз так… — протянул Энгус и зашагал прочь, увлекая меня за собой.

У церковных ворот вертелась целая орава подружек невесты — шесть взрослых блондинок и две блондинки-малолетки. Малявки теребили свои кремовые ленты и — когда им казалось, что никто не смотрит, — лягали друг дружку. Я и сама не прочь была лягнуть кого-нибудь. Ни одна из старших подружек не обращала на детей ни малейшего внимания: все они наперебой спрашивали одна другую, нормально ли они выглядят, и вытирали воображаемые пятна косметики.

Рядом с блондинками стоял человек в потрепанном костюме. Он сошел бы за постороннего, если бы не держал упряжку из восьми белых гусей. Мало того — на гусях, похоже, были кремовые галстуки-бабочки.

— Мать твою! — хором воскликнули мы с Энгусом.

— В жизни не выйду замуж без гусей, — заявила я.

— Надеюсь, они не взорвутся, — мрачно буркнул Энгус.

— Что ж, это обеспечило бы меня обедом — ведь на прием я не попаду.

Энгус покосился на часы, и это не укрылось от меня.

— Господи… — вздохнула я, шагая рядом с ним. — Он нарочно решил явиться в последнюю минуту, чтобы довести нас до сердечного приступа.